он закончил «Путь дракона» — почти год спустя, — Брюс пригласил Вона навестить его в своем новом особняке. Предлогом послужило обсуждение «Игры смерти» — Брюс хотел предложить Вону роль одного из пяти защитников пагоды, — но настоящая причина заключалась в том, чтобы узнать, превзошел ли ученик своего учителя.
Тридцатисемилетний Вон Шунь Лян прибыл со своим старшим учеником Ван Кам Люном. После того как Брюс показал свой особняк, они отправились в его «комнату кунг-фу», заполненную мешками с песком, грушами и специально разработанным оборудованием, вроде электрического стимулятора мышц. Брюс продемонстрировал свое мастерство на всех машинах. Он ногой ударил теннисный мяч, висящий на высоте двух метров в воздухе, три раза подряд, не опустив ноги. И затем, как последний штрих, протянул бьющую ногу, все еще не касаясь ею пола, к полотенцу, висящему на стуле, схватил его ногой и поднес к лицу, чтобы вытереть пот.
Затем он повернулся к Вону и дерзко принял прошлогодний вызов:
— Ладно, посмотрим, что у тебя есть. Хочешь показать какие-нибудь движения?
— Если это только для исследований, я согласен. Если бой, то нет, — ответил Вон, устанавливая правила дуэли, — легкий спарринг и никакой драки без правил, как было с Вон Джек Маном.
— Хорошо, — согласился Брюс.
Они стали лицом к лицу. На Воне была рубашка «Монтагу» с длинными рукавами. Брюс был в футболке. Брюс встал в стойку левши, оперся на отставленную назад левую ногу, расслабив выставленную вперед правую, а правую руку, сжатую в кулаке, положил на талию. Они долго смотрели друг на друга. Никто не хотел спешить или совершить ошибку. Неожиданно Вон бросился вперед и сделал низкий удар по колену Брюса, классическое движение вин-чунь. Ожидая этого удара, Брюс поменял стойку и ударил кулаком в лицо Вона. Вон частично заблокировал его левой рукой, а правой метнулся к горлу Брюса, но Брюс ударил Вона в грудь прежде, чем кулак учителя смог достичь цели. Очко Брюсу.
— Ты пытаешься повредить колено? Хитро, — ухмыльнулся Брюс. — К счастью, я привык к этому трюку. Хорошо, попробуем еще раз.
На этот раз Брюс начал подпрыгивать на носках — танцевать, изворачиваясь, как персонажи его фильмов. Он выбросил несколько быстрых джебов правой, вынуждая Вона отступать назад и блокировать их. После нескольких уклонений Вон отвел джеб и левой рукой ударил Брюса в грудь. Брюс отбил его руку. Ожидая этого, Вон отвел левую руку, чтобы заблокировать встречный удар и использовал свою правую, чтобы проткнуть горло Брюсу. Брюс тут же раскрыл свой правый кулак в ладонь и слегка ударил Вона по лицу. Через долю секунды пальцы Вона коснулись горла Брюса. Брюс отскочил назад.
— Лян, вообще-то я ударил тебя первым. Как считаешь?
— Не относись к этому так серьезно, — улыбнулся Вон. — Кто ударил, кто первый… все это не так важно. Важна сила удара. Ты прав. Твоя рука ударила первой, но моя защитная рука уже развеяла большую часть твоей силы. Честно говоря, если ты ударишь в полную силу, я не смогу ее остановить, но если сила будет значительно уменьшена, удар не будет эффективным. Что еще более важно, моя рука схватила твое горло. Если бы мы действительно сражались, ты наверняка бы знал, кому пришлось бы хуже.
После такого обмена ударами Брюс прекратил использовать только руки и обратился к превосходной технике ног. Двое продолжали легко спарринговать и натужно шутить в перерывах еще примерно пять минут. Когда они закончили, Брюс пригласил Вона и его ученика в соседнюю кофейню на Принс Эдвард-роуд.
— Старший брат Лян, ты прекрасно работаешь руками. Если бы я не отступал достаточно быстро, то проиграл бы, — сказал Брюс, прежде чем усмехнуться. — Но, к счастью, ты слишком медленный.
— Твоя техника владения ногами великолепна, — ответил Вон. — Вот если бы еще твоя нога хоть раз смогла бы меня задеть…
Продолжая добродушно подшучивать, они обратились к Ван Кам Люну.
— Вы на одном уровне, — дипломатично ответил тот.
Через сорок лет Ван Кам Люну уже не нужно было быть таким тактичным. «Если бы от меня требовалось выбрать победителя, я бы сказал, что Брюс выиграл, — заявляет он с улыбкой. — По правде говоря, если бы Брюс бил в полную силу, мой учитель проиграл бы. Его ноги были действительно мощными. Я не думаю, что есть кто-то, кто мог бы выдержать один из его ударов. Они обменялись рукопожатием после кофе, и Брюс сказал ему, что он должен снова навестить его, когда будет свободен. После того как мы вернулись в студию, мой хозяин снял рубашку, и мне пришлось намазать его китайской травяной мазью. Его руки были черно-синими. Хорошо, что мой учитель носил рубашку с длинным рукавом, и Брюс не видел его синяков».
Хотя Брюс и Вон Шунь Лян остались в дружеских отношениях после «обмена техниками», не каждый ученик вин-чунь был удовлетворен тем, что наглость Брюса была отомщена. Когда Брюс продвигал «Путь дракона» на гонконгском телевидении, его спросили, что он думает о традиционных стилях кунг-фу.
— Если мастер боевых искусств хочет искать правду в бою, мертвая традиционная форма не может ограничивать его, — ответил Брюс. — Метод обучения китайских боевых искусств похож на обучение плаванию на суше.
Многие приверженцы вин-чунь интерпретировали эту фразу (и совершенно справедливо) как публичный удар по лицу и финансовую угрозу. Обучение боевым искусствам — сложный бизнес с незначительной прибылью. Если даже небольшая часть студентов отвергнет традиционные методы и перейдет в Джит Кун-До, часть школ придется закрыть.
«Чайна Стар», гонконгский таблоид, выпустил серию статей, предположительно написанных Ип Чуном, сыном Ип Мана, о том, каким учеником был Брюс в молодости. В четвертой части Ип Чун написал, что видел, как молодого Брюса Ли сбивают на тренировке с ног из-за недостатка техники. Недостатком этой истории был сам Ип Чун, который никогда не тренировался с Брюсом в подростковом возрасте. Он приехал в Гонконг лишь в 1965 году — гораздо позднее переезда Брюса в Америку.
Приняв эту статью как публичное обвинение, разозленный Брюс встретился с Ип Чуном, чтобы спросить, действительно ли он сказал все, что было напечатано. Ип Чун отказался от всего, обвинив репортера в том, что тот выдумал статью и подписал ее именем Ип Чуна. Брюс выследил репортера.
Как первая подлинная суперзвезда Гонконга, Брюс был средством к существованию для таких газетенок, как «Чайна Стар». Ее владелец и редактор, Грэм Дженкинс — жесткий австралийский журналист, ведущий себя по образу и подобию Руперта Мердока[114], — опубликовал последующую историю, наполненную насмешливым возмущением. Он рассказал, что Брюс угрожал информатору газеты
