На сей раз я вознамерился покинуть здешний мир, и двадцать футов воды уже готовы были отделить меня от него, когда некий добрый дух призвал меня к первоначальной моей деятельности. Я снова взял в руки свой бритвенный прибор и английский ремень и, предоставив дым славы тем глупцам, которые только им и дышат, а стыд бросив посреди дороги, как слишком большую обузу для пешехода, заделался бродячим цирюльником и зажил беспечною жизнью.
В один прекрасный день в Севилью прибыл некий вельможа, он меня узнал, я его женил, и вот теперь, в благодарность за то, что я ему добыл жену, он вздумал перехватить мою! Завязывается интрига, подымается буря. Я на волосок от гибели, едва не женюсь на собственной матери, но в это самое время один за другим передо мной появляются мои родители.
(В сильном возбуждении, встает.)
Заспорили: это вы, это он, это я, это ты. Нет, это не мы. Ну, так кто же наконец?
(Снова садится.)
Вот необычайное стечение обстоятельств! Как все это произошло? Почему случилось именно это, а не что-нибудь другое? Кто обрушил все эти события на мою голову? Я вынужден был идти дорогой, на которую я вступил, сам того не зная, и с которой сойду, сам того не желая, и я усыпал ее цветами настолько, насколько мне это позволяла моя веселость. Я говорю: моя веселость, а между тем в точности мне неизвестно, больше ли она моя, чем все остальное, и что такое, наконец, «я», которому уделяется мною так много внимания: смесь не поддающихся определению частиц, жалкое, придурковатое создание, шаловливый зверек, молодой человек, жаждущий удовольствий, созданный для наслаждения, ради куска хлеба не брезгающий никаким ремеслом, сегодня господин, завтра слуга – в зависимости от прихоти судьбы, тщеславный из самолюбия, трудолюбивый по необходимости, но и ленивый… до самозабвения!
В минуту опасности – оратор, когда хочется отдохнуть – поэт, при случае – музыкант, порой – безумно влюбленный. Я все видел, всем занимался, все испытал. Затем обман рассеялся, и, совершенно разуверившись… разуверившись… Сюзон, Сюзон, Сюзон, как я из-за тебя страдаю! Я слышу шаги…сюда идут. Сейчас все решится. (Отходит к первой правой кулисе.)
ЯВЛЕНИЕ IV
Фигаро, Графиня в платье Сюзанны, Сюзанна в платье графини, Марселина.Сюзанна (тихо графине) . Да, Марселина мне сказала, что Фигаро должен сюда прийти.
Марселина. Он, верно, уже здесь. Говори тише.
Сюзанна. Значит, один будет нас подслушивать, а другой явится ко мне на свидание. Начнем.
Марселина. А я спрячусь в беседке и постараюсь не пропустить ни единого слова. (Входит в беседку, в которую еще раньше, вошла Фаншетта.)
ЯВЛЕНИЕ V
Фигаро, Графиня, Сюзанна.Сюзанна (громко) . Вы дрожите, сударыня? Вам холодно?
Графиня (громко) . Вечер прохладный, я пойду в замок.
Сюзанна (громко) . Если я вам не нужна, сударыня, то я немного подышу воздухом – вот здесь, под деревьями.
Графиня (громко) . Сильная роса – не простудись.
Сюзанна (громко) . Я росы не боюсь.
Фигаро (в сторону) . Знаем мы, какая это роса!
Сюзанна отходит к кулисе, противоположной той, около которой находится Фигаро.
ЯВЛЕНИЕ VI
Фигаро, Керубино, Граф, Графиня, Сюзанна.Фигаро и Сюзанна – на противоположных сторонах авансцены.
Керубино (в форме офицера, входит, весело напевая свой романс) . Ла, ла, ла. Ничто, ничто мне не мило, Я крестную люблю!
Графиня (в сторону) . Маленький паж!
Керубино (останавливается) . Здесь кто-то прогуливается. Скорее в убежище, туда, где Фаншетта… Да это женщина!
Графиня (прислушивается) . Боже милосердный!
Керубино (оглядываясь, пригибается) . Что это, или я грежу? Мне сдается, что это Сюзанна: вон там, вдали, на темном фоне вырисовывается ее головной убор с плюмажем.
Графиня (в сторону) . Что, если граф придет!.. В глубине сцены появляется граф.
Керубино (подходит к графине и берет ее за руку, графиня пытается высвободить ее) . Да, это та самая очаровательная девушка, которую величают Сюзанной. Разве может меня обмануть эта нежная ручка, ее легкая дрожь, а главное – биение моего сердца? (Хочет прижать к сердцу руку графини, та отдергивает ее.)
