– Хорошо, тогда я это сделаю сам, – кивнул Император. – Отправляйся к их набольшим и передай, что я буду говорить с ними.
– Повиновение Империи! – отсалютовал воин и бегом бросился прочь.
Маленькая узкая рука осторожно коснулась воронёных лат Императора, и он тотчас же повернулся – словно ощутил эти пальчики даже сквозь толстый металл. Несмотря ни на что, Император с доспехами не расставался. Сежес могла ведь и передумать. В любой момент.
– Ты хочешь говорить с гномами? – тихо спросила Агата. Она сидела верхом на своей лошадке, мирно стоявшей рядом со злым боевым конём Императора.
– Да, Тайде. – Император часто звал её этим именем – людским переложением слова Thaide, Видящая, на языке народа Дану. – Есть шанс заполучить их в подданные.
– Ты радуешься этому? – по-прежнему тихо спросила Сеамни. – Тому, что они изгнаны?
Император помолчал. По старой привычке потёр левую руку – хотя на ней уже и не красовалась магическая латная перчатка из белой кости. Сеамни Оэктаканн не терпела лжи – пусть даже «во спасение».
– Радуюсь, – признался Император. – Если мне удастся устроить их… это будут настоящие подданные, такие же, как половинчики, как орки… – «И не как Вольные, – докончил он про себя. – Не как Вольные, о которых я до сих пор не знаю, кому они служат, – то ли мне, то ли своему Кругу Капитанов…» – Я хочу…
– Знаю. – Ручка Агаты скользнула под волосы, коснулась шеи Императора. – Ты хочешь быть повелителем всего, всех рас – и людской, и всех иных. Так, мой Император?
На людях она всегда называла его так. По имени, ею самой придуманному, – лишь когда они оказывались в постели.
И вновь он ответил правду.
– Так. Но разве это не лучше бесконечных свар и дрязг? Дану столетиями воевали не только с людьми, но и с гномами, с эльфами, не говоря уж о северных орках!
Агата опустила голову и ничего не ответила.
Всю эту зиму они были вместе, расставаясь лишь на краткий миг. Сеамни была его тенью. Молчаливой черноволосой тенью – правда, чёрные волосы пробила ветвящаяся молния ранней седины. Любая волшебница играючи исправила бы этот недостаток, не говоря уж о краске, – но Сеамни никогда не прибегала ни к чему искусственному. Была такой, какая есть.
Император уже хорошо изучил это её молчание. Куда как красноречивое, оно, казалось, говорило: «Оставь эти затеи, люби меня, восстанавливай Империю – зачем тебе новые земли?»
– Не могу, Сеамни, – негромко произнёс правитель. – Ты же не забыла о Разломе?..
Черноволосая головка опустилась ещё ниже.
Ну, конечно же, она не забыла о Разломе. Как не мог забыть никто в мире Мельина, и на севере от Внутренних Морей, и на юге. Чудовищная трещина, расколовшая Империю почти пополам, пролегла от побережья до Царь-Горы – изменили свой путь реки, обрушились горы, стали непроходимыми старые тракты, и никто ещё так и не смог выстроить моста над бездонной, курящейся живым белым туманом расщелиной.
Император помнил, как побледнела и едва не лишилась чувств Сежес, впервые взглянув на Разлом. Волшебница покачнулась в седле, её глаза закатились – не подхвати её Император под руку, чародейка непременно рухнула бы вниз, под копыта.
– Я готова сама призвать Спасителя, чтобы только Он закрылэто, – простонала она, приходя в себя и по-прежнему тяжело опираясь на руку Императора.
В те дни он ещё носил белую перчатку.
– Что это такое, Сежес? – Император пристально вглядывался вниз, однако в хлопьях белого тумана разглядеть что-либо было невозможно.
– Это Разлом, – холодно сказала волшебница, наконец опомнившись и отпуская руку Императора. – Это врата в иной мир… или даже миры, я не могу сейчас сказать точнее. Только после исследований… если, конечно, Бесцветные соизволят наконец вылезти из своей скорлупы… тогда, может, ты услышишь от меня что-то ещё.
– А этот туман? Он оживляет камни и превращает людей в чудовищ!
– Сгущённый магический эликсир в чистом виде. – Сежес была смертельно бледна, несмотря на мороз. – Сильнейшая магия, волшебство, не подвластное Радуге. Мы ничего не можем сделать с ним самим, нам остаётся только бороться с последствиями; причина нам не по плечу и едва ли когда окажется.
– И что же? – нетерпеливо спросил Император.
Сежес покосилась на неподвижно застывшую Агату.
– Выставить стражу, – нехотя проговорила она. – Оградить Разлом забором…
– Ничего себе забор – через всю Империю, – хмыкнул Император.
Глаза Сежес зло блеснули – как это он посмел перебитьеё! – однако чародейка вовремя опомнилась.
– Будет лучше, если к остальной нечисти прибавится ещё и порождённая Разломом?
Император промолчал. От чудовищного шрама на теле земли подданные и так бежали куда глаза глядят, так что пришлось выставить на дорогах заслоны и чуть ли не силой осаживать беглецов на новых землях.
– Что могут сделать маги? – резко спросил он. – Вы в состоянии предложить хоть что-то, помимо заборов?
И вновь Сежес пришлось проглотить обиду.
– Да, можем… мой Император, – не слишком охотно прибавила она под пристальным взглядом правителя. – Можем выставить дозорные посты и сплести соответствующее заклятие, предупреждающее о зарождении злобных тварей.
– Когда это будет сделано и сколько вам потребуется на это золота? – спокойно спросил Император.
Сежес аж передёрнуло от оскорбления. Несмотря ни на что, Император не просил помощи! Онпокупалуслуги магов Радуги, словно нанимая каменщиков или древоделов для восстановления Мельина!
– Нам потребуется не меньше месяца, – злорадно сообщила волшебница. – Мы справились бы и быстрее, но, когда столько наших собратьев погибло…
– Ничего, обойдётесь теми, кто есть. Учеников вы пока ещё не заслужили. Справьтесь с Разломом – и тогда мы посмотрим…
…Император пристально взглянул на Агату. Казалось, она тоже помнила тот разговор. Конечно, Радуга не управилась ни за месяц, ни за два, ни за три. Живой туман над Разломом начисто сметал все возводимые на его пути заклятия, даже простые дозорные. Ничего не оставалось делать, как заняться привычным делом – строить валы со сторожевыми башнями и частоколы, перебрасывать легионы с границ и из глубины страны, объявлять новые наборы, всё больше и больше истощая казну. За эту зиму имперская сокровищница опустела больше чем наполовину. Хорошо ещё, что удалось обойтись без большой войны с восточными провинциями – пригодились Второй и Пятый легионы, отправленные было добивать Дану. Штурм Селинова Вала был отражён.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
