Читаем без скачивания Спасти шпиона - Данил Корецкий

Он сел в угол и застыл, то ли заснув, то ли впав в забытье. Наконец, пришел в себя и снял комбинезон. Тот блестяще выдержал испытание: одежда под ним была чистая и почти сухая — только пропотевшая. Свернул его как можно туже, засунул под мотор: интересно, кому достанется? Под другой мотор зашвырнул навигатор, перцовый баллончик и нож. Пистолет он спрятал под куртку, а иглу положил во внешний карман, чтобы была под рукой.

До тошноты хотелось есть — это первое, что он сделает. Нет, второе. Первое — сменить одежду. Это здесь она хорошо выглядит, а на поверхности будет вонять, как спецовка ассенизатора. В центре должны быть ночные магазины. Потом поужинать, потом снять номер в хорошем отеле — там не бывает облав и не так придирчивы к документам. Поспать, а утром сделать последнее дело — и прямиком домой…

Мачо подошел к тонкой металлической двери, рванул несколько раз, определил, где находится замок, и выстрелил — раз, другой… Удары пуль о металл и щелканье гильз о бетон перекрыли уханье глушителя. Он ударил дверь ногой, замок вывернулся, и дверь распахнулась.

На периферии, где-нибудь в Кунцево, Долгопрудном и Чертанове, Москва уже погрузилась в сон, а в районе Садового кольца жизнь кипела, похожая на веселое суматошное дефиле. Сновали прохожие — их средний возраст ближе к полуночи таинственным образом снижался, приближаясь к отметкам «тридцать плюс-минус»; сновали автомобили, украшенные белыми шапками недавнего снегопада, — их средняя стоимость к полуночи, напротив, становилась выше. На этом праздничном, слегка нетрезвом фоне как-то по-особому выделялись хмурые озабоченные люди стандартной служебной наружности, явно ищущие здесь не развлечений, а чего-то другого. Более скучного, чем стриптиз или рулетка, но и более важного для государственной безопасности страны.

Таких людей в эту ночь было немало, больше, чем обычно, — практически весь оперсостав столичного управления ФСБ и в придачу к ним сотрудники милиции: уголовный розыск, участковые, ППС[28] и гаишники на своих карнавальных машинах…

После того, как Юра Евсеев написал рапорт о задержании Мигуновых и высказал свои соображения по дальнейшему розыску, — а его соображения вдруг резко возросли в цене, и к ним стал прислушиваться даже срочно прибывший в Управление генерал Ефимов, в дислокации заслонов, рейдовых групп, патрулей и постов стали происходить перестановки. Невидимая рука теперь расставляла всех вдоль линий подземных коммуникаций, лучами расползающихся из Сивцевого Вражка. Эфэсбэшники заняли места у точек возможной выброски, коих насчитывалось не менее сотни, а «приданные силы», срочно снабженные фотографиями Мачо, патрулировали этот район.

Но Юра не обольщался масштабами развернувшегося действа. Он знал, что поставленный невод был дырявым. Только «отпускные» цены возросли в пять раз.

Герой сегодняшней операции, обласканный начальством, находился у себя в кабинете. Ремнев и Кастинский, тоже попавшие в число героев, дремали в своих креслах, а диковато выглядящий в строгих интерьерах ФСБ Леший разглядывал карту центра Москвы и напряженно сопел, источая густой алкогольный запах.

— Думаю, скорей всего здесь, в Пионерском сквере, — наконец сказал он, ткнув пальцем с обкусанным ногтем. — Или здесь. А может, здесь…

И на вопросительный взгляд Юры пояснил:

— Это самые удобные места для выброски. Люк, фонтан и подвал. Они на одной ветке, в одном квадрате. Люк — слишком наглядно. Подвал… Не знаю, может, его сейчас запечатали. А вот фонтан — в самый раз. Там из «канала» узкий лаз в насосную, а оттуда выкинуться — раз плюнуть!

— Сто процентов? — спросил Евсеев.

Леший покачал головой.

— Ста процентов вообще никогда не бывает. Но я, если бы устал и чувствовал опасность, выкидывался бы через фонтан.

Юра позвонил дежурному.

— У нас есть свой резерв?

— Откуда? — недовольно отозвался тот. — Уже всех выгнали на улицу. Можем милиционеров перебросить.

Евсеев задумался.

— Не надо, — наконец сказал он и пояснил Лешему: — У меня свой резерв есть.

Бывший сотрудник Службы НН Алексей Семенов смотрел телевизор и все больше наливался раздражением.

— Итак, Анджела, какой, по-вашему мнению, реактор более эффективен: с вертикальным расположением урановых стержней или с горизонтальным? — лучезарно улыбаясь, спросила ведущая у кукольной блондинки с большим бюстом.

