Сразу ступив на брусчатку улицы, он как громом пораженный уставился на багажник «кадиллака». От какого-то из обрушившихся на него ударов тот был открыт настежь. И главное — он был пуст. Если не считать, конечно, затапливающей его воды из гидранта. И какого-то мусора, который найдется в багажнике любого автомобиля. Никаких следов недавнего пленника окрест не было видно.
— Н-не знаю, что это было, — счел необходимым объясниться «ассистент». — Г-галюцинация какая-то…
— Где этот тип? — глухо спросил Обух, и не думая слушать его объяснений. — Где Мессер?
«Ассистент» виновато покрутил головой.
— Я же говорил, что этот тип даст Гудини сто очков вперед, — констатировал Обух, нервно оглядываясь и выискивая в окрестностях хоть что-то похожее на Мессера. — И в наручниках, и с мешком на голове сумел-таки куда-то смыться. Будь осторожен, — повернулся он к «ассистенту». — Эта сволочь где-то рядом.
Он посмотрел на часы. Времени до назначенной встречи с покупателем «товара» оставалось всего ничего. Да и народ вокруг уже начал приходить в себя, а засветиться среди участников происшествия никак не входило в планы Хозяина боев.
— Я оставляю это хозяйство на тебя, — ткнул он оттопыренным большим пальцем себе за спину, где громоздились рассроченные автомобили. — Придумай, что сказать полиции, когда она будет здесь. Вызывай сразу адвоката. Шептуна или Сильвио. Без них — ни слова не говори. Когда придется давать показания, вали все на покойников. Несчастный случай и — никаких вариантов! Запомни главное — меня здесь не было и быть не могло!
Он резко повернулся и быстро, слегка прихрамывая, двинулся вперед. Он не обращал никакого внимания ни на начавшую наконец собираться толпу ротозеев, ни на то, что с него самого ручьями бежала вода. Он задержался только затем, чтобы поднять из воды тяжелый кейс — хранилище Бога гномов, и ни разу не обернулся на происходящее за его спиной. Там, между тем, жизнь начинала потихоньку входить в свою предначертанную правилами уличного движения колею. Сигналы бедствия, голосившие на разные лады по всему перекрестку, стали смолкать один за другим.
Озадаченный «ассистент» присел на поребрик тротуара, пытаясь как-то собраться с мыслями. Ему пришло в голову, что проще всего было бы с самого начала сделать ноги с места событий, а не ждать здесь у моря погоды. Это, конечно, не пришлось бы по вкусу Хозяину боев, но могло быть списано за счет форс-мажорной ситуации. Но долго предаваться размышлениям на эту тему ему не пришлось. На плечо его легла жесткая ладонь, явно принадлежавшая служителю Закона.
— Вы ехали на этой машине? — осведомился у него заботливо наклонившийся над ним усач и кивнул на раскуроченный «кадиллак». — Это вы владелец машины? Что с теми двумя людьми, которых вы «забыли» в нем?
Глава 13
УЗЕЛ СОБЫТИЙ
Энни шла следом за старшим, шаг в шаг. Все ее «сопровождающие лица» шагали теперь, не отвлекаясь и не отставая от нее ни на метр. Их процессия петляла по необитаемым, судя по всему, переходам.
— Ты очень обеспокоила нас, — сказал старший Энни. — Ты могла погибнуть. Это место, куда ты попала… Это своеобразный заповедник… Он построен для того, чтобы Обитатели Тверди могли видеть настоящих хищников и изучать их нравы. А также — для тренировок охотников и защитников. Наша вина в том, что мы не объяснили тебе, что если решишь свернуть в этот лабиринт, надо нас предупредить. Прекрасно, что ты нашла путь обратно без посторонней помощи. Ведь ты не встретила там никого, кроме э-э… чудовищ?
Интонации речи гномов не позволяли судить о том, присутствуют ли в словах члена Большого Круга ирония или укор.
— Я постараюсь не допустить такого недоразумения, — заверила его Энни, не давая прямого ответа на его вопрос.
И тут же сменила тему разговора, спросив:
— Вы не скажете мне ничего нового о возможности моего возвращения в мой Мир?
— Сегодня ты сделаешь первый шаг к этому. Тебе предстоит обратное Превращение.
— И дальнейшее пребывание в подземной тюрьме? — уже не заботясь о собственной интонации, спросила его Энни.
— Не считай это тюрьмой, — возразил старший. — Из того, что я знаю про то, что вы, люди, называете этим словом, в настоящей тюрьме вам не был бы обеспечен такой комфорт, который ждет вас в вашем… э-э… убежище… Ну, вот мы и пришли, — закончил он, остановившись перед нишей, внутри которой угадывались очертания уже знакомой Энни «ванны Превращения».
— Зиндан… — сказала Энни, окидывая взглядом внутреннее убранство подземной камеры, в которой она снова обрела свою обычную, человеческую сущность. — Зиндан с кондиционированным воздухом, с холодильником и даже с горячей водой… Но все равно — зиндан! Хорошо хоть, — тут же утешила она сама себя, — воздух здесь — настоящий воздух, вода — настоящая вода и даже молоко в холодильнике — откуда его добыли гномы? — настоящее молоко!
И я — настоящий человек из плоти и крови… Хотя, — снова огорчилась она, — и человек, замурованный на глубине бог знает в скольких метрах под поверхностью земли…
Две небольшие комнатушки, которые стали ее убежищем, были, судя по всему, построены людьми и для людей. Когда-то довольно давно. Сохранились даже облезлая мебель моды прошедших десятилетий и картины на стенах в облупленных рамах и выцветшие до полной неузнаваемости их жанров и сюжетов. У Энни были свои причины внимательно осматривать стены своего жилища, особенно в тех местах, которые можно было считать укромными. По крайней мере, с точки зрения гномов. И поиски ее увенчались успехом. Под откидным диваном, предназначенном для ее ночного отдыха, на стене был выцарапан нужный ей Знак. Что ж, гномы из породы «любопытных» держали свое слово.
Энни устроилась на диване и, как бы невзначай, отбила — прямо по Знаку — условный сигнал, простой, как писк мыши-полевки: «Ту-ту — туу — туу — туу…». Прислонила голову к стене и через короткое время услышала отзыв: «Туу — туу — туу — ту-ту…»
Интерьер «Берега Небес» был необычен для Ваганты. Здесь, на этой планете, не ценили обилия полированного металла и подобного прозрачного стекла, придававшего даже небольшому в общем-то ресторанчику отеля сходство с многоведерным аквариумом, а его посетителям — с обитателями этой емкости. В сущности, «Берег» был для Ваганты чужеродным элементом, франтоватым осколком империи «Космотрека», вклинившимся в строгий мир здешних традиционных вкусов и щепетильной респектабельности. Впрочем, Ронни Риц, замещавший метрдотеля здешнего ресторана в часы, свободные от наплыва клиентов, считал, что именно так и должна выглядеть среда его обитания. В конце концов, он был уроженцем Тропы, лояльным служащим компании космических путешествий, и подлаживаться под местные нравы был не настроен.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
