не обойтись. Юрзину просто не повезло – он оказался не в том месте, не в то время. Но его гибель спасет множество жизней: и этих трех женщин, и самого Миссела, и всей расы дейвов…
Увидев Рейнату, парнишка словно обезумел. Он рвался к ней изо всех сил, но никак не мог обойти Проклятого. Юрзин просил, умолял, пытался драться, но тщетно. Миссел не пускал, приговаривая:
– Вначале ты должен помочь мне.
И Юрзин сдался.
– Я согласен, – прошептал он и обречено взглянул в единственный глаз Проклятого. – Вы хотите, чтобы я убрал эту… шапку с вашей головы?
– Да. Сумеешь?
– Попробую. Но я могу не успеть. Черная боль будет перетекать от вас ко мне, и может убить меня до того, как я закончу.
– А ты постарайся прожить как можно дольше, – жестко сказал Проклятый. – Если успеешь снять с меня «Корону» до того, как умрешь, я потом вылечу Рейнату, обещаю. А если нет, она так и будет страдать.
Юрзин всхлипнул, бросил отчаянный взгляд на таррединку и положил ладони на виски Проклятого…
23
Спустя некоторое время Песчаный Дух сидел за столом на кухне и жадно ел суп, а три женщины молча сидели рядом и старались не смотреть друг на друга, потому что как только они встречались взглядами, у них перед глазами тотчас вставал Юрзин…
…Целителю все-таки удалось снять с Миссела «Корону». Парнишка отчаянно цеплялся за жизнь все то время, пока заклинание стекало с головы Проклятого, злой змеей вонзаясь в самого целителя. Юрзин корчился и хрипел от безжалостных ударов «Короны», но не хотел умирать – он смотрел, не отрываясь на Рейнату, и ее боль придавала ему сил.
Когда же «Корона» окончательно покинула Проклятого, Юрзин из последних сил пополз к девушке, пытаясь дотронуться до нее сведенными судорогой пальцами.
Таррединка, зажав руками рот, чтобы не закричать, смотрела на ползущего к ее ногам парнишку, но не могла заставить себя сделать к нему хотя бы шаг. Ужас, жалость, отвращение наполняли ее целиком, от макушки до пяток. Ей казалось, что если он дотронется до нее, она сойдет с ума. Или умрет.
Но он не дополз, затих в двух шагах от вожделенной цели, и тогда Рейната упала в обморок…
Очнувшись, она обнаружила себя лежащей в людской на топчане, а рядом сидел Миссел.
– Ты как? – устало спросил он. – Ничего не болит?
– А? Н-нет… вроде нет… – Рейната пошевелила рукой. Пальцы срослись, и вообще на ее лице и теле не осталось ни следа от побоев.
– Вот и хорошо, – откликнулся Проклятый. – Если хочешь, иди на кухню, помоги Торине. Она варит суп. А я пока займусь Ангеликой. Надо убрать у нее с лица этот ужасный шрам.
Некоторое время спустя все четверо собрались на кухне. Торина заикнулась было о том, чтобы накрыть в столовой, дескать, негоже господину Проклятому есть на кухне, но Миссел лишь устало отмахнулся от нее.
– Некогда. Я должен поскорее поесть, чтобы восстановить силы, а потом исцелю тебя и спрячу трупы… Не беспокойтесь, труп вашего хозяина никто не найдет. Я задам ложный путь для мага-розыскника. Все будет выглядеть так, будто Анхель уехал далеко на юг, в Тарредию. Как только из лавки придут приказчики, я приму облик Анхеля и объявлю о своем отъезде. А для каждой из вас от его имени составлю вольные. Вот только вам придется как можно скорее покинуть Кротас. Правда, я не могу дать денег на дорогу, но… Вы случайно не знаете, может, в доме есть тайник, где ваш хозяин хранил сбережения?
– Есть. Я знаю, где он, – уверенно ответила Торина, помялась и взглянула на Проклятого. – Господин… э… Миссел, я даже не знаю, как вас отблагодарить.
– Налей мне супа, да побольше, – улыбнулся Песчаный Дух. Без мучительной «Короны» на голове он чувствовал себя почти счастливым, ощущая, как магическая сила вновь откликается на малейший зов. – Твой суп так аппетитно пахнет, что я, того и гляди, захлебнусь слюной.
Торина зарделась от похвалы и бойко заработала поварешкой, бросив через плечо:
– Девчонки, а вы будете есть?
– Да, – кивнула Рейната и, спохватившись, вопросительно посмотрела на Проклятого.
Миссел легко прочел ее мысли: она побоялась сесть за один стол с господином, опасаясь такими действиями оскорбить его.
Песчаный Дух игриво улыбнулся и похлопал ладонью по скамье:
– Садись рядом со мной, красавица. Или ты не хочешь сидеть рядом с таким одноглазым уродом, как я?
– Что вы! – вспыхнула Рейната. – Да для меня вы теперь самый лучший, самый привлекательный и замечательный…
– Да замолчи ты! – внезапно закричала Ангелика. – И вы все! Что за чушь вы несете? Как вы можете так спокойно разговаривать, когда только что из-за нас погиб жалкий отчаянный парнишка! Ведь он лежит там, один… а вы… вы…
Торина подскочила к ней и отвесила звонкую оплеуху.
– Заткнись, дура! Думаешь, нам не тяжело? Но что толку охать и ныть, ведь сделанного не воротишь. Он мертв, а мы живы.
Воцарилось молчание. Торина поставила на стол четыре миски с супом. Нарезала толстыми ломтями хлеб. Миссел взял ложку и набросился на еду, а три женщины молча расселись возле него на скамье и украдкой вздыхали, старательно отводя взгляды друг от друга.
Песчаный Дух съел две полных тарелки и только тогда почувствовал, что силы начинают возвращаться к нему. Сейчас самое время было поспать, чтобы окончательно восстановиться. Некогда, решил Миссел и поднялся из-за стола. У него еще очень много дел. И, прежде всего, следует отдать приказы Должникам. Теперь, когда запястья целехоньки, обряд можно провести довольно быстро.
– Торина, помнишь, мы говорили о свече, воде и ветке? Мне они нужны и как можно быстрее.
24
Вскоре перед Мисселом на кухонном столе стояли бронзовый подсвечник с новенькой свечой и серебряная чаша с водой, рядом лежала небольшая березовая ветка.
Женщины покинули кухню, пошли разыскивать сбережения хозяина и собирать вещи для отъезда – Песчаный Дух предупредил, что им необходимо еще до заката покинуть дом.
Миссел положил руки на стол ладонями вниз и сосредоточился, наблюдая, как на указательном пальце левой руки появляется массивное золотое кольцо Змееносца. Затем дотронулся этим пальцем до свечи, зажигая пламя, и окунул руку в чашу. Прозрачная вода тут же изменила цвет,
