Островок Кууси, спрятавшийся на Ладожском озере, пристанищем для космических сирот стал лишь недавно. И, надо сказать, это был самый странный Детский дом, который только можно себе представить. Начать с помещения, в котором он располагался. Не простое здание, о нет! Настоящий замок с четырьмя круглыми башнями и зубчатыми вершинами и с донжоном в центре, а на одной из башен — голубой с белым флаг Вселенской лиги защиты детей. И сама его удаленность от мира, и то, что дом состоял в ведении ИнтерГпола, — все говорило об уникальности этого заведения. Но больше всего об этом говорили сами воспитанники. Дети, собранные со всей Галактики, найденыши и сироты (во всяком случае, об их родителях не было ничего известно). Дети, у которых, как предполагали сотрудники ИнтерГпола, в любой момент могли проснуться скрытые способности, и дай Космос, чтобы эти способности оказались мирными. К сожалению, обратных примеров имелось достаточно, посему за сиротками велось неусыпное наблюдение.
Как при этом жилось самим сироткам, в большинстве своем вовсе не обладавшим пресловутыми способностями, никто сильно не задумывался. А зря. Если тебя, здорового веселого подростка, заперли в четырех стенах на крошечном островке, если чуть ли не за каждым твоим телодвижением наблюдают, словно ты и впрямь галактический преступник, если у тебя нет ничего, кроме всякой мелочи в тумбочке, а сама тумбочка и все, что тебя окружает, принадлежит высшим инстанциям, то поневоле начинаешь ценить любое проявление свободы. Даже если оно заключается в том, чтобы самостоятельно встать и одеться, без присмотра воспитателей и учителей.
Но даже образ госпожи Аалтонен не напугал валяющуюся в кровати Саломею. Вероника всплеснула руками и плюхнулась рядом.
— Ну скажи ей хоть ты, Ко! — возопила она.
Девочка со столь необычным именем провела еще раз расческой по белокурым волосам, убирая их в хвост, и лишь затем перевела взгляд на Веронику.
— Собирайся, иначе опоздаем.
Вероника фыркнула и кинулась натягивать форменное платье. Ко тем временем подошла к Саломее.
— Ты не затемпературила? Болит что-нибудь?
Та отрицательно качнула головой.
— Мы сможем тебя прикрыть только на первый урок, — сказала Ко. — Потом госпожа Аалтонен все равно узнает.
Девочка повернулась к ней, в глазах наконец-то мелькнули первые проблески интереса.
— Что-то устала я, — прошептала она. — Вы идите, я… встану. Попозже.
— Хорошо, — кивнули обе подружки и выскочили из комнаты.
Ко второму уроку Саломея действительно появилась, причем заметно повеселевшая. А к концу занятий сонно-равнодушный вид окончательно уступил ее привычной жизнерадостности.
— Да не знаю я, что это было, — отмахивалась она от насевшей Вероники. — Просто ничего не хотелось, а потом как-то отпустило.
— Не понимаю, — морщила нос Вероника. — Ты что-то скрываешь!
— Ничего я не скрываю. Ну устала, с кем не бывает.
Ко по своей привычке в разговор не лезла, но как только представилась возможность, подмигнула подругам.
— Удерем сегодня на восточный берег? Там, говорят, лодка с большой земли приплыла.
— С коробками?
— Ага. Но уже разгрузили, можно поиграть в корабли и пиратов.
— А давайте!
И через минуту девочки скрылись за стеной замка. В сущности, они были еще совсем детьми…
Возможно, Ко и не вспомнила бы об утреннем происшествии, если бы спустя две недели оно не повторилось. Правда, на этот раз возмутителем спокойствия оказался мальчишка по имени Влад. Он тоже вопреки заведенным правилам отказался подниматься на зарядку, а потом и идти на уроки. Врач, обитавший тут же, при детском доме, осмотрел Влада, но никаких угрожающих симптомов не нашел.
— Мальчик просто переутомился, — вынес он вердикт, и Влада оставили отдыхать в маленьком лазарете.
Однако к вечеру тот уже настолько взбодрился, что сломал — случайно, разумеется, он всего-то упражнялся в преодолении препятствий — спинку кровати, и его мигом отправили в свою комнату. И никто, даже Саломея с Вероникой, давно позабывшие о необычном утре, не обратил внимания на этот случай. Никто, кроме Ко.
Откуда в ней вдруг взялось чувство, что неожиданная усталость Саломеи и «переутомление» мальчишки из младшего класса взаимосвязаны, она и сама, наверное, не смогла бы объяснить. Но где-то между очередными поисками свободы на дальней оконечности острова и вечерней чисткой зубов Ко уверилась, что у них в замке происходит нечто незаурядное, отличающееся от извечной рутины, и, подобно великим сыщикам из прочитанных книжек, решила держать ухо востро.
