В связи с этим и основная направленность деятельности Комитета — содействие родителям, предпринимающим усилия для избавление своих сыновей от службы в армии. Основным аргументом Комитета, оправдывающим это занятие, стала ссылка на опыт царской армии, от службы в которой освобождали единственного сына. Если вернуться к подобным правилам, ясно, что армия будет способна защищать страну. Но это не принималось во внимание Комитетом. Им вообще ничего не принималось во внимание, за исключением собственных эгоистических интересов (ранее мы уже рассказывали о похождениях активистов этой подлой организации).
Комитет все время своего существования был занят не столько вопросами общественного контроля за условиями службы в армии, сколько способствовал расширению дезертирства и нравственному разложению. Об этом говорят такие факты, как содействие побегам своих детей из частей и распространение среди солдат настроя “выжить любой ценой”. Речи о службе Родине вообще нет! О солдатах представители Комитета говорят не как о мужчинах, способных принимать решения, а как о “мальчиках”. Можно предположить, что их дети так и не повзрослели, но при чем тут исполнение гражданского долга?
Нельзя не упомянуть об одной оговорке, которая прозвучала на упомянутой пресс-конференций Комитета. Одной из участниц ток-шоу было сказано, что Комитет “получал полную поддержку в Чечне от боевиков”. Соответственно полная поддержка оказывалась и боевикам. Именно за такого рода поддержку (больше не за что) Комитет летом 1996 года рассматривался в качестве объекта для присуждения Нобелевской премии мира. Признание особых заслуг Комитета в антироссийской деятельности не состоялось, зато Комитету вручили альтернативную премию — нашлись “добренькие дяди”, люто ненавидящие Россию.
Снова вернемся к фигуре гнуснопрославленного Ковалева, к его некрофильским наклонностям.
В начале 1995 Ковалев отметился чудовищным обращением “К матерям России”, где смаковал ужасы войны, глядя на нее из дудаевского бункера: “Руины города Грозного завалены трупами. Это трупы российских солдат. Их грызут одичавшие собаки. Эти обглоданные останки были чьими-то сыновьями — я от всей души надеюсь, что не вашими. В сыром темном бункере лежат раненные. Это российские солдаты, попавшие в плен. У иных из них началась гангрена. Они тоже чьи-то сыновья. (…) Кто-то из вас получит сообщение о том, что ваш сын пропал без вести. Не верьте. Он лежит не улице в Грозном, и его грызут собаки. Или он умер от сепсиса в чеченском плену.”
Заметим также, что рядом с Ковалевым по чеченским бункерам обретался и г-н Борщев — защитник всякого рода свободы распространения сатанизма, думский “яблочник”.
В одной из последних передач 1996 г. Ковалев выступил перед московскими телезрителями в милой беседе с Б.Ноткиным. Сергей Адамович и Борис Исаевич мило пикировались, вывалив на телеэкран немало любопытных умозаключений.
Оказалось, что Ковалев обязан своим появлением в эфире лично мэру Москвы и остается сетовать только на то, что стенограммы его словоизлияний не попадают в прессу. Оказалось, что “мы живем не в России, мы живем в мире”. Оказалось, что номенклатура, терзающая страну, вовсе не виновата, а виноваты как раз все остальные, поскольку не хотят становиться гражданским обществом. Оказалось, что заложников в Буденновске, убивали не бандиты Басаева, а федеральные войска.
Кажется после всей этой пакости уже не скажешь ничего гнуснее. Но нет, нашлось еще кое-что — открытое и наглое обожествление “миссии” Ковалева. Ноткин сказал: “если выбросить то, о чем говорит Ковалев, то надо выбросить и Библию” (это был пересказ разговора с Шахновским: “Ты знаешь, Вася…”), а сам Ковалев отличился еще более сногсшибательным выводом: “Права человека — это высшее достижение европейского христианства”. Дальше можно было легко строить цепочку: Ковалев — “Сахаров сегодня” — Христос.
С оценкой деятельности Ковалева на тот момент все было предельно ясно, а вот для Ноткина беседы с разного рода предателями сказались на карьере. Пригласил он в студию генерала Лебедя в период резкого спада его популярности, а тот возьми, да и брякни, что лучшим политиком в России считает Лужкова. Такая рекомендация от развенчанного кумира — медвежья услуга. Руководство испугалось и решило укоротить Ноткина, временно убрав его из эфира. Тот стал хорохориться: “Да я с самим Лужковым на дружеской ноге!” Лужкову все передали слово в слово, и он резюмировал: что у нас, молодых ведущих не хватает? Так Ноткин был отстранен от тела мэра за излишнее усердство.