Графиня (тихо) . Уйдите.
Керубино. Если ты из сострадания пришла в этот уголок парка, где я с некоторых пор скрываюсь…
Графиня. Сейчас придет Фигаро.
Граф (приближается; в сторону) . Кажется, это Сюзанна?
Керубино (графине) . Фигаро я нисколько не боюсь: ты не его ждешь.
Графиня. А кого же?
Граф (в сторону) . Она не одна.
Керубино. Некто другой, как его сиятельство, сегодня утром, когда я прятался за креслом, просил, чтобы ты, плутовка, пришла к нему на свидание.
Граф (в сторону, со злобой) . Опять этот проклятый паж!
Фигаро (в сторону) . А еще говорят, что нехорошо подслушивать!
Сюзанна (в сторону) . Болтунишка!
Графиня (Керубино) . Пожалуйста, уйдите.
Керубино. Я удалюсь не прежде, чем получу награду за свое послушание.
Графиня (в испуге) . Вы хотите…
Керубино (с жаром) . Сперва двадцать поцелуев за тебя, а затем сто поцелуев за твою прекрасную госпожу.
Графиня. И вы осмелитесь…
Керубино. Еще как осмелюсь! Ты займешь ее место при графе, а я – место графа при тебе, один только Фигаро не у дел.
Фигаро (в сторону) . Экий разбойник!
Сюзанна (в сторону) . Дерзок, как всякий паж.
Керубино хочет поцеловать графиню, граф становится между ними, и поцелуй достается ему.
Графиня (отстраняясь) . О боже!
Фигаро (в сторону, услышав звук поцелуя) . Ну и выбрал же я себе невесту! (Прислушивается.)
Керубино (ощупывая платье графа, в сторону) . Это граф! (Скрывается в беседке, где находятся Фаншетта и Марселина.)
ЯВЛЕНИЕ VII
Фигаро, Граф, Графиня, Сюзанна.Фигаро (подходит) . Я хочу…
Граф (принимая его за пажа) . Так как вы больше меня пока не целуете… (Дает Фигаро пощечину, предназначенную Керубино.)
Фигаро. Ай!
Граф …то вот вам плата за первый поцелуй.
Фигаро (отбегает, потирая себе щеку; в сторону) . Подслушивать тоже, однако, бывает накладно.
Сюзанна (на противоположной стороне сцены, громко хохочет). Xa-xa-xa-xa!
Граф (графине, принимая ее за Сюзанну) . Вот поймите этого пажа! Получает звонкую пощечину и убегает с хохотом.
Фигаро (в сторону) . А чего ему плакать!
Граф. Я просто шагу не могу ступить… (Графине.) Впрочем, оставим этот вздор, я не желаю отравлять себе удовольствие встречи с тобой.
Графиня (подражая голосу Сюзанны) . А вы были уверены, что она состоится?
Граф. Как же не быть уверенным после хитроумной твоей записки? (Берет ее за руку.) Ты дрожишь?
Графиня. Я очень боялась.
Граф. Я не хочу лишать тебя поцелуя, который вместо тебя достался мне. (Целует ее в лоб.)
Графиня. Какие вольности!
Фигаро (в сторону) . До чего же она отвратительна!
Сюзанна (в сторону) . До чего же она обворожительна!
Граф (берет жену за руку) . Какая тонкая и нежная кожа! Ах, если бы у графини была такая же прелестная ручка!
Графиня (в сторону) . Вот что значит предубеждение!
Граф. Разве у нее такая же налитая, округлая рука? Такие же хорошенькие пальчики, изящные и шаловливые?
Графиня (голосом Сюзанны) . Значит, любовь…
Граф. Любовь… это всего лишь роман сердца. Содержанием его является наслаждение, оно-то и привело меня к твоим ногам.
Графиня. Вы уже не любите графиню?
Граф. Я очень ее люблю, но три года супружества придали нашему союзу что-то уж слишком добродетельное!
Графиня. Чего же недостает вашей жене?
Граф (лаская ее) . Того, что я нахожу в тебе, моя прелесть…
Графиня. А именно?
Граф. Не знаю. В тебе, быть может, меньше однообразия, больше задора в обращении, какое-то особое обаяние, иной раз, пожалуй, и неуступчивость. Наши жены думают, что если они нас любят, то это уже все. Вбили это себе в голову и уж так любят, так любят (в том случае, если действительно любят) и до того предупредительны, так всегда услужливы, неизменно и при любых обстоятельствах, что в один прекрасный вечер, к вящему своему изумлению, вместо того чтобы вновь ощутить блаженство, начинаешь испытывать пресыщение.
