невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.
Другие авторы полагают, что обязательственная квалификация требования об исключении утратила свою актуальность с изменением редакции ст. 2 ГК РФ, в которой законодатель разграничил корпоративные и обязательственные отношения, а нормы об обязательствах в силу п. 3 ст. 307.1 ГК РФ допустил к применению для урегулирования корпоративных отношений в качестве аналогии права, восполняя пробелы в регулировании корпоративных отношений, однако не меняя их сущности[913].
Представляется, что основной причиной послужило исключение учредительного договора из числа учредительных документов обществ с ограниченной ответственностью с 01.07.2009[914].
Между тем в 2024 г. Верховный Суд РФ вновь вернулся к правовой квалификации, данной более 28 лет тому назад, в новой интерпретации, указав, что по своей правовой природе исключение участника из общества представляет собой расторжение в судебном порядке договора об учреждении общества со стороной, допустившей существенное нарушение своих обязательств, связанных с ведением общего дела[915].
Представляется, что такая правовая квалификация не может являться универсальной для всех случаев предъявления требований об исключении участника из общества.
Нормативно содержание договора об учреждении общества раскрывается в ст. 89 ГК РФ и ст. 11 Федерального закона № 14-ФЗ, где указано, что заключаемый договор об учреждении общества определяет не порядок осуществления учредителями совместной деятельности вообще, а порядок осуществления ими совместной деятельности по учреждению общества. Договор об учреждении общества, в отличие от существовавшего до 2009 г. учредительного договора, не относится к числу учредительных документов обществ.
Таким образом, с учреждением участниками общества на заранее оговоренных условиях договор об учреждении общества исполняется и, стало быть, прекращается. В этой связи если договор об учреждении общества был надлежащим образом исполнен (не осталось неисполненных надлежащим образом обязанностей) и прекратился, то расторгать становится уже нечего.
В свою очередь основания для исключения участника из общества появляются значительно позже, когда искомая цель договора об учреждении общества уже достигнута и говорить о существенном нарушении обязательств по договору об учреждении общества не приходится.
Между тем в силу принципа свободы договора в договоре об учреждении общества можно предусмотреть такие обязанности, которые будут существовать и после учреждения общества, и неисполнение которых будет являться основанием для расторжения данного договора. Представляется, что именно для таких договоров предложенный Верховным Судом Российской Федерации подход будет являться оправданным.
Вышеуказанные примеры особенностей рассмотрения отдельных видов корпоративных споров, а также формируемых судебной практикой правовых подходов свидетельствуют о необходимости продолжения реформирования отечественного корпоративного права, а также поиска новых форм и способов защиты для участников данной сферы правоотношений.
Глава 3
Особенности осуществления правосудия в сфере семейных отношений: состояние, тенденции, перспективы
§ 1. Общетеоретические подходы к определению специфики форм и способов защиты прав в сфере семейных отношений
Институты семьи и брака составляют основу современного российского государства, определяют его духовную и нравственную базу. Их охрана относится к числу ключевых направлений политики нашего государства. Защита прав и законных интересов субъектов семейных правоотношений, необходимость определения механизмов, направленных на повышение их эффективности на практике, не теряют актуальности и требуют скорейшего решения с учетом поступательного расширения сферы их влияния.
Правосудие, осуществляемое органами судебной власти в сфере семейных отношений, направлено на защиту прав граждан, обладающих специальным правовым статусом (член семьи), связанных между собой особыми юридическими фактами (брак, родство), специфика которых оказывает непосредственное влияние на порядок его осуществления. Основное назначение правосудия состоит в осуществлении всесторонней защиты всех участников семейных отношений, их прав и законных интересов, уделяя особое внимание тем, которые нуждаются в принятии решений, незамедлительном их исполнении в связи с их состоянием здоровья, гендерной принадлежностью, имущественным положением, социальным статусом и пр.
Нормативная основа, обеспечивающая правосудие в нашей стране, в том числе в сфере семейных отношений, определена конституционными положениями, нормами специального и отраслевого законодательства. Правосудие в Российской Федерации осуществляют суды посредством осуществления разного вида судопроизводства, в частности конституционного, гражданского, арбитражного, административного и уголовного, а судебная система представлена Конституционным Судом, Верховным Судом Российской Федерации[916], федеральными судами общей юрисдикции, арбитражными судами, мировыми судьями субъектов Российской Федерации (ч. 1, 2, 3 ст. 118 Конституции РФ).
Положения специального закона конкретизируют указанные нормы, определяют принципы функционирования судебной власти в нашей стране. Судебная власть, осуществляемая судами в лице судей, является самостоятельной и не зависит от законодательной и исполнительной власти (ст. 1)[917]. Последующая их детализация осуществляется нормами отраслевого законодательства, видовая принадлежность которых определяет специфику осуществления правосудия по делам, возникающим в сфере таких отношений, как семейные. Следует особо подчеркнуть, что независимо от отраслевой принадлежности прав, подлежащих защите (семейные, гражданские или другие), правосудие отличается от иных способов защиты последовательным соблюдением определенных этапов, совокупность которых указывает на их системность, а их реализация в строго установленной форме обеспечивает эффективную защиту прав и законных интересов граждан.
Осуществление правосудия возложено на суды, которым государством делегированы полномочия по отправлению правосудия от имени Российской Федерации[918], что сущностно отвечает принципу разделения властей, согласно которому функции по осуществлению правосудия не могут быть переданы ни одному юрисдикционному органу, кроме суда (ст. 10 Конституции РФ). Кроме того, системность в осуществлении правосудия, позволяющая достичь необходимого эффекта в обеспечении защиты прав граждан, в том числе в сфере семейных отношений, возможна с учетом имеющейся у суда компетенции, определяемой нормами института подсудности (ст. 22 ГПК РФ)[919].
Правосудие отличается определенным порядком рассмотрения дел, осуществляемым судами в процессуальной форме[920], что отграничивает его от деятельности иных юрисдикционных органов по разрешению или урегулированию спора, и позволяет его рассматривать как высшую процессуальную гарантию защиты прав, свобод и охраняемых законом интересов гражданина[921]. Права гражданина, в том числе возникающие в сфере семейных отношений, обеспечивающие защиту семьи, материнства и детства, не являются исключением и находятся в сфере особого внимания государства (ч. 1 ст. 38 Конституции РФ). Согласно ст. 2 СК РФ граждане наделены правом самостоятельно распоряжаться принадлежащими им правами, вытекающими из семейных отношений (семейными правами), в том числе правом на защиту этих прав, если иное не установлено СК РФ.
Защита семейных прав осуществляется судом по правилам гражданского судопроизводства, а в случаях, предусмотренных СК РФ, государственными органами, в том числе органами опеки и попечительства (ч. 1 ст. 8 СК РФ). Нетрудно заметить, что отраслевые нормы предусматривают особый порядок защиты семейных прав, возлагая такие полномочия не только на судебную систему, представляемую судами, подсудность которых ограничена пределами гражданского судопроизводства, но и на специальные органы исполнительной власти. Отдельное упоминание последних связано с необходимостью обеспечения защиты в приоритетном порядке наиболее уязвимой категории субъектов семейных отношений, детей, поскольку дела с
