— Проклятый замок, — произнес Скай хриплым, сдавленным голосом. — Живым здесь не место.
Китиара согласилась с ним всем сердцем. Никогда еще не ощущала она такого ужаса и была буквально больна от страха, а ведь ей предстояло войти в ворота. Во рту она ощутила мерзостный привкус крови, ее вырвало. Китиаре не хватало воздуха. Она прижалась к Скаю и была готова скомандовать ему повернуть назад и лететь отсюда как можно быстрее. Лучше испытать на себе гнев Владычицы Тьмы, чем этот ужас. Но вместо слов раздался лишь хрип, и рот Китиары наполнился горячей горькой желчью.
— Что ты сказала? — прокричал Скай. — Улетаем?
Китиара судорожно глотнула воздуха и произнесла сквозь сжатые зубы:
— Приземляйся!
Скай покачал головой и стал снижаться кругами в поисках места, где можно было сесть. Единственной подходящей для этого площадкой казался двор, расположенный перед главными воротами. Дракону пришлось в последний момент сложить крылья, чтобы не задеть ими башню, он неуклюже шлепнулся на камни, чуть не врезавшись при этом в стену.
После такой жесткой посадки Кит еще довольно долго сидела на спине дракона, не решаясь ступить на проклятую землю. Она сняла шлем, сузила темные глаза, облизала губы и попыталась что-то сказать, но слов не последовало. Скай ее понял.
— Хорошая идея. Слезай, госпожа, и подыщи себе укрытие. Окажу, пожалуй, миру услугу и уничтожу это жуткое место! — прошипел Скай, и искры засверкали у него меж зубов.
— Будь осторожен! — сказала Китиара на прощание и отошла в сторону, чтобы не мешать дракону взлетать.
Скай отчаянно оттолкнулся задними лапами, чтобы подпрыгнуть достаточно высоко и расправить крылья, не задев каменных строений вокруг.
Ему это удалось, и он принялся кружить, приготовившись испепелить башни своим огненным дыханием. Но внезапно налетел порыв ветра, ударив дракона в грудь. Он отчаянно боролся с воздушным потоком, расправив крылья и растопырив в воздухе лапы. Ветер все усиливался, и Скаю не удавалось с ним справиться. В конце концов ветер подхватил дракона и понес прочь от башен, обратно в залитый солнечным светом мир. Там порыв внезапно ослаб, опустив сбитого с толку дракона посреди поля.
В ярости Скай поднял голову и вновь расправил крылья. Он отлично знал, кто наслал этот ветер, но сдаваться не собирался. Китиара нуждалась в его помощи. Едва он начал подниматься в воздух, очередной порыв ветра с ревом бросил его обратно на землю, где Скай и остался лежать, потеряв сознание.
Кит смотрела на это со спокойствием отчаяния. Она знала, что Такхизис не позволит дракону вмешаться. Придется действовать самой.
Отшвырнув свой шлем, Китиара, дрожа, стояла посреди пустынного двора и озиралась. Никого не было видно, но за ней наблюдало множество глаз. Царила тишина, но отовсюду раздавались крики и стоны. Не горел огонь, но она ощущала жар пламени.
Все вокруг таило угрозу, все было мертвенно и одновременно пульсировало некой жуткой жизнью. Они желали ее, хотели сделать такой же, заключить здесь на веки вечные. Двор был усеян трупами храбрецов и глупцов, пришедших сюда до нее. Все они умерли от ужаса, о чем свидетельствовали выставленные вперед руки, широко открытые рты, из которых вырывался предсмертный крик. Никто из них не добрался до ворот.
Страх внутри Кит нарастал, безотчетный, всепоглощающий. Ноги подкашивались, колени дрожали. Сердце то бешено стучало, то болезненно сжималось. Она не могла дышать. Холодный пот заливал лицо и грудь.
Страх… ужас… Голос, говорящий что-то… голос Иоланты…
„Он спасет тебя от смертельного ужаса…“
Магический браслет. Кит уже пыталась надеть его раньше, перед тем как вступить во двор, но браслет не налез на ее перчатку, и она положила его за нагрудник доспехов, намереваясь надеть, как только окажется в крепости. Но она была так напугана, что все мысли разом вылетели у нее из головы. Теперь она нащупала артефакт дрожащими пальцами, схватила и крепко сжала.
Тепло волной разлилось по ее телу, словно от глотка „гномьей водки“, успокоив и уняв страх. Сердце перестало бешено стучать, тошнота отступила, Кит вновь могла дышать. Она стала надевать браслет на руку.
В Башне раздалась песня. Женский голос тянул одну-единственную ноту, красивую и ужасную, пронзительную, плачущую, всепроникающую. Этот звук вонзился в Китиару, словно стальной клинок. Она уронила браслет, и он со звоном покатился по мощенному булыжником двору.
В ту же секунду вернулся ужас, раздирающий сердце, способный раздавить. Паника нарастала. В отчаянии женщина опустилась на четвереньки. В темноте она не могла найти свою драгоценность, и это сводило с ума, теперь она ясно увидела бушующий вокруг пожар. Китиара начала ощупывать все вокруг голыми руками. Булыжники были покрыты слоем сажи и пепла. Из трещин сочилась вода. Кит отдернула мокрую руку и с ужасом обнаружила, что ее ладонь была испачкана в крови.
Отсветы пожара становились ярче, и наконец-то она увидела лежавший поодаль браслет. Китиара попыталась до него дотянуться, как вдруг по обеим сторонам от браслета она увидела два блестящих сапога, наполовину скрытых оборванным по подолу плащом. Рука в перчатке схватила артефакт.
Кит подняла полные ужаса глаза.
Перед ней стоял Лорд Сот. В прорезях шлема горел огонь. Сполохи пожара отражались в стальных латах. Роза, украшавшая нагрудник, пошла трещинами, почернела и заржавела от покрывавшей ее крови.
В руке Рыцарь Смерти держал браслет. Глаза в прорезях шлема, казалось, вспыхнули от удивления еще ярче. Он поднял артефакт выше, так чтобы она видела, и на глазах Китиары сжал кулак. Послышался скрежет металла, и между пальцев рыцаря посыпалась серебряная пыль — сверкнула в свете пожара и впиталась в грязь.
— Это мошенничество, — произнес Лорд Сот. Рыцарь Смерти повернулся на каблуках. Плащ колыхнулся, словно волна тьмы. Он указал вперед и произнес:
— Этой ночью ты моя гостья.
Ворота Даргаардской Башни открылись.
3
Битва Китиары. Клятва Лорда Сота
Китиара проползла некоторое расстояние на четвереньках в грязи и крови, глядя на открытые ворота. Перед ней был большой зал, пустой и темный, освещенный лишь свечами искореженной металлической люстры, некогда сорвавшейся с потолка и теперь лежащей на полу. Если Кит не поднимется и не войдет в ворота, она станет еще одним трупом, валяющимся во дворе. Завтра Скай пролетит над Даргаардской Башней и увидит ее кости и гниющую плоть, закованную в синие доспехи и рогатый шлем Повелительницы Драконов. Скай будет ее оплакивать — единственный, — но со временем он найдет себе нового наездника. Ариакас рассмеется, когда узнает о ее бесславной кончине, и назовет дурой, заслужившей свою судьбу. Такхизис станет ее презирать. Лорд Сот подберет ее рогатый шлем и прибавит к своим трофеям. Это будет конец. Китиара Ут-Матар превратится в ничто, канет во тьму и забвение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
