– Федя, бросай ты, наконец, свою улитку! – не выдержал я.
– М-м! – отрицательно пробормотал карлик.
Ну и глупо! Выносливости ему, конечно, не занимать, но для бегуна на марафонские дистанции одной выносливости мало. Надо бы еще ноги, желательно длинные – и вот как раз последним Федя не обладал. И без того уставший, еще бы, мы же так и не отдохнули в Темноводске, сразу же по прибытию вынужденные бегом покинуть этот гостеприимный город, да еще и с такой ношей на спине – Федя явно был на гране своих сил. И дело даже не в большом весе. Медузо-улитка была вполне подъемной – не легкой, но пятнадцать килограмм – вес для молодого и здорового мужчины вполне комфортный. Особенно для человека, привыкшего всегда и везде ходить в железных доспехах, которые не меньше весили. Да вот только помимо веса была и другая сила, так называемая сила вязкого трения, она же сила сопротивления воздуха. Попробуйте взять большой кусок парусины, развернуть его, и потом, подняв над головой, быстро побегать – могу поспорить, что рекордов скорости в таких условиях добиться будет тяжело.
Но что поделаешь – если Федя начнет отставать, а он уже начинает, то ждать его я не буду. Хоть мы уже и покинули город, но и вампиры, быстро оклемавшиеся от удара, были не так уж и далеко. Я ж не знаю, может Федя как раз этого и хочет – чтоб его окружили вампиры, и чтоб он, наконец, смог испытать свой любимый топор. Я бы и сам ему помог, но не сейчас.
– Федь, брось! – сбивая дыхалку, но не притормаживая, попыталась урезонить своего брата и Лерка, и, проявив чудеса женской логики, в качестве убедительного аргумента добавила, – Они нас сейчас все равно нагонят!
– М-м! – продолжал настаивать Федя, но уже не столь уверенно – любимую младшую сестру он любил и предпочитал слушаться.
– Если он бросит – не нагонят, – между тем, совершенно неожиданно для меня, в нашу беседу вступила ведьма.
– Чего ты так решила? – поинтересовался я.
– А им не до того будет! Так пусть твой воин бросает своего москгожа, да побыстрее! А то нагонят нас – и твое чародейство, маг, не поможет!
– Федь! Бросай, черт побери! Сестру свою не хочешь слушать – так хоть чужого человека послушай! Со стороны виднее! – насупилась Валера.
И Федор не выдержал, выговор сестры стал для него последней каплей. Как нес – так и бросил.
– Да не на дорогу же, тупица! – ведьма даже притормозила, – Ты зачем его на дорогу бросил, а? В поле бросай! Быстрее! Они уже близко!
Зачем это делать пока еще никто не понимал. Но в данном случае слишком много было уверенности в голосе ведьмочки, так что, проигнорировав «тупицу», Федя поднял с дороги медузо-улитку, которая, как оказалось, по науке москгожем оказалась, и забросил в поле.
***
То, что раздалось сзади, иначе как воплем ужаса не назовешь – толпа вампиров из азартной толпы преследователей превратилась в охваченную ужасом биомассу. Скорость их при этом не уменьшилась, но теперь они уже не нас преследовали, а ломанулись в поле, туда, где наша зверушка начала свой обед. Так что очень скоро мы уже были далеко – медуза действительно странным образом задержала кровососов, однако я не сомневался – как только они решат внезапно возникшую и пока не доступную мне проблему, так сразу же и припомнят, кто в ней виноват.
Не сомневались в этом и другие. Стоило нам добежать до первого же перекрестка, как, руководствуясь указаниями временно взявшей руководство ведьмы, мы свернули с главной мощенной дороги на боковую грунтовую тропку, петляющую среди полей в человеческий рост пшеницы.
Впрочем – вряд ли мы бы смогли так укрыться. Вампиры, даже сельские, неотесанные, не дураки – они бы наверняка часть своего отряда направили сюда тоже, на всякий случай. Тут предстояло мне поработать – небольшая несложная иллюзия, по сути, банальный отвод глаз, и вместо боковой тропки вампиры видят лишь золотистые колосья, пробраться через которые, предварительно не поломав, невозможно. Иллюзия такого типа, односторонняя, наложенная не на живого подвижного человека, а на фиксированную точку пространства, проста и стабильна – без специальных магических умений такую распознать фактически нереально.
И я уже готовился приступать к колдовству, когда оказалось, что тут ведьма и без меня может прекрасно справиться – причем своим, мне не доступным методом. Уж не знаю, на чем было основано ее колдовство, но там, где только что была тропинка, с огромной скоростью принялась расти пшеница. Крошечные зеленые ростки за считанные секунды тянулись вверх, набирались силы, колосились и желтели, готовые подарить людям и нелюдям свой бесценный дар – зерно. Так бы это описал очередной «поэт украинских хлебов», которых так много было в моей школьной программе – ну да, помимо школы инших, я и в обычную тоже когда-то ходил.
Но лично мне намного интереснее было наблюдать этот процесс не обычным, а сумеречным зрением. Магия – это всегда красиво. Никакие зеленые листики и брызги морской пены никогда не сравняются по силе своего воздействия на эстетические чувства иншого с игрой магических линий в Сумраке, с красотой плетения заклятий. Не простых, силовых – на тот же огненный шар смотреть нечего! А вот на ведьмовство спасенной нами чернявки можно было заглядеться! Играя магией – не имея доступа и силы к высшим степеням волшебства, она те крохи силы, что достались ей от природы, заплетала в хитросплетение, которое обтягивало сумеречные образы еще не пробившихся из земли зерен, вытягивая их в колосья.
И она делала не только это! Ведьмовство неведомым мне образом поглощало наши следы – те возмущения в Сумраке, что создаются каждым человеком и по которым всегда очень просто вести погоню. Наши же следы таяли – как волны на воде. Сумрак пустел на глазах, и теперь, будь среди преследователей я сам, никогда бы не вышел на след.
Хоть и не было чародейство ведьмочки особо могучим – сил оно из нее немало высосало. И, пробираясь дальше по тропке, она все сильнее и сильнее висла на Биле, тем самым замедляя наше и без того не особо быстрое движение. Конечно, могли ее подхватить Федя с Бессом, а то и я помочь, веса лишив, но это было не к чему – мы все слышали, что погоня пронеслась мимо, по основной дороге. А то волшебство, что ведьма сотворила, не только тропку у нас за спинами стерло, а и сами воспоминания о ней у тех из преследователей, кто мог бы заметить ее отсуствие. Да и мы все тоже устали, тем более, дело незаметно к вечеру клонилось. Так что устроились на привал.
***
– Спасибо тебе, маг. И воинам твоим тоже спасибо – если бы не вы, гореть бы нам в огне, – первым делом поблагодарила нас ведьма, – Я уж и не знаю, чем было вызвано ваше неблагоразумие, что теперь вы вне закона в этих краях, как и не ведаю вам, чем мне предстоит отплатить за жизнь свою и несмышленыша этого – но все равно благодарна.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
