Первый зункул, продолжая принюхиваться и клокотать, повернулся.
— Гр-лк…
Морда его целиком заросла плесневым ворсом, вместо глаз набухли черные ульи. Эта уродливая маска приглушенно светилась. Зункул качнулся вперед. Подволакивая правую ногу, он пошел на Атряд.
Вздрогнул один раз.
Второй.
— Да что за змейщина! — прохрипел Накат. — Умирай же.
Зункул вздрогнул в третий раз. Пощупал руками сюрикены, засевшие во лбу и осел, застывая на каменеющих сухожилиях.
Его трапезничающий собрат резко вскинул морду. Он тоже зарос гроздьями споровых камер, и горой стоял за тот факт, что Торкен миновал период расцвета кущ райских.
Теперь его разлагали кущи кошмарные.
Зункул заухал, прижав к груди высохшие руки. От этого странного сигнала фиолетовые проталины зашевелились. Плесень вспучилась, ее лохмотья потянулись вслед за встающими мертвецами. Их мерцание заполняло гниющий лес. Тощие призраки мелькали за деревьями, множась, неожиданно быстро захватывая периметр.
— …и-и-и-а-а-а-А-а-А! Ой! Ик! Ох…
— Вилл?
— Кажется, меч зашкалило, — озадаченно сказал варвар. — Думаю, нам грозит очень большая опасность.
— Ты уверен? — спросил Накат, мысленно переходя с десятков на сотни.
— Да, вполне, меч должен… А. Это был сарказм.
— Ты хорошо бегаешь, Вилл? Отвечать нужно честно.
— Вообще-то не очень, — признался стотри. — В моем офисе весь пол был занят бумагами. Иногда мне, правда, удавалось прокатиться на кресле от стола до двери.
— О, ну надо же, — проворчал Ики, который уже понял к чему ведет признание Вилла. — Это же потрясающее совпадение, что рядом оказалось… вычисляется… подходящее кресло.
— Вставай сзади, там есть ступенька для пассажиров, — сказал Накат, выдвигая передние противовесы. — Насчет оружия спрашивать не буду. Вот, хватай этого слизня. Чешешь ему в курковой зоне, и он плюется кислотой, понял? Эй, не направляй его на меня!
— А где эта курковая зона? — попытался уточнить Вилл, разглядывая железный каркас, в котором нехотя шевелилось что-то зеленовато-бурое.
— Парень, — Накат застегнул завязки на шлеме. — Курковая зона у него там же, где и у тебя. Чуть ниже поясного хряща. Там есть специальное отверстие в ложе с подписью «курковая зона». Специально для бухгалтеров. Вот корм для него! Скармливай ему по мешочку каждые десять выстрелов. Понял?
— Да. Я справлюсь. Отверстие. Все просто.
Накат покопался в подсумке с оружием.
— А я, пожалуй, возьму… — неразборчиво рычал он. — Три сюрикена в голову… Нет, это не разговор… А вот это. Да. Это подойдет. Вилл, ты держишься?
— Держусь.
— Ики, целься на два часа, там их меньше всего.
— Понял.
— Ну, джентльмены, — проговорил Накат, передернув гребень пятнистой огнедышащей саламандры, — помните, что наш наниматель — сам светозверь. Никто не хочет подвести его, не так ли? Ики, полный вперед!
Кресло взревело двигателем, мощно забуксовало, разбрасывая землю, и рванулось вперед, подскакивая на корнях и сминая кусты. Зункулы смешались, на мгновенье потеряв координацию и застыли на месте. К несчастью для Атряда Альфа, это был тот случай замешательства злой силы, когда она выбирает всего из двух вариантов: уничтожить тебя сразу после поимки или сначала изучить.
С другой стороны, Накат дожил до сего дня именно потому, что не часто напоминал себе, что его могут нагнать. Это вредило боевому духу.
Три нарушителя удирали от светящихся заплесневелых зункулов. Вторые бежали так быстро, что оставляли за собой тускнеющие трассеры. Некоторые из них загорались, ноги их вспыхивали от трения, другие падали и разбивались о деревья, но остановить всех было невозможно.
— Вон там какая-то дорога! — крикнул Вилл. — Свернем туда! На пересеченной местности они нагонят нас в два счета!
— Ики, давай налево, держись обочины! — Накат перезарядил хлопышемет и снова выстрелил назад.
Ики вошел в занос, подпрыгнул на глыбе стекла и припустил еще быстрее.
