Она схватила эту сорочку и затолкала под подушку — и ещё наложить заклятие от постороннего любопытства. Наверное, будет случай вернуть предмет хозяину.
— Но… нужно же возвратить? — прошептала изумлённая Грейс. — Как же милорд маг без сорочки-то?
— Я надеюсь, она у него не единственная, — продолжала хохотать Катерина.
И веселилась всё время, пока одевалась, и пока Грейс заплетала и укладывала её косу, и её даже просили не смеяться так сильно, потому что невозможно затянуть корсет.
За завтраком Джон весьма обрадовался происшедшей с Катериной перемене — так и сказал, что наконец-то, и что он очень доволен. И что так намного лучше, чем как вчера. И попытался выяснить, что же послужило причиной, но она лишь сказала, что сон хороший приснился.
Сегодня во дворец отправились все, включая Джейми, и флейтиста Джорджи для дополнительной охраны Катерины. И в большой приёмный зал сегодня пускали всех — он был переполнен, как постоянно приходящими придворными, так и прибывшими специально, вроде них.
Катерина была очень рада видеть всех Блэк-Роков — и лорда Эдварда, и леди Анну, и всех их детей — кроме сыновей с жёнами, с ними была молодая дама, столь же рыжеволосая, как и леди Анна, и не было никакого сомнения в их родстве. Даму представили — Элизабет Лэнгли, в девичестве Блэк-Рок. Да, невестка милорда придворного мага, всё верно.
Семейство Морни появилось одними из последних. Катерина с любопытством оглядела высокого представительного мужчину, очень богато одетого — очевидно, это отец Рональда. Рядом с ним леди Мэри подтянулась и тоже выглядела не злобной сплетницей с северной границы, а даже почти что достойной дамой. С ними шли двое молодых мужчин — очевидно, старшие сыновья, которые не от леди Мэри, а от покойной первой жены, один — вероятно, с супругой, и три юных девицы, одной из которых оказалась Летиция. Наверное, две другие — дочери герцога Морни и леди Мэри, потому как у одной из девиц было что-то общее с Джоном, а у второй — с Джейми. Рональд шёл последним, опираясь на палку, и за ним неотрывно следовали двое его людей.
— А ведь её величество очень внимательно выслушала всё, что я смог рассказать ей о вашей истории с покойной леди Телфорд, — тихо сказал Эдвард Блэк-Рок. — И я не стал ничего от неё скрывать.
— И правильно, милорд, — кивнул Джон. — Мы тоже рассказали всё, как было.
Не сразу, но кого это сейчас интересует?
Катерина успела заметить протискивавшегося к ним Джонатана Майли, но он не успел. Церемонимейстер, или кто он тут, объявил о выходе королевы.
Королева появилась из той самой двери за троном, где, как знала Катерина, находился её рабочий кабинет. Наверное, уже с утра занималась делами, не иначе.
Она и начала с ходу с дел, причём — иностранных. Церемонимейстер объявил:
— Его милость граф Жан-Александр де Саваж, посланник Великого Герцога Фаро!
Катерина навострила уши. Во-первых, она слышала эту фамилию — понятно, от кого. Родственник? Вошедший был молод, разодет и пронзительно зеленоглаз. Или это просто выглядит так, потому, что у него дублет и штаны из яркого зелёного бархата? Не слишком высок, ниже Жиля, и очень легко двигается — фехтовальщик? Танцор? Красив, заглядеться можно. И очевидно, сильный маг — вдруг поняла Катерина.
Сильный маг из далёких краёв подошёл к трону, изящно поклонился и протянул королеве бумаги. Она их благосклонно приняла, улыбнулась молодому человеку и сказала, что ей весьма приятно получить весточку от самого Марканджело Фаро, знакомство с которым когда-то оставило по себе весьма приятные воспоминания. И пригласила присоединяться к её двору в делах, заботах и развлечениях. Тот поблагодарил и отступил — к графу Шалону, он, оказывается, тоже здесь.
А дальше из раздумий и разглядывания наряда посланника Катерину вырвало упоминание её собственного имени.
— Леди Торнхилл, подойдите.
Катерина поспешно подошла и поклонилась. У неё не вышло так же изящно, как у молодого посла перед тем, но — уж как вышло.