На следующей неделе в лазарет с «переутомлением» загремели аж двое. Первый — совсем еще мелкий пацан, он даже в школу не ходил. А второй оказалась Лисси из соседнего дортуара, одноклассница Ко. Вот ее в отличие от мальчишки почему-то не отпустили вечером обратно к себе.
После ужина, кое-как оторвавшись от подружек, Ко пробралась в стационар. Поначалу медсестра не хотела ее пускать, но девочка моляще похлопала ресничками, и невинные голубые глазки сделали свое дело — Ко разрешили навестить Лисси.
Та, кажется, спала или просто лежала с закрытыми веками. Девочка осторожно потрогала Лисси за плечо.
— Эй, — шепнула она. — Эй, Лис, спишь?
Она повернулась, веки медленно приоткрылись.
— А, это ты, — пробормотала девочка.
— Лис, что случилось? — Ко не стала тянуть резину, медсестра дала ей всего пятнадцать минут. — Как ты сюда угодила?
Девочка пожала плечами.
— Да ничего. Просто настроения нет, и спать хочется весь день.
— Вот так ни с того ни с сего?
Лисси зевнула.
— Ну… да.
— А вчера вечером ты что делала?
— Как что?
— Что-нибудь необычное происходило?
Глаза Лисси недоуменно моргнули. Особого интереса в них не возникло, но вялая апатия потихоньку уступала место нормальному состоянию.
— Не-ет… Мы с девчонками после ужина еще уроки доделывали, а потом отбой. Ну, болтали.
— И ночью не происходило? В туалет не вставала? Что-нибудь в комнате было?
— Не-ет, — девочка помотала головой. — Ничего не было, не вставала. Чего ты спрашиваешь?
— Да понимаешь… — Ко заколебалась, решая, стоит ли рассказывать однокласснице о Саломее, и тут увидела. — А это у тебя что?
— Что?
Лисси даже приподнялась. Ко выхватила из кармана маленькое зеркальце и отодвинула волосы с шеи подруги.
— Вот, смотри.
У основания шеи виднелся крошечный след. Вернее, два крошечных следа — будто иголкой кольнули. На одном даже виднелась засохшая капелька крови.
— Оцарапалась где-то, — Лисси снова зевнула.
— Хм. Тебе капельниц никаких не ставили? — спросила Ко, хотя с трудом могла представить, зачем бы Лисси понадобились капельницы.
— Не-а.
— А у Димитро, ну который с тобой вместе в лазарет попал, ничего такого не видела?
— Ко! — застонала Лисси. — Слишком много вопросов! Не видела я. Он выписался уже, сама спроси.
И одноклассница отвернулась, давая понять, что хочет спать. Выходя за дверь, Ко буркнула: «Пока!» Загадка теперь выглядела еще более загадочной, и девочка ощущала странную тесноту в груди и покалывание в кончиках пальцев. Хотелось куда-то немедленно бежать и что-то предпринимать. Найти Димитро, поговорить с ним? Нет, уже поздновато, да и ломиться в комнаты к мальчишкам как-то не с руки.
Но зуд не отступал, и тогда Ко решила хотя бы просто позаниматься перед сном. Она часто тренировалась, устраивая себе пробежки вокруг острова. Стать самой ловкой и сильной здесь — для нее это было еще одним шагом к свободе, настоящей свободе. Может, она вообще не будет дожидаться совершеннолетия, когда полицейские и медики из ИнтерГпола в сотый раз всю ее обследуют и признают годной к проживанию в обществе. Может, возьмет да и сбежит с этого опостылевшего острова раньше. Сама!
Все, что Ко знала о себе, это то, что ее — совсем крохой — нашли на планете Зрофилла подброшенной к бунгало одного из работавших здесь геологов. И была она обычным младенцем человеческого рода, разве только на правой ножке у нее оказалось шесть пальчиков. Наверное, из-за них ее сюда и отправили. Дались им эти шесть пальцев! Ну мало ли какие отклонения случаются. Любой младенец на Земле может родиться хоть с шестью пальцами, хоть с десятью, его же просто оперируют, а не ссылают в Детский дом под кураторством Галактической полиции. Но нет, совсем не так с «космическими сиротками»… Ей и имени-то толком не дали. На одеяльце, в котором обнаружили девочку, были вышиты две буквы: К и О. Так и назвали.
Ко вздохнула. Впрочем, не время предаваться невеселым думам. Перед пробежкой нужно проверить еще кое-что!
Девочка рысью направилась в свою комнату, там нашла Саломею и заставила ее показать шею. Шея была нормальная — ни подозрительных дырочек, ни крови. Впрочем, за столько времени могло зажить. Ко призадумалась и в этом размышлительном настроении отправилась заниматься.