Торкен вдруг тряхнуло, что-то громко заскрипело и город начал крениться на бок: похоже дробление скал привело к тому, что крюки начали выскакивать из Троегорья. Ики едва смог выровняться, Вилл помогал ему ногой. Тут оставшиеся цепи натянулись, и троицу подбросило вверх.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Проклятье! — стукнул челюстями Вилл.
— Дальше будет только хуже, — предрек Накат.
У него было особое чутье на «хуже».
Едва Ики набрал скорость, как Исток накренился еще ниже и снова Ики в конце подбросило как мячик, он едва не перевернулся.
— Хуже… — сказал накат почти удовлетворенно. — Ну же, давай, еще хуже!
— Пожалуй хватит! — рявкнул Ики.
Впереди маячила домината изъеденная обширными пятнами плесени. Их пульсирующее свечение словно перемещалось по чертогу.
— Ви-и-и-и… — пробудился Кричащий меч.
Его крохотной душе было доподлинно известно, что несколько секунд назад от Цота откололся особенно большой массив гранита. Его подхватил было вихрь маггии, но обломок встетился со своим товарищем, который оттолкнул его вниз.
Купол над доминатой потемнел.
— Ой-ой-ой-ой-и-и-и-и!
— Ики поднажми!
— Делаю, что могу! Вас двое, плюс оружие!
Стекло лопнуло, как мыльная пленка.
Грохоча, разражаясь молниями и фейерверками, гранитный гигант ухнул вниз, в ауре сверкающих осколков. И сокрушил каменным лбом основание доминаты. Она подломилась, теряя равновесие, и устремилась к земле. Торкен уже раскачивался как люлька.
— Это и есть то самое «хуже»? — предположил Вилл, оглянувшись назад.
Зункулы сливались в одну фиолетовую дугу.
— Более или менее, — ответил Накат.
— Надо сворачивать, — предупредил Ики. — Это здание перегородит нам путь.
Домината согласно нависла над дорогой.
— Нет, — сказал Накат.
— Нет?! — воскликнул Ики.
— Это безумие! — подхватил стотри.
— Безумие? — мрачно переспросил бывший инквизитор. — Нет! Это приключение! Сожмите зубы и вперед, дамские пояски! Я, змей, знаю, что делаю!
Домината зарылась вершиной в сад, перебив дорожное полотно. Осколки стекла разлетелись в разные стороны, фрагменты купола сеялись сверху. Лязг, скрежет, звон и грохот, объединились, наполняя Торкен до краев.
Накат несся сквозь него, не отвлекаясь от своей цели — большого обзорного окна упавшей доминаты.
— Левее! — командовал он. — Еще левее. Так. Держи прямо, Ики!
— Чтоб я еще хоть раз… — бормотал Ики неслышно. — Лучше развозить рыбу на рынке.
Он подскочил на вздыбившемся обломке дороги, скользнул по нему вверх и полетел, словно… словно летящее инвалидное кресло. Вилл пригнулся, Накат приподнял стабилизаторы.
Шкварк!
Объезжая настенные канделябры и трясясь на лепнине, Ики освещал фарой пустынный коридор. Накат выстрелил вперед, что-то фигурное, переплетенное шелком и бусами, разнесло на части. Развеяв дым, они чудом проскочили над боковым коридором и вылетели из противоположного окна.
Ики скатился по отставшей золотой пластине и вернулся на дорогу.
— Кажется, оторвались! — оптимистично выкрикнул Вилл.
Когда радуешься чему-то раньше времени, судьба чаще всего расценивает это как вызов ее циничной сущности и подлой изобретательности.
Навстречу Атряду выплыло странное существо, сферической формы и неясного наполнения. Не представляясь, оно выстрелило в Ики сильнейшей волной пафоса. Ики резко рванулся влево, и упругий кулак высокомерия, прошел мимо, кроша дорогу как печенье.
Справа и слева показались зункулы.
Вилл вскинул своего слизня и решительно почесал его курковую зону. Ближайший преследователь оплавился как свеча, и попал под ноги остальным. Зункулы оскальзывались на этой луже и обжигали лапы. Вилл выстрелил еще раз, и чуть не свалился с подножки, когда второй залп надменности задел правую сторону Ики.
— Колесо! — взвыл Ики. — Мое колесо!
Сферическое чудовище, бывшее некогда Первенцем, вспыхнуло и взревело. Горящие клочья плесени, сползали с него, обнажая жирное изъеденное тело. Накат не отпускал лапу саламандры, пока первенец не превратился в гору бурлящего сала, растекающуюся по дороге.
