подлатать, составить план дальнейших действий для Лиаса, выступить перед подданными Патриархии в маске Маэстро, поскольку его внезапное исчезновение посеяло значительное беспокойство в обществе. Ходили слухи, будто бы я погиб, и что теперь страна обречена сражаться с Капитулатом в одиночку. Затем я познакомился с пленённым кардиналом. На данный момент мне не удалось ничего о нём узнать, даже имени. Узник наотрез отказался выдавать хоть что-то о себе. Но это дело поправимое. Уверен, он запоёт соловьём, как только я возьмусь за него всерьёз. Ну а пока я приказал отпилить алавийцу обе руки. На всякий случай. А то мои антимагические колодки, боюсь, такого зверя не удержат. Последним моим распоряжением было для тюремщиков организовать алавийцу обильное питьё и двойной рацион. Ко дню, когда я вернусь, с него должны сцедить достаточный объем крови, чтобы заполнить винную бочку из патриаршего винного погреба. Этого надолго хватит для моих экспериментов.
Только я разобрался с этим, как на мою голову обрушилась новая забота. Подавляющее превосходство учения Безликих над классическими людскими школами, ярко продемонстрированное во время защиты Арнфальда, породило целый шквал в среде озарённых. В моё братство хлынул бурный поток из желающих присоединиться к Безликим. Их объявилось настолько много, что камней крови, которые я активно скупал последние годы, не хватило бы и на половину претендентов. Впрочем, справедливости ради стоит отметить, что большинство из них были ингениумами. Однако же и слухи о нашей битве с алавийцами пока еще не ушли слишком далеко от столицы. Когда эта информация доберется до северных княжеств, то отбоя от кандидатов у меня не будет.
Но вот заниматься отбором мне совсем некогда. Раньше этим заведовал Нест, а теперь, видимо, придется создавать внутри братства некий орган по типу приёмной комиссии. Туда войдут все, кто делает успехи в освоении моей теории тональной магии. Благо, что таких персон хватает. Им предстоит стать членами коллегии, которая не просто будет вести отсев, но еще и принимать на полное попечительство отобранных претендентов. Почему так? Да потому что на всех рынках Старого континента не сыщется такой прорвы камней крови. Слишком быстрый взлёт предстоит моему братству. Оттого и задуматься над изменением его структуры нужно уже сейчас.
Но это всё будет потом. А пока меня ждет поездка в Клесден. И моим сборам никто не мешал по той причине, что личность Ризанта нор Адамастро особого интереса у широкой публики не вызывала. Да, я был вхож в патриарший дворец. Да, за мной тянулось интригующее прошлое «дважды выжившего». Да, слухи приписывали мне невероятную удачливость, которая позволила заколоть одного из кардиналов альвэ. Но на фоне того, что сегодня происходило в стране, эти мои былые заслуги выглядели блёкло. А каких-то иных выдающихся деяний я от своего лица не совершил. С Лиасом на людях мы строго поддерживали отношения сюзерен — вассал. Потому ни у кого не было оснований подозревать, что я имею какое-то особенное влияние на монарха. Да чего тут рассуждать, даже моё многодневное отсутствие во дворце прошло незамеченным для придворных вельмож.
С собой я смог увезти только двадцать Безликих. Остальные либо погибли, либо получили серьёзные ранения. И чтобы не терять времени попусту, я оставил Лиасу одно важное наставление — пускай выжившие занимаются отбором и обучением неофитов. Сначала сами пусть поправятся, да помогут новичкам отрастить хотя бы молочные клыки. А потом уж я им найду работёнку.
Последнее, что я приказал сделать, это забрать с собой тело Неста. Даже если войска Капитулата сожгли Клесден до основания и разнесли по кирпичику, я всё равно похороню экселенса Эльдихсена вблизи отчего дома. И горе тому, кто попытается мне в этом помешать…
— Ризант? Вы уезжаете?
Иерия нор Гремон, как и полагается ищейке Пятого Ордена, появилась в моих покоях в самый неудобный момент. Как раз тогда, когда я сжигал заклятием «Горелки» исписанные «Элегией войны» листы. Чёрта с два я позволю этому дьявольскому плетению существовать где-либо ещё, помимо моей памяти.
— И вам не хворать, госпожа Судия, — подчеркнуто едко отозвался я, решив таким образом скрыть нервозность.
— Ох, простите меня, экселенс, — совершенно точно уловила Серый Рыцарь мой укол по поводу отсутствия такта. — Я ворвалась к вам без приглашения, да ещё и забыла поприветствовать. Моему нахальству просто нет оправданий. Клянусь Сагарисом, что ни в коем случае не желала вас задеть или тем паче обидеть…
— Бросьте, Иерия, мы же с вами не чужие люди, — изобразили уголки моих губ улыбку. — Не обращайте на меня внимания. Я после пережитых событий немного сам не свой.
— Вы тоже участвовали в сражении? — почти утвердительно спросила нор Гремон. — Я вижу свежую отметину на вашем лице. Конечно, целитель сработал очень умело, но границы старой и новой кожи всё равно заметны.
— Да, пришлось немного повоевать, — признался я, смущенно потирая залеченный ожог на лбу.
— Иного и не ждала от вас, Ризант. Вы настоящий патриот своей страны. Будь хотя бы каждый десятый житель патриархии таким, как вы, то мы бы отстояли Арнфальд и без помощи всяких бандитов.
— Спасибо, Иерия. Мне безумно приятно слышать это из ваших уст, — тактично опустил я вторую половину фразы гостьи.
— Вы так и не ответили, Риз, куда собираетесь?
— Домой.
— В Клесден⁈ — округлила янтарные глаза квартеронка.
— Именно.
— Но это же безумие! Город захвачен легионами Капитулата! Вы сильно рискуете! — заволновалась милария нор Гремон.
— И всё же, я не могу поступить иначе.
— Постойте, Риз, не принимайте скоропалительных реше…
— Это. Не. Обсуждается, Иерия, — жестко отчеканил я.
Видимо, в глубине моего взора промелькнуло нечто такое, отчего Серому Рыцарю сделалось не по себе. Она отвела взгляд и замолчала. А я невозмутимо продолжил сборы.
— Я зашла вам кое-что сказать, экселенс, — наконец прервала она затянувшуюся паузу.
— Что же? — не особо заинтересовано буркнул я.
— Это касается экселенса нор Эльдихсена. Вы знаете, что он погиб?
— К сожалению, знаю, — холодно произнес я.
— А вы знали, что он служил Маэстро и был одним из тех, кого зовут Безликими Демонами?
— Простите… что? — я подчеркнуто медленно закрыл крышку саквояжа и повернулся к собеседнице.
— Да, я понимаю, как это звучит, — смутилась квартеронка. — Но я видела собственными глазами. Он прикрыл меня от заклинания алавийского милитария, а сам…
Мой взгляд просверливал переносицу Иерии так бешено, что