— Я рассмотрела вашу просьбу и думаю удовлетворить её. Я подтверждаю ваши права на владение имуществом вашего покойного отца, Сэмюэля Торнхилла. Вы показали, что достойны этого и справитесь с управлением. Но — вы должны будете вступить в брак, чтобы после вас земли Торнхиллов достались вашим детям. Наследником титула будет сын — когда он у вас родится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Благодарю, ваше величество, — что ж, замужества всё равно не избежать.
Но, может быть, не прямо сейчас? Пожалуйста! У меня, вообще-то, посевная на носу!
— Дозвольте сказать, ваше величество, — вдруг услышала она сбоку от себя голос Рональда Морни.
Неужели рискнёт? И что же делать, если вдруг?
Катерина не видела своего лица, но подозревала, что там сейчас то ещё выражение.
— Ваше величество, дозвольте мне взять в жёны леди Торнхилл, — и ещё кланяется, гад такой, сам белый-белый, страшный-страшный, и кланяется!
— И что же, леди Торнхилл готова выйти за вас? — с усмешкой спросила королева.
Да-да, с явственной усмешкой.
Катерина услышала шевеление сзади, кажется, там пододвинулись Телфорды. Хорошо. А с другой стороны, на удивление, пододвинулись граф Шалон и посланник из Фаро.
— Конечно, ваше величество, — Рональд вновь поклонился и бросил на неё суровый взгляд — наверное, подумал, что напугал.
— Леди Торнхилл, это правда? — королева продолжала усмехаться.
— Нет, ваше величество, — отчеканила Катерина с поклоном. — Я не желаю выходить замуж за милорда Рональда Морни.
— Отчего же? Он — выгодная партия.
— Не спорю, но, тем не менее, не желаю, — наверное, довод «не сошлись характерами» здесь не принимают во внимание? — Причиной тому — его действия по отношению ко мне, коими он добивался этого союза, и которые вовсе не приличествуют благородному человеку, — отрезала она.
Рональд нахохлился и злобно глянул на неё. Но не зря же она рассказывала королеве всё-всё?
— И может быть, у вас есть на примете другой жених? — продолжала любопытствовать королева.
— В данный момент я не давала обещания выйти замуж никому. И я прошу ваше величество дать мне полгода, по истечению этого срока я или предстану перед вами замужней дамой, или приму того супруга, которого вы мне изберёте. Хотя бы полгода.
В любом случае, урожай к тому моменту уже будет собран.
— Будь по-вашему, — ответила королева, и Катерине на долю мгновения показалось, что сквозь человеческие черты её лица проступила лисья морда. — И если по правде, то не полгода, а даже и год. Вернёмся к этому вопросу следующей зимой. Морни, вам следует оставить леди Торнхилл в покое, очевидно, она не желает иметь с вами ничего общего, — добавила она жёстко.
— Благодарю, ваше величество, — снова склонилась Катерина.
Можно выдохнуть?
— Против церковного благословения ничего не сделает даже королева. Если ты думаешь, что тебя спасёт твой некромант, должен разочаровать, — прошипел Рональд, кланяясь. — Он мёртв!
Ух ты, ух ты.
— Громко скажи об этом, — проговорила она. — А то вчера ты клялся совсем в другом.
— И не подумаю. Пусть ищут его хоть всю оставшуюся жизнь!
— Как вы сказали, милорд? — вдруг раздался из ниоткуда знакомый вкрадчивый голос. — Не нужно искать всю жизнь, уже нашли. Миледи, к вашим услугам.
Мастер эффектных появлений не мог ни шагу сделать в простоте, так и тут. Появился из ниоткуда — в расшитом серебром и жемчугом сером бархате, с воротником и манжетами из тончайшего кружева, с перстнями и цепями. Невероятно красивый, просто дух захватывало.
— Ваше величество, — склонился в глубоком поклоне. — Я прошу правосудия — для меня и моих товарищей по путешествию. Я обвиняю этого человека в том, что он вероломно напал на меня, и если бы не мои умения, моя удачливость и чудо господне — не видать бы мне вашего величества более. Готов предоставить трех свидетелей нападения и ещё трех свидетелей того, чем оно завершилось.
В полной тишине было слышно, как выругался сквозь зубы герцог Персиваль Морни.