Заканчивая этот парад мерзавцев (точнее их передового отряда), отметим, что наши СМИ переодевают одни и те же персоны то в подлецов, то в святых. Для них это почти одно и то же. А потому и сами мастера телевизионных метаморфоз всегда выглядят пакостно. Мы уже кое-чему научились за период тотального вранья, начатый где-то в 1991 г., и признаем в иных персонажах, напяливших белые одежды, омерзительных пресмыкающихся, прикинувшихся людьми.
Демокрад (Е.Прошечкин)
Еще один правозащитный зверинец — Московский антифашистский центр (МАЦ) — был создан в далеком 1989 году. Очевидец свидетельствует: то была инициатива шести человек, которые уже на следующий день заявили на одном из демократических сборищ о том, что их организация объединяет тысячи сторонников. Бессменным руководителем вышеозначенной организации, никогда не насчитывающей более нескольких десятков столичных бездельников, являлся странноватый человек по фамилии Прошечкин. Деятельность его всегда была предметом шуток. Долговязого антифашиста даже окрестили в Крошечкина и “главного антифашиста страны”.
До 1997 г. о деятельности МАЦ было известно только одно — в сотрудничестве с агентством “Панорама” МАЦ выпустил два справочника: “Политический экстремизм в России” и “Национал-патриотические организации России”. Справочники, изданные за счет зарубежного фонда с сомнительной репутацией, были призваны продемонстрировать, что в России любой патриот является экстремистом или даже фашистом.
В 1997 г. в ряд изданий патриотического направления поступили материалы, изобличающие МАЦ как контору “Рога и копыта” с политическим оттенком. Материалы поступили, по всей видимости, из недр мэрии, которой вконец надоел чудаковатый депутат Мосгордумы Евгений Прошечкин, намеренный снова получить депутатский статус на очередных городских выборах.
Из документов и приложенной к ним пояснительной записки стало ясно следующее.
В 1994 году префектом Центрального административного округа Москвы А.И.Музыкантским этой организации было предоставлено помещение площадью 150 кв. метров по адресу: ул. Петровка, 22 — неподалеку от городской Думы. За три года доступа в “штаб-квартиру” МАЦ не имел ни один из ее членов, кроме самого Прошечкина и его зама Виктора Дашевского. На все вопросы со стороны членов Совета организации в течение трех лет следовали неизменные ответы: там ведется ремонт. Впрочем, один раз членам МАЦ все же удалось проникнуть в это помещение, и с удивлением увидеть, что ремонт давно закончен, а в комнатах сидят неизвестные им люди. Объяснение этой загадке состояло в том, что в свое время Е.В.Прошечкин просил А.И.Музыкантского выделить помещение отнюдь не для антифашистской деятельности, а для коммерческой. Соответствующая бумага гласит, что на базе МАЦ, предприятием “Прогресс” и группой депутатов Мосгордумы создана некая “исполнительная дирекция" с целью подготовки и курирования работ о согласовании "5-10 проектов" (в т. ч. строительства бизнес-центра “Вест”), на определенных условиях, поставленных американскими партнерами: банком “Экспорт-Импорт” и некоей фирмой “Оверси Привата Инвестмент”, которой руководил знакомый Прошечкина, некий господин Шейнкман. Коммерсанты спрятались под вывеску общественной организации только для того, чтобы платить за аренду по льготным расценкам.
Судя по некоторым другим документам, вывеской МАЦ Прошечкин пользовался для прикрытия коммерческих проектов не раз. Например, согласно “Приказу № 4к” четыре “сотрудника МАЦ” (из которых реально в МАЦ числится только сам Прошечкин) были на 10 дней откомандированы в Израиль. Вероятно поводом была антифашистская деятельность, целью — нечто иное.
Более полутора лет (1995–1997) МАЦ активно «кормится» американскими грантами, предоставляемыми под модную тематику "борьбы с экстремизмом". На деле же никакой «борьбы» не велось, зато в искусстве "пудрить мозги" американцам (а как мы увидим далее, и не только им) господин Прошечкин поднаторел до виртуозности. Так, согласно его отчетам филиалы МАЦ были открыты в Калуге, Екатеринбурге и Уфе. На деле же ни одного из этих филиалов не было в природе, что, впрочем, не мешало "главному антифашисту" их регулярно снабжать и финансировать. В Уфу, например, согласно отчетам, "отправили компьютерную технику". Куда эта техника отправилась на самом деле, ведомо только самому господину Прошечкину. Достоверно было известно, что по крайней мере один из «отправленных» компьютеров мирно стоит на квартире свояченицы (сестры жены) "главного антифашиста".
