— Вы не можете вернуться назад, — строго произнес Халдир. — Раз уж вы прошли так далеко, то должны предстать перед Владыкой и Владычицей. Они решат: задержать вас или позволить вам уйти. Вы не можете снова пересечь реку, к тому же вокруг много сторожевых. Вас убьют прежде, чем вы заметите их.
Гимли вытащил топор из-за пояса. Халдир и его товарищ натянули луки.
— Чума на гномов и на их упрямые головы! — воскликнул Леголас.
— Постойте! — сказал Арагорн. — Я все еще главный в отряде, и вы должны выполнять мои приказы. Почему гнома нужно выделять из нас? Пусть нам всем завяжут глаза, даже Леголасу. Так будет лучше, хотя путешествие затянется и станет скучным.
Гимли внезапно рассмеялся:
— Забавный вид будет у этого отряда дураков! Халдир поведет нас, как слепых, на веревочке. Но я вполне удовлетворюсь, если вместе со мной глаза завяжут только Леголасу.
— Я эльф и родственник здешних эльфов, — вскинулся Леголас, в свою очередь тоже разгневавшись.
— Теперь давайте воскликнем: «Чума на упрямые головы эльфов!» — сказал Арагорн. — Но пусть весь наш отряд разделит общую участь. Завязывайте нам глаза, Халдир.
— Я потребую полной компенсации за каждое падение и за каждый ушибленный палец, если вы плохо будете вести нас, — пробурчал Гимли, когда ему плотно завязали глаза.
— Тебе не придется это делать, — усмехнулся Халдир. — Я поведу вас хорошо, а дорога ровная и прямая.
— Что за безумное время! — воскликнул Леголас. — Мы все союзники против общего Врага, и все же я должен идти с завязанными глазами, когда солнце весело освещает золотые листья!
— Действительно безумное, — усмехнулся Халдир. — Ни в чем так ясно не проявляется сила Властелина Тьмы, как в разобщении тех, кто еще противостоит ему. Но в мире за пределами Лотлориэна теперь осталось так мало веры и правды — кроме, может быть, Ривенделла, — что мы не осмеливаемся доверять кому-либо, чтобы не навлечь Зло на нашу землю. Мы живем теперь словно на острове, окруженном опасностью, и руки наши чаще лежат на тетиве лука, чем на струнах арфы.
Реки долго защищали нас, но больше они не преграда для Тени, что легла на все земли к Северу от нас. Некоторые поговаривают о переселении, но похоже, что и с этим мы опоздали. В Горах к Западу растет Зло, а к Востоку земли пустынны и полны слуг Саурона; ходят слухи, что проход через Рохан больше небезопасен, а устье Великой реки стережет Враг. Даже если мы доберемся к берегам Моря, то и там не найдем убежища. Говорят, что еще существуют гавани Высших эльфов, но они далеко на северо-западе, за землями невысокликов. Может, Владыка и Владычица знают, что это, но я — нет.
— По крайней мере, можешь догадаться, глядя на нас, — заметил Мерри. — За моей землей, Уделом, где живут хоббиты, есть гавани эльфов.
— Счастливый народ хоббиты, что живут близ берегов Моря! — воскликнул Халдир. — Уже давно никто из нас не видел его, но память о нем хранится в наших песнях. Расскажи мне об этих гаванях, пока мы идем.
— Я не могу, — сказал Мерри. — Я никогда их не видел. Я раньше никогда не покидал свой дом. И если бы я знал, как выглядит этот мир, боюсь, у меня не хватило бы смелости покинуть его.
— Даже чтобы взглянуть на прекрасный Лотлориэн? — спросил Халдир. — Мир действительно полон опасностей, и в нем много темных мест, но есть в нем и много прекрасного. И хотя любовь повсюду перемешана теперь с горем, она становится еще сильнее. Некоторые из нас поют о том, что Тень отступит и снова воцарится мир. Но я не верю, что мир снова будет таким, как в старину, что солнце будет светить, как прежде. Боюсь, что для эльфов это в лучшем случае окажется передышкой, во время которой они без помех смогут добраться до Моря и покинуть Средиземье навсегда. Увы! Я так люблю Лотлориэн. Как печально будет жить в земле, где не растет маллорн!
