своих руках, дабы получить возможность показать всем силу. Силу, против которой никто не посмеет выступить. Силу, что возвысит Акацуки на вершину и позволит им установить новый порядок. Принести мир этим землям в будущем. В процессе, разумеется, не обойдется без множества смертоубийств и насилия, но такова воля Пейна, воля Бога. По крайней мере так считает Лидер… Заносчивый ублюдок.
Казначею Акацуки было, откровенно говоря, плевать на планы Лидера. Особенно после того, как он узнал об отношении самопровозглашённого бога к членам организации. Главное для Какузу — деньги, причём чем их больше — тем лучше, а кто считает иначе — тот непроходимый тупица и идиот. Он находится в Акацуки лишь из-за них. Сейчас денег в организации после разграбления Гато — хватает. Но денег — много не бывает. Влияния и возможностей после усиления при помощи биджу у организации станет в разы больше. И гипотетически в разы больше может стать и денег. Однако… Какузу не хотелось ощущать себя лишь инструментом. Ему захотелось чего-то большего. Мысль, что его могут заменить так же, как и Хидана, не давала наёмнику покоя.
Тоби, видя нулевую реакцию Какузу и то, как он погрузился в раздумья, решил перевести свое внимание на новую жертву.
— Дейдара-семпай! Дейдара-семпай, а как вы думаете…
— Заткнись, а то взорву нахер!
Обычно у подрывника Акацуки не сходила с лица ухмылка, однако после присоединения к организации Тоби ухмылка его всё же подчас трансформировалась в нечто иное. Сейчас, к примеру, как только блондин услышал обращение к себе, то сразу скривился, будто проглотил собачьи экскременты.
— Какой вы злой, семпай. Бедного Тоби никто не любит. Все игнорируют. Почему?
— Потому что ты тупой клоун, м-м?
— Хватит обращать на него внимание, — проскрипел кукольник. — Лучше признай, что моё искусство лучше твоего.
— Ха! Да ни за что! Сасори-но-данна, вы просто не понимаете всей прелести мгновения! Искусство — это…
Тираду Дейдары перебил странный звук со стороны Тоби.
Все на автомате повернулись к нему.
— Ой, что-то я сегодня не то съел. Живот пучит, хе-хе… — масочник начал махать рукой, будто отгоняя что-то.
— Ублюдок, — прорычал Дейдара. — Да я тебя…
— Дайте угадаю, — Тоби поднял указательный палец вверх. — … Подорвёте? — Дейдара тем временем достал глину из сумки, рот на его ладони плотоядно облизнулся. — Семпай, у вас совсем нет фантазии… А-а-а! — Тоби принялся убегать от взрывных птиц, которые полетели в него одна за другой. Шиноби в маске скрылся за деревьями. Послышалась серия взрывов.
— Хватит уже, — проскрипел Сасори. — Не трать глину попусту. — Дейдара нехотя послушался напарника и отменил технику, стараясь успокоиться. Но скрежет зубов подрывника был слышен, пожалуй, даже в Аме.
Из-за дерева показалась маска.
— Ой, семпай, вы уже всё? А как же ваше обещание меня подорвать? — Дейдара на это демонстративно отвернулся. На дальнейшие подначки Тоби блондин больше не вёлся. Во всяком случае, пока что.
Вдруг Тоби появился прямо перед лицом Какузу. Казначей прищурился, пытаясь заглянуть в отверстие маски и понять этого шиноби. Понять его мотивы.
— Какузу-сан, кажется, я знаю, почему я вам не нравлюсь.
— Да ну? — хмыкнул Какузу.
— Угу. Вы просто привыкли к Хидану-семпаю. И вам не нравится, что на его месте появился я. Что его так просто заменили, верно?
Наёмник не ответил, лишь прикрыл глаза.
Этот Тоби хорошо осведомлён о делах Акацуки. Вполне вероятно, что он мог ранее контактировать с Лидером и Конан. Откуда он взялся — неясно. Он силен, но прикидывается ни на что не годным дураком. Зачем?
Масочник, всплеснув руками, продолжил:
— Ах, эта крепкая мужская дружба. Неужели у меня совсем нет шансов, чтобы влиться в ваш тандемчик?
Какузу никак не отреагировал.
— Может, это вовсе и не дружба, а, хм… любовь?
Казначей по-прежнему держал на лице холодную маску безразличия. Однако под тканевой маской уголок его губы слегка дёрнулся.
— А если я верну Хидана-семпая, то смогу быть свидетелем на вашей свадьбе?
Глаза Какузу резко раскрылись, а чёрное щупальце пронзило сердце масочника, однако, ожидаемо, оно прошло сквозь тело, не нанося ни малейших повреждений.
Тоби слегка отошёл, а нити втянулись обратно в руку Какузу.
— Ну вот, я к вам со всей душой, а вы в меня тыкаете всяким.
— Что за чушь ты несешь? Вытащить Хидана из Конохи в одиночку невозможно. К тому же Лидер дал понять, что чёртов Хидан сам виноват и мы не будем его вызволять.
Тоби, взъерошив и без того торчащие волосы, посмотрел в небо.
— Тоби хороший. Тоби сможет вернуть блудного жреца обратно в Акацуки. Тем более там от жреца только голова и осталась.
— Хм… если ты и вправду сможешь.
— Конечно! Тоби самый крутой и сильный шиноби в мире! — Тоби стал в горделивую позу и принялся тыкать себя в бицепс, который под плащом совсем не проглядывался.
— Ладно, — кивнул наёмник, сверля неприязненным взглядом масочника. Тот — фигура загадочная, возможно, он и сможет через какое-то время забрать голову Хидана, однако это, видимо, будет нескоро. А если не сможет… ну, это даже к лучшему. Провал, вполне вероятно, будет стоить ему жизни. Коноха — не та деревня, в которую можно ходить, как к себе домой.
— Отлично! — Тоби вскинул руку вверх. — Во имя Силы Юн… кхем! — он прочистил горло. — Во имя Силы Любви и ради вашей свадьбы я сделаю это! — закончил он высокопарно, после чего стремглав убежал, постепенно скрываясь в клубах пыли.
— Он как бы в сторону Ивы побежал, да, — заметил Дейдара, скосив взгляд на удаляющийся силуэт.
Сасори кивнул:
— И то верно. Коноха в другой стороне.
Какузу же устало потер переносицу. Всё-таки не стоило воспринимать слова этого клоуна всерьёз…
* * *
На второй этап Чунин Шикен прошло сто двадцать три генина. Это в разы больше, чем ожидала Анко. Она, помнится, спрашивала об этом Ибики, но тот лишь отмахнулся, сказав, мол, в этом году много хороших ребят. Ну, предположим, ребят-то может быть и много, но вот Глава Отдела
