нашей страны. Есть предположение, что ваш Шаман и полковник Холтоф – это одно и тоже лицо.
Игорь озадаченно посмотрел на собеседника и покачав головой, тихо пробормотал:
– Этого просто не может быть.
– Почему вы так считаете?
– Зачем резиденту, да еще с такими способностями, водить дружбу с нашими бандитами? Зачем тратить столько сил на организацию работы у нас проституток? Нет – это явная ошибка! Все это можно было бы объяснить, если бы у нас были какие-то ядерные объекты в области, а резиденту были нужны рядовые исполнители… Нет – это ошибка! Зачем все это резиденту, да еще с такими способностями?
Помощник секретаря утвердительно покачал головой и глядя куда-то в даль сказал:
– Ваши аргументы звучат убедительно, но уж все сходится на вашем Шамане.
– Что именно?
– Мы достоверно знаем, что резидент работавший в вашем регионе, был не просто членом теософического общества. Он был мистиком-аскетом, обладающим могуществом мага. Нам пока не известно точно, где он был посвящен в тайные знания. Однако нам точно известно, что он досконально изучил шесть неких тайных доктрин. И получил между прочим чин Верховного владыки погребальных церемоний. Кроме того у вашего Шамана, был какой-то странный приглушенный голос с хрипотцой. Это так?
– Верно…, говорок у него был какой-то неестественный, словно связки были простужены. Хрипел он и сипел голосом замогильным – это точно.
– Вот видите! – улыбнувшись, проговорил собеседник. – Проходя одно из суровых испытаний, в лютую январскую стужу, полковник Холтоф сильно простудился и «посадил» свои связки.
– И, что же это было за испытание? Да еще в лютую стужу?
– Ему и еще одному ученику, нужно было высушить теплом своего тела, несколько мокрых простыней, сидя на льду у проруби. Все это действо происходило в тридцатиградусный мороз, испытуемые были обнажены и завернуты своим учителем в эти самые мокрые простыни.
– Это просто невероятно, – покачав головой, проговорил Захаров. С сосредоточенным лицом доедая угощение.
– Однако, все именно так и было. А еще у вашего Шамана были желтые ногти.
– Верно. И, что?
– Эту метку он получил проходя одно ритуальное действо, во время которого, из-за вмешательства неких существ из потустороннего мира, у него произошли изменения в печени.
– Вы на полном серьезе верите во все это? – озадаченно пробормотал Захаров.
– Как вам сказать. Скорее да, чем нет. В конце-концов мне кажется, что ко всему этому нужно подходить, как к исследованию любой другой научной проблемы. Чем кстати и занимаются американцы в своем «Логове дьявола». Возможно открытия в этой области не содержат ничего сверхъестественного, ничего, что могло бы оправдать суеверия и разные бредни. Мы знаем, что американцы в отличии от нас, изучают эти явления, выясняют механизм так называемых чудес. А чудо, которое умеешь создавать и управлять, уже не чудо. Его уже можно использовать хоть в цирке Шапито, а можно и как оружие. Что загрустили?
Захаров задумчиво посмотрел на собеседника и покачав головой сказал:
– Да я вот все думаю…, как в образ старого ботаника, погрязшего в связях с криминалом, через свою алчность, можно поместить кадрового разведчика. Что-то тут не так.
– Согласен с вами – это существенное замечание. Разница между полковником Холтофом и вашим оккультистом лет в десять, а то и еще больше. Просто я хочу, чтобы вы знали об этих соображениях.
– Я благодарен вам за откровенный разговор, спасибо, – проговорил гость. – Признаюсь, я буквально ошарашенный всем услышанным.
– Ну, что вы, не стоит. Просто имейте ввиду, что тут не все так просто как кажется.
– А где находится – это самое логово?
– Пока – это нам неизвестно, к сожалению. Теперь что касается наших встреч. Сюда больше приезжать не надо, это опасно, лучше созваниваться по дежурному телефону через коммутатор. Время и место встречи можно будет узнать в случае необходимости через добавочный номер. Его нужно напомнить?
– Нет, я помню, спасибо, – ответил Захаров, с аппетитом заканчивая с угощением.
– В самых экстренных случаях как на меня выйти известно?
– Да, – поддакнул Захаров, заканчивая с трапезой.
Простившись с помощником секретаря посольства, Игорь направился к жене Гэса, которая жила в пригороде с западной стороны города. Домик, который она снимала, ничем не отличался от сотен других таких же домов, стоявших ровными рядами по обе стороны чистеньких улиц. Стены из облицовочного красного кирпича, черепица на крышах, белые пластиковые рамы, аккуратно подстриженные газоны, идеальная чистота. Вся эта идиллия вписывалась в величавые деревья соснового бора с только ему присущим запахом хвои.
Захаров вдруг почувствовал, как защемило сердце в тоске по Родине, ностальгией по родным грибным лесам, березкам, рыбалке.
Он тяжело вдохнул запах хвои, припарковав машину недалеко от дома Хомски, достал подаренную сигару и закурил. Решив не торопить события и осмотреться. Он изменил положение спинки кресла, переведя его в полулежащее положение. И включив кассету с легкой музыкой, стал ждать.
Со слов Джона, жена спившегося Гэса в этот час, должна была возвращаться с работы из одного кабачка со стриптизом. Куда она подалась после ухода мужа. С той поры ее рабочий день начинался поздно вечером и заканчивался под утро. Учитывая, что ей приходилось еще воспитывать двух сыновей – старшеклассников, то женщине, по всей видимости, приходилось во всю «крутиться».
Через пол-часа дверь дома открылась и два рослых паренька с сумками, оживленно говоря о чем-то, побежали в сторону стоявшего невдалеке желтого школьного автобуса.
Подождав пока автобус с детьми скроется из виду, Игорь вышел, и неторопливо направился к дому.
– Есть, кто живой? – крикнул он и постучал в двери. Ответа не последовало, лишь кроны могучих деревьев нарушали тишину и покой городка.
– А вы стучите сильнее, – услышал он старческий голос из окна соседнего дома.
– Скажите, миссис Хомски здесь живет? – уточнил Захаров.
– Она сегодня приехала очень рано, спит, наверное, – донеслось до него. – Вы постучите сильнее.
Поблагодарив бдительную соседку, он вновь постучал, уже в окно.
– Есть кто дома?
– Господи – закричал кто-то внутри. – Ни днем, ни ночью покоя! Тебе чего надо? – уточнила женщина хриплым голосом, наблюдая за ним через жалюзи, запахивая халат.
– Я хотел поговорить с вами, мэм.
– Ты что из полиции что ли? – сипел сонный голос.
– Да нет, – развел руками гость. – А что?
– Да ничего. Просто рожа у тебя коповская. Слушай, вали отсюда я, спать хочу. Нельзя что ли в другой раз приехать? В конце дня, например.
– Я хочу поговорить с вами о вашем муже, поверьте, это очень важно.
– Ты журналист?
– Да не журналист я, скорее друг вашего мужа.
Сухо щелкнул замок, и дверь немного