Пока они так беседовали, отряд цепочкой шел по лесу, Халдир вел его, а другой эльф шел сзади. Земля под ногами ровная и мягкая, и спустя некоторое время они пошли уверенней, не боясь споткнуться и упасть. Сейчас, с завязанными глазами, Фродо почувствовал, как обострился его слух и остальные чувства. Он различал запах деревьев и травы, слышал разные звуки в шелесте листвы над головой, журчание реки справа, тонкие ясные голоса птиц в небе. Когда же они проходили по открытым местам, он ощущал на руках и лице солнечные лучи.
Как только он ступил на дальний берег Сильверлоуд, странное чувство охватило его, и оно росло по мере углубления в Лес: ему казалось, что он будто перешел по мосту времени и оказался в уголке древних дней и теперь идет по миру, который уже не существует. В Ривенделле жила память о древних временах, но в Лориэне мир все еще жил в этом древнем времени. Здесь видели Зло, и слышали о нем, и знали печаль; эльфы боялись внешнего мира и не доверяли ему; на границах Леса выли волки… Но на земле Лориэн не было и следа Тени.
Весь день отряд шел вперед, пока путники не ощутили, что наступил холодный вечер и не услышали шелест ночного ветра среди ветвей. Тогда они остановились на ночлег и легли спать прямо на земле. Развязать глаза им не разрешили, и они не могли взобраться на деревья. Но заснули они ничего не опасаясь. Утром же снова двинулись в путь особо не торопясь. В полдень они остановились, и Фродо почувствовал, что они вышли на открытое место: лучи солнца падали ему на лицо. Внезапно он услышал вокруг себя множество голосов.
Это подошел отряд эльфов, они торопились к северным границам, чтобы охранять их от нападения из Мории. Они принесли новости, некоторые из них Халдир пересказал. Вторгшихся орков заманили в ловушку и почти всех уничтожили; остатки бежали на запад к Горам, но их продолжают преследовать. Видели также странное создание, оно бежало согнувшись, и руки его свисали до земли. Похожее на зверя и в то же время не зверь. Схватить его не удалось, и стрелять в него не стали, так как эльфы не знали, доброе это существо или злое. Оно исчезло где-то внизу по течению Сильверлоуд.
— Мне также принесли распоряжения Владыки и Владычицы галадримов, — сказал им Халдир. — Вы все можете идти свободно, даже гном Гимли. Похоже, что Владычица знает о каждом из вашего отряда. Возможно, пришло сообщение из Ривенделла.
Сначала он снял повязку с глаз Гимли.
— Прошу прощения! — сказал он, низко поклонившись. — Гляди на нас глазами друга! Гляди и радуйся, ибо со времен Дурина ты первый гном, который видит деревья Найт-Лориэна.
Когда Фродо развязали глаза, он поднял голову и замер. Они стояли на открытом пространстве. Слева возвышался большой курган, покрытый травой, зеленой, как в весеннюю пору Старшей эпохи. На нем двойным кольцом росли ряды деревьев: стволы деревьев внешнего кольца покрывала снежно-белая кора, они стояли без листьев, но были прекрасны в своей обнаженности. Внутреннее кольцо образовывали деревья-маллорны, гигантского роста, сверкавшие бледным золотом. В центре круга, будто башня, возвышалось огромное дерево. Высоко среди его ветвей виднелся белый флет. У подножия деревьев и по зеленым склонам трава была усеяна маленькими цветами, похожими на золотые звездочки. Среди них, раскачиваясь на стройных стеблях, росли другие цветы, белые и бледно-зеленые, они мерцали в сочной зеленой траве. Солнце ярко сияло над холмом в синеве неба, и деревья отбрасывали длинные зеленые тени.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
