Я заставил себя оторваться от созерцания темного окна и повернуться лицом к вошедшему.
– Э-э… Хонир, – начал я.
Звук моего голоса словно заставил его очнуться. Слишком поздно я сообразил, что лучше было дождаться возвращения Селены, а до этого момента держать язык за зубами, как учил Хенигас. Но уроки терпения всегда давались мне тяжело, за что расплачиваться приходилось уже не один раз.
Я удивленно моргнул, когда полумрак резко вжался в углы. Нечто, напоминающее копье, голубое, как глаза привратников, и сотворенное из ледяной ярости, ударило из ладоней Хонира. По крайней мере, я решил, что этот темный силуэт у двери был именно им. На разглядывание времени, честно говоря, мне не дали. Защита мгновенно сплелась вокруг меня, но даже ее оказалось недостаточно, чтобы полностью погасить удар. Меня отшвырнуло назад, пребольно шибанув головой об стену. Еще оставалось удивляться, как это я умудрился не выбить окно и не вывалиться наружу, хотя был очень близок к этому. Хорошо, что удар пришелся по косой, иначе я бы оповестил о своем прибытии всех духов до единого и тогда мне бы пришлось спешно уносить отсюда ноги, наплевав на разговор, каким бы важным он мне не представлялся. Говорил же я Селене – лучше в другой раз, попозже, когда привратники хоть немного придут в себя. Но нет, ей, видите ли, не терпелось…
– Хонир, не надо!
Вбежала Селена, схватила привратника за руки.
Я поднимался, шипя от боли и гадая, не сломал ли себе чего. Например, шею. Кажется, в моей нынешней ситуации это было бы самым правильным решением. А что тут такого? Ну, стану седьмой неудачей Севиала, ему ведь не привыкать.
В голове у меня по-прежнему шумело, и я догадывался, что пройдет это нескоро. Особенно если Хониру вздумается продолжать.
– Арлин, ну что ты стоишь столбом? – крикнула мне Селена. – Давай, успокой его.
Успокоить бурю. Неплохо придумала.
– Хонир, поверь, я не хотел причинять вред никому из вас. Даже Зарону, хоть он и был предателем, – чуть громче, чем следовало, сказал я.
Селена приглушенно ахнула. Глаза привратника в вернувшейся полутьме сверкнули, как две холодные звезды. Боги, что же это я болтаю? Нельзя вот так вываливать на людей горькую правду, за это и прибить не грех.
– В общем все было так, – заторопился я, – когда я сбежал от Единых, мне в этом мире встретился один человек, Севиал, так вот он…
Дверь шваркнулась об косяк, оборвав меня на полуслове. Еще два силуэта вползли в комнату.
– Что за шум, брат? – раздался голос Нарви. – Ты чего это тут бушу…
Под потолком вспыхнул огненный круг из разом зажженных свечей. Я встретился взглядом с Нарви, а когда чуть повернул голову, то и с Гормом. Лица обоих, бледные, осунувшиеся, вытянулись и стали на миг еще белей. Но только на миг, пока ярость не обожгла их своим пламенем.
– Предатель! – хлестнул меня искаженный до неузнаваемости голос Нарви
Селена выпустила руки Хонира и попятилась, в ужасе переводя взгляд с одного привратника на другого. Кажется, только сейчас до нее дошло, что они собираются делать.
Убивать.
В комнате вдруг стало очень душно, словно их более ничем не сдерживаемая Сила вытесняла сам воздух. То, что она создавала сейчас на моих глазах, я бы назвал здоровенным серпом, заточенным до невообразимой остроты. Он переливался от синевато-черного до темно-фиолетового цвета и весьма эффектно вращался посреди комнаты, причем в непосредственной близости от моего горла. Но по мне, так для такого оружия и расстояние до соседнего мира не выглядело бы достаточно безопасным.
У меня внезапно пересохло во рту, а ноги будто приросли к полу, и все, что я мог делать – это молча глазеть на шикарную махину. И запоминать. Вдруг да сгодится на что-нибудь. На том свете. Но я тут же одернул себя. Такие мысли сейчас ни к чему. Я ведь тоже теперь не тот неопытный маг, что когда-то пожаловал к ним в Убежище, и даже не наполовину измененный их обрядом. Одна из Древних постаралась на славу, лишь бы я смог сравняться Силой с самим Севиалом. Значит, и привратникам я теперь мало уступаю, так что ничего, прорвусь.
Серп, словно подслушав мои мысли, завращался еще быстрее, сливаясь в один переливающийся, размазанный диск. Миг – и он рванулся мне навстречу, отбрасывая снопы искр. Повинуясь внезапному порыву, я вскинул руку, представив перед ней стену. Это сработало. Ощутив сопротивление, диск неуверенно дрогнул и замедлил движение. Я видел, как он тщетно пытается вгрызться в мою преграду, как сверкающее лезвие неотвратимо медленно утрачивает свою остроту. Напрягшись, я заставил стену отодвинуться чуть дальше от меня. Она поддалась, с неимоверным трудом преодолевая давление серпа. В ответ я расширил поток направляемой Силы, в буквальном смысле отвоевывая каждый миллиметр. Каким-либо образом разрушить диск привратников я не решался, зная, что это неминуемо разнесет весь дом. Просто убрать его я тоже не мог, не зная истоков заклинания, поэтому хотел вынудить к этому самих привратников. Когда их собственное творение окажется прямо перед их носом, деваться им будет уже некуда.
Кажется, они это тоже поняли и в свою очередь усилили серп. Ощутив поддержку, он радостно впился в мою преграду, впервые поколебав спокойную зеленоватую гладь. Я покрылся холодным потом, прямо таки физически ощущая нарастающую мощь давления. Трое привратников – это многовато. Я бы еще смог справиться с одним, но Силы троих, искусно сплетенные воедино, способны размазать по стене кого угодно.
Неприятная слабость ядовитой змеей вползала в меня, заставляя пульсировать искру-амулет. Увы, способность восполнять Силу еще не означала умение снимать обычную человеческую усталость. Стена, поддаваясь напору извне, неожиданно затрепетала, передавая свою дрожь и мне.
Ледяное дыхание коснулось лица, предупреждая о скором конце противостояния.
– Селена, – зло прошипел я, – ты притащила меня сюда. Так сделай же что-нибудь!
Мой голос разрушил охватившее ее оцепенение, и женщина дернулась вперед. Горм, не спуская с меня пристального взгляда, схватил ее за руку и грубо рванул на себя.
– Не вмешиваясь, – коротко приказал он.
Сказать что-либо еще я боялся, зная, что это ослабит мой контроль над стеной, и тогда эта здоровенная штуковина с радостью разнесет меня в клочья. По той же причине я не мог воспользоваться Хандилом, тем более, что для него помимо всего прочего просто позарез нужны спокойствие и сосредоточенность.
Неожиданно все происходящее отодвинулось на второй план. Разговора не получалось и я не видел смысла продолжать попытки. Поэтому, внезапно растворив преграду, я одновременно с этим припал на четвереньки и воспользовался полной оборачиваемостью. Диск свистнул над головой, выломав целую дыру в стене, и унесся еще дальше. Испуганные крики всколыхнули покой ночи, приглушенно охнула Селена. Медлить было нельзя. Я прыгнул в образовавшуюся в стене дыру, в мгновение ока оказавшись на улице, и большими скачками понесся прочь от этого дома. Уже на ходу, как никогда раньше радуясь темным улицам, полностью скрыл себя от чужих взглядов.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
