— Ладно, начнем все сначала. Так, как мы и планировали, — сказала Найнив подозрительно спокойным голосом. Две другие девушки кивнули, и она обратила свой взор всецело на Мэта. Теперь Найнив выглядела как Мудрая в те давние времена. Ясно было, что ее взгляд может пригвоздить к месту любого и при всех обстоятельствах, и казалось, что ее коса вот-вот заходит ходуном из стороны в сторону, как кошачий хвост.
— А ты стал еще грубее, чем был, Мэтрим Коутон. Мы так долго возились с тобой, когда ты болел, — Илэйн, Эгвейн и я, заботились о тебе, как о малыше в пеленках, — я чуть было не забыла обо всем этом. И я думаю, тебе следует испытывать хоть каплю благодарности. Ты говорил, что хочешь посмотреть мир, посмотреть на большие города. Ну и какой город лучше, чем Кэймлин? Делай что хочешь, а заодно и прояви свою благодарность и помоги кое-кому, и все это одновременно.
Из внутреннего кармана своего плаща она вынула сложенный пергамент и положила его на стол. Мэт увидел печать: на желто-золотом воске была оттиснута лилия.
— Ты не можешь просить большего, чем это.
Он осмотрел бумагу со скучающим видом. Мэт с превеликим трудом припомнил, как некогда он проходил через Кэймлин, вместе с Рандом. Хоть и было бы постыдным делом отказать сейчас девушкам, он все же обдумал все получше. Если хочется насладиться джигой, то рано или поздно нужно заплатить арфисту. А метод, каким действовала Найнив, явно говорил о том, что чем дольше оттягивать с расплатой, тем больше придется платить.
— Найнив, я не могу.
— Что значит «не могу»? Ты муха на стене или мужчина? Случай услужить Дочери-Наследнице Андора, увидеть Кэймлин, встретиться, по всей вероятности, с Королевой Моргейз, и мямлишь: «не могу»? Я, право, не знаю, чего еще тебе нужно. И на сей раз не смей вилять, точно сало на сковородке, Мэтрим Коутон! Или душа у тебя так переродилась, что тебе нравится видеть все это вокруг себя? — Она помахала перед лицом у Мэта левой рукой, чуть не задев его по носу кольцом Великого Змея.
— Пожалуйста, Мэт? — промолвила Илэйн, а Эгвейн пристально смотрела на юношу, смотрела в упор, как будто у него выросли рога, как у троллока.
Мэт заерзал на стуле.
— Я не сказал, что не хочу. Я не могу! Амерлин устроила так, что я не могу уйти с прок… с острова. Измените это положение, и тогда, Илэйн, я в зубах понесу твое письмо.
Девушки переглянулись. Иногда Мэт раздумывал, не могут ли, случаем, женщины читать мысли друг друга. Ему казалось, что его-то мысли они на самом деле читают, особенно в те минуты, когда он менее всего этого хотел. Но на сей раз, к какому бы решению в результате безмолвного обмена взглядами они ни пришли, его мыслей они не узнали.
— Объясни мне все это толком, — потребовала Найнив. — Зачем понадобилось Амерлин удерживать тебя здесь?
Мэт пожал плечами, посмотрел ей прямо в глаза и выдал свою лучшую ухмылку сожаления.
— Потому, что я был болен. Потому, что болезнь продолжалась так долго. Она сказала, что не отпустит меня, пока не будет уверена, что я не уйду куда-нибудь и не умру там. Хотя вообще-то я и не собираюсь. В смысле — умирать.
Найнив нахмурилась и дернула себя за косу, а потом неожиданно взяла в свои руки его голову и зажала ее. Его пронзил холодок. Свет, это ж Сила! До того, как юноша успел додумать, женщина отпустила его.
— Что?… Что ты сделала со мной, Найнив?
— Я не сделала и десятой части того, что ты заслуживаешь, — сказала она. — Ты здоров как бык. Слабее, чем ты выглядишь, но ты здоров.
— Я сказал вам: я не могу. — Говорил Мэт с тревогой и всеми силами старался вернуть свою обычную усмешку. — Найнив, она вела себя совсем как ты. Я про Амерлин. Ухитрилась выглядеть на целый фут выше, чем есть, да еще и запугивала…
Брови Найнив в изумлении поползли вверх, а он решил, что дальше вести свои речи по такой дорожке ему, пожалуй, не стоит. Если, конечно, он не хочет выложить им всю подноготную о Роге. Мэт не ведал совершенно, известна ли им хоть малая часть тех событий.
— В любом случае, я думаю, меня хотят держать здесь из-за того кинжала. Наверное, до тех пор, пока не выяснят точно, какой именно силой он обладает и каков источник этой силы. Вы же сами знаете, что представляют из себя Айз Седай.
Он хихикнул.
Все три неотрывно смотрели на него. Может быть, мне не следовало бы так говорить. Чтоб мне сгореть! Они-то ведь хотят стать этими распроклятыми Айз Седай! Ясное пламя, что-то я чересчур разболтался. Как бы мне хотелось, чтоб Найнив прекратила таращиться на меня вот так. Ладно, давай-ка покороче!
— Амерлин распорядилась так, что я не могу пересечь ни один мост и не могу взойти ни на один корабль. Понимаете? Это вовсе не значит, что я не хочу вам помочь. Я просто не могу.
— Но ты нам поможешь, если мы выведем тебя из Тар Валона? — спросила Найнив с настойчивостью в голосе.
— Если вы вызволите меня из Тар Валона, то не только письмо, я и саму Илэйн отнесу ее матери у себя на закорках.
Теперь уже брови Илэйн начали подниматься вверх от изумления, а Эгвейн только покачала головой, беззвучно произнеся его имя и пронзительно глядя на Мэта. У женщин порой чувство юмора начисто пропадает!
Найнив знаком велела двум подругам следовать за собой к окнам, и девушки повернулись к юноше спиной. Они говорили так тихо, что он мог расслышать только слабое бормотание. Мэт, кажется, уловил только в одно, что-то о необходимости, — об этом говорила Эгвейн, — чтобы они держались все вместе. Наблюдая за девушками, Мэт размышлял, действительно ли они сумеют обойти приказ Амерлин. Если они смогут сделать это, я доставлю их проклятое письмо. Я в самом деле его в зубах понесу.
Уже ни о чем не думая, Мэт подцепил с тарелки яблочный огрызок и принялся его жевать. Один жевок — и он поспешно выплюнул горькие семена на тарелку.
Когда же девушки вернулись к столу, Эгвейн вручила юноше плотно сложенную бумагу. Прежде чем развернуть, Мэт осмотрел ее подозрительно. И по мере того как знакомился с содержанием бумаги, невольно, сам не замечая, он начал насвистывать веселенький мотивчик.
Вот что там было написано:
Все деяния лица, владеющего сим документом, исполняются по моему приказу и личному повелению. Всякий, кто прочтет написанные здесь слова, должен сохранить их в секрете и подчиняться моему приказу.
Суан Санчей
Блюстительница Печатей
Пламя Тар Валона
Престол Амерлин
Ниже текста подлинность документа скрепляла печать — Пламя Тар Валона. Печать была поставлена в кружке белого воска, твердого, как камень.
Наконец Мэт вдруг сам услышал, что насвистывает песенку «Полный золота карман», и сразу же оборвал мотивчик.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
