Проблем было так много, что Павел готов был отчаяться. Он прикрыл глаза и мысленно сказал себе:
«Ничего... По капле, по крупице – шаг за шагом, навстречу цели. Я смогу. Я умею делать невозможное...»
* * *
На следующий день Павел проснулся только тогда, когда Белый вернулся с разноски обедов.
– Ты что-нибудь уже придумал? – сразу поинтересовался он.
Павел начал перечислять пункты своего сомнительного плана, запинаясь и путаясь от неуверенности:
– Найти склады оружия. Отыскать и оповестить всех людей, что здесь находятся. Выбрать среди них наиболее сильных и самостоятельных, чтобы они могли действовать вместе со мной. Вывести из строя все небесные машины, кроме одной – для себя. Прорваться к выходу и убраться отсюда.
Павел отдавал себе отчет, что успех каждого пункта этого плана зависит больше от случайности и удачи, чем от его личных качеств. Сумеет ли он скрыть от вождей свой тайный замысел, найдутся ли среди пленников достойные помощники, есть ли в пределах досягаемости оружие – любой из этих вопросов в случае неблагополучного исхода проваливал все. Кроме того, много вопросов оставалось непроработанными. Кто, например, будет управлять небесной машиной? Павел этого делать не умел.
Он посмотрел на Белого, ожидая, что тот выскажет свое мнение. Но разносчик лишь пожал плечами.
– Действуй...
Павел был разочарован. Он ожидал, что Белый более подробно оценит план, укажет его плюсы и минусы.
Однако разносчик все-таки добавил:
– Я, конечно, не должен ничего советовать и вообще вмешиваться, но... Подумал ли ты о том, что вожди уже имеют термоядерное оружие? И активно учатся им пользоваться. Подумал ли ты, что будет с вашей планетой, когда ты разгневаешь их своим поступком?
– Нет.
– Думай...
– А сколько их? Я имею в виду вождей «Покровителя».
– Вождей... Не стоило нам привыкать называть этих подонков вождями. Я не знаю точно. Король, пять или шесть офицеров и еще человек шестьдесят-семдесят рядовых гвардейцев.
– И все? Как такая кучка людей могла натворить столько дел?
– Ну, нет. Дела натворили вы сами, – усмехнулся разносчик. – А они только указывали вам, что делать. Ладно, хватит морщить лоб, давай обедать.
На обед Белый принес то же самое, что и вчера. Павел без аппетита съел несколько клейких листьев и сказал:
– Я хочу немедленно начать.
– Дождись хотя бы вечера. Сейчас здесь многолюдно.
– Все равно. Ты должен сказать, где хранится оружие.
– Какое? Стратегические ракеты прикреплены на внешней стороне оболочки, а часть спрятана в одном из внутренних залов.
– Нет, мне что-нибудь попроще. Автоматы или карабины.
– Почти все стрелковое оружие они оставили на своей планете. Небольшой запас находится на шестьдесят втором уровне.
– Это закрытый уровень...
– Разумеется.
– Как же я туда попаду?
– Ты опять заставляешь меня быть твоим мозгом. Думай. Вспомни, например, про лифт.
После столь прозрачного намека Павел твердо решил устроить вылазку сегодняшней ночью. До вечера он то лежал у себя, то просто бродил по коридорам, обдумывая каждый пункт плана, просчитывая возможное развитие событий и запасные варианты. За день ему удалось поставить кое-что на свои места, но большая часть была еще как в тумане.
Белый лег спать как ни в чем не бывало. Павел вдруг вспомнил, что упустил одну важную деталь, и тронул его за плечо.
– Дай мне ту штуку, которой ты открываешь двери.
Разносчик разлепил глаза и посмотрел на него несколько удивленно.
– Ну, хорошо. Возьми.
Коридоры, как и ожидалось, были пусты. Павел пока не чувствовал страха – гвардейцы здесь почти не появлялись, тем более ночью. Дорогу к подъемнику он помнил четко, поэтому добрался быстро. Пришлось, правда, замешкаться перед дверью – Белый не объяснил, как пользоваться ключом.
Павел несколько минут тыкал им вслепую, пока не заметил на косяке три крошечные риски. Он надавил на них «пальцами», и те сразу провалились внутрь. Павел отвел ключ в сторону – так же, как это делал Белый, и открыл дверь.
Открыть вход в кабинку лифта уже не составило труда. Оказавшись внутри, Павел не стал терять времени и быстро нашел следующие три отверстия для ключа – других органов управления здесь не было.
Ключ вошел в выемки с мягким щелчком. Павел надавил на него снизу, подпружиненное гнездо повернулось, и ускорение налило тело тяжестью.
И тут Павел понял, что не знает, как найти шестьдесят второй уровень. В кабине не было никакой индикации; видимо, тот, кто делал лифт и пользовался им, умел определять высоту уровня каким-то особым чувством.
Хуже всего, если кабина остановится как раз там, где полно гвардейцев. Это будет полным провалом операции.
Лифт стремительно летел вверх. Павел понимал, что давно уже пора остановить его, но никак не решался. Через несколько десятков секунд кабина вдруг остановилась сама.
Павел почувствовал, как лоб покрывается испариной. Он затаил дыхание и прижал ухо к холодному металлу двери. Снаружи не доносилось ни звука. Тогда он решился наконец открыть вход...
С первых секунд ему показалось, что он попал в открытый космос. Первым желанием было прыгнуть обратно и захлопнуть дверцу, пока космический холод не превратил тело в глыбу льда.
Но этот порыв быстро прошел. Павел понял, что попал в круглый зал, весь потолок которого занимало огромное окно. Видимо, это был последний, самый высший уровень небесного острова.
Глаза быстро привыкли к темноте. Здесь не было пыли, паутины и других привычных следов запустения, но Павел почему-то сразу понял, что это место давно никем не посещалось. Может быть, с тех пор, когда дикое племя вождей захватило корабль.
Похоже, они не любили смотреть на звезды. А пилоты по каким-то причинам перестали приходить сюда.
Зал был почти пустым – только пол с несколькими десятками приземистых тумб и огромный прозрачный купол наверху.
Павел сделал несколько шагов вперед, обернулся и застыл потрясенный. Он увидел Землю – исполинскую темную громаду, обрамленную белым сиянием. Там, куда он сейчас смотрел, была ночь, и он не мог видеть очертания морей и материков. Он мог только догадываться, что, может, именно сейчас «Покровитель» проплывает над его городом, домом.
Павел почувствовал, как сжимается в холодной тоске его сердце. Это была ужасная мука – видеть свой дом и сознавать его недоступность.
«Я вернусь, – прошептал он. – Я сделаю все, чтобы вернуться. Все возможное и невозможное...»
Павел постоял еще минуту и вернулся в кабину подъемника. Сразу он постарался взять себя в руки. Неожиданное свидание с Землей потрясло его, но оно только прибавило решимости.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