И нараспев закричала:

— На-а-по-о-минаю — в моей передаче знаменитая Анджела Бриллиантова-а-а! Сейчас она пытается выиграть миллион рублей! И я, Серафима Яхонтова, надеюсь, что ей повезет! Звоните в прямой эфир и принимайте участие в нашей замечательной игре! Итак, Анджела, ваше слово!

— Думаю, с вертикальным! — ослепительно улыбнулась блондинка и выставила грудь.

«Силикон, — подумал Семенов. — При такой талии и плечах такие сиськи сами не вырастут…»

— Блестящий ответ! — восторженно закричала ведущая. — А почему вы пришли к такому выводу?

— У меня была стиральная машина с горизонтальной загрузкой, а потом я купила — с вертикальной. Последняя гораздо удобней!

— Браво, Анджела! — Ведущая зааплодировала. — Очень логично! А что думает наша аудитория? Напоминаю, с вами я — Серафима Яхонтова, у меня в студии популярные певцы, стилисты, танцоры и два депутата Государственной думы, очень квалифицированные и компетентные специалисты, они помогут нам лучше понять сегодняшнюю проблему. Про-о-шу, го-о-лосо-о-вать! И зрителей прошу звонить в наш прямой эфир, ваше мнение очень важно!

Неожиданно зазвонил мобильник на тумбочке.

— Кого это в полночь раздирает? — возмутился Семенов, но трубку взял.

— Здравствуйте, Алексей Федорович, это Евсеев, — раздался по-юношески звонкий голос. — Нам нужна ваша помощь. Очень нужна.

— Ну… Пожалуйста, — немного растерялся Семенов. — Чем могу — помогу. Наверное, какая-то консультация?

— Да нет, — Евсеев изложил суть дела, и бывший «наружник» встрепенулся, как старая гончая, услышавшая охотничий рожок.

— Есть! Я все понял. Через двадцать минут буду на месте…

Он стал быстро одеваться.

На экране ведущая тоже приняла телефонный звонок. Зритель, представившийся бывшим инженером атомной электростанции, возмущенно говорил, что в реакторе не урановые, а графитовые стержни и что никакой вертикальной или горизонтальной загрузки в природе не существует…

— Огромное вам спасибо за ваше мнение! — радостно закричала Яхонтова. И пояснила всем окружающим: — В моей программе существует свобода слова и мысли. И я с уважением отношусь даже к мнению, отличному от общепринятого! Но продолжим! Анджела Бриллиантова получает еще одно очко и приближается к заветному миллиону! Кстати, на что вы его потратите?

Семенов резко выключил телевизор и вышел на улицу. Дул ветер, и он плотней запахнул ворот своего вытертого пальто. Хорошо, что сразу же удалось поймать такси, но плохо, что это торпедировало и без того хлипкий семеновский бюджет. Может, придется согласиться на лоток в метро… Хотя там замкнутое пространство и нехватка кислорода… А что делать?

Через четверть часа он высадился в квартале от Пионерского сквера.

«„Порше“ — ваша мечта как никогда близка», — лживо обещал рекламный плакат, протянутый через ярко освещенную улицу.

— Вот суки!

Он вышел в Кропоткинский переулок и пружинистой походкой, незаметно поворачивая голову то в одну, то в другую сторону, словно принюхиваясь, направился к нужному месту. Вскоре свернул во дворы, в темную арку под эркером. Он любил старые московские дворы, эти «шкатулки с секретами», по которым когда-то, давным-давно, оттаптывал свои замысловатые маршруты. И сейчас мог часами бродить по ним, вспоминая свою молодость и удачу. Но только не сегодня. Сегодня не до воспоминаний. Сегодня он привлечен на боевую работу.

Пройдя под аркой в огромный двор, Семенов нутром почуял чье-то присутствие. Обернулся на ходу. Двое мужчин подпирали стену сразу за аркой, молча разглядывая его. Семенов внутренне усмехнулся. Да-а, квалификация у ребят уже не та… Естественности нет, вот в чем беда. Стоят и молчат, как истуканы. А кого вы изображаете, дорогие коллеги? Добрых соседей, которые за полночь решили покинуть свои теплые квартиры и вместе подышать свежим воздухом? Так дышите, гуляйте, беседуйте!

А что там за звук вдали? Семенов ускорил шаг, свернул на тропинку, ведущую к арке в противоположном конце двора. И вдруг на фоне дальних фонарей заметил впереди еще один силуэт. Вдруг — потому что силуэт возник из ничего, будто из-под земли вырос. Только что его не было, и вот он уже идет, быстро и беззвучно, как привидение, идет к соседней «свечке». Что это у него на плече?

Охотничий азарт заставил сердце учащенно биться. Здесь явно что-то не так. Он не верил в чакры, ясновидение, загробную жизнь, и в сказки про привидения он тоже не верил. А в вынырнувшего из-под земли шпиона — верил. Хотя если опросить тысячу москвичей, то окажется, что подавляющее большинство верит как раз в чудеса, а не в реальных шпионов.