Милосердия?
— Но, я думала, что есть какой -то способ, и между тобой и Касом будет
ничья.
—Тогда ты ошибалась. Победитель должен быть.
— Я не представляю, как поступит Кас. Вампир, он очень гордый. Он —
подкидыш, ему пришлось пробивать себе путь в жизни. Такая ситуация может стать невыносимой для него. Он может взбеситься.
Кас становился сильнее с каждым убийством. Беттина не питала иллюзий, что он сможет победить вампира, но все же Каса будет не так уж и легко укротить, не причинив ему вреда.
— Все будет хорошо, — сказал Дакийский. —У меня все под контролем.
Если бы она узнала все немного раньше, она попыталась бы объяснить Касу сложившиеся обстоятельства, и убедить его согласиться с их планом. Сейчас же ей крупно повезет, если она вообще сможет найти его до начала битвы.
— Неужели нет никакого способа, чтобы закончить битву в ничью?
Дакийский запустил пальцы в еѐ растрепанные волосы.
— Я нашел способ спасти жизнь демона, но он недостаточно хорош для тебя? — спросил он, повышая голос с каждым словом.
— Я-я просто сожалею, что не узнала подробностей раньше.
Он никогда раньше не повышал на нее голос.
— Почему? Что бы изменилось? — его глаза почернели от ярости. —
Прошлая ночь в твоей постели?
Беттина сглотнула.
— Я-я знаю, что ты находишься под большим давлением. И я не хочу ругаться с тобой. Думаю, мне следует позволить тебе отдохнуть.
— Ты собираешься найти Каспиона!
Она подумывала соврать, при сложившихся обстоятельствах это стало бы идеальным средством для сглаживания ситуации. Но она отказывалась быть запуганной им. Если вампир хочет разделить с ней жизнь, то ему лучше понять, что Кас всегда будет занимать в ней место.
— Сначала я иду к Рауму, и ставлю его в известность о том, что нужно закончить битву, как только он услышит мольбу о милосердии. А затем я
собираюсь поговорить с Касом, и все ему объяснить. В противном случае он может сделать что-то сгоряча и атаковать тебя. Я просто хочу быть уверена, что вы оба выйдете из турнира невредимыми.
От вампира исходила угроза.
— Ты не доверяешь мне контролировать происходящее на арене в битве с таким щенком, как он?
— Щенком?
Его высокомерие раздражало.
— Я прошу тебя довериться мне, Беттина.
Она вздернула подбородок.
— А я прошу тебя, дать мне возможность проинформировать моего друга, исключительно ради предосторожности. Клыки Дакийского заострились, поблѐскивая в свете огня.
— Ты всегда думаешь о Каспионе!
Возможно, она заблуждалась, думая, что сможет сократить дистанцию между Дакийским и Каспионом.
— Успокойся, пожалуйста…
— Успокоиться? Ты хоть представляешь себе, сколько раз меня просили об этом? Никогда. Ты заставляешь меня ходить по лезвию ножа, Принцесса! —
горько усмехнувшись, он пробормотал, — Отступничество.
Она не знала, что истощенный недостатком крови, обессиленный, ревнующий вампир будет выглядеть...так. Беттина попыталась еще раз все ему объяснить:
—Треан, я благодарна тебе за то, что ты сделал. Я должна была сказать тебе это. Я уже говорила: я не хочу ругаться с тобой. Но есть вещи, которые необходимо учитывать. Я просто пытаюсь подготовить всех участников.
Я, как никто, знаю каково это —быть неподготовленным.
Глубоко вдохнув, вампир, явно прилагая усилия, старался обуздать свой нрав.
— Я поговорю с Раумом. А после этого сопровожу тебя на трибуну.
—Нет, это будет неправильно. Может, сегодняшняя битва — просто формальность, но…
—Eşti a mea, Bettina!—схватив еѐ за плечи, Треан приблизил к ней свое лицо.
— Ты уже моя. Ты навсегда принадлежишь мне!
Она вспомнила слова Салема: «Холодные одиночки умеют добиваться успеха».
— Вампир, имей совесть. Люди могут взять с меня пример и начать поддерживать тебя еще больше, чем они уже это делают.
Никто не станет болеть за Каспиона? Он отважно сражался, чтобы продвинуться так далеко в этом турнире, неоднократно рисковал жизнью —
он заслужил хоть немного уважения.
И он вот-вот потеряет так много.
—Твои люди должны брать с тебя пример.
—Я имею в виду, все подумают, что я на твоей стороне, а не на его. —
Осознай реальность.
— Так и есть! Она покачала головой.
— Всѐ не так просто.
— Просто! Значит, ты выбираешь его, а не меня?
Он уже начал вбивать между ними клинья!
—Не говори так! И не надо пытаться уличить меня в чем-либо!
Будь она проклята, если допустит такое к себе отношение.
Своими действиями ты учишь других, как относиться к себе.
— Кас будет присутствовать в моей жизни всегда, смирись с этим.
— Ты выбираешь меня или нет?
— Ты не справедлив ко мне, и не слышишь меня! —
Такое ощущение, что каждое, сказанное ею слово Треан интерпретировал как: «Я хочу Каса».
— Я выбираю вас обоих, но по разным причинам. Треан, я не могу отвернуться от него только из-за моих чувств к тебе…
—Рылом он не вышел! — огрызнулся вампир, и добавил чуть мягче: — в твоей жизни, Бетт, будет только один мужчина — я. Сегодня вечером на арене я объясню это Каспиону. К тому времени как его кости срастутся, он будет бояться, даже смотреть на тебя.
— Хватит! — воскликнула Беттина. — Что с тобой? — Где ласковый, нежный вампир, который любил меня вчера ночью? — Ты получишь все: победу, Невесту, королевство. Кас не получит ничего! Ты хочешь растоптать его? Перед нашим народом? Я этого не позволю! Прояви хоть немного сострадания!
—Так вот что ты чувствуешь к нему! — Вампир схватил еѐ за затылок, смотря на нее глазами черными, как смоль. — Какие еще чувства сохранились?
— Конечно, я жалею его! Мы дружим много лет.
