Поэтому, вы зря сюда пришли. Ничего я вам не продам. Хотя, честно признаюсь, очень хочется. Товар у меня есть, а вот денег, даже на обратную дорогу — нет. Как нет в этом городе и покупателей на мой товар. Вот и торчу здесь, который уже месяц, не могу домой выехать. Как бы зимовать в вашем городе не пришлось.
Видите, чем питаться приходится, — невозмутимо провёл он над столешницей левой рукой, как бы указывая на одинокий кувшин, стоящий на столе.
— Будет намного лучше, если вы и правую свою руку точно также спокойно и медленно вынете из-под стола, — невозмутимо проговорила Белла. — А то моя охрана последнее время стала чересчур нервная и может не понять такого вашего столь странного однорукого поведения. Убить меня своим кистевым арбалетом вы всё равно не убьёте, если только несильно пораните. Бронь, всё-таки. А вот вас потом сильно покалечат. Боюсь что, до уровня, категорически не совместимого с самой жизнью.
Так что, выньте, пожалуйста, вашу правую ручку из-под стола и пристройте где-нибудь сверху столешницы, на виду. А потом мы с вами спокойно поговорим.
— Что ни говори, а приятно с профессионалом дело иметь, — невозмутимо проговорил трофейщик. — Сразу видно деловой подход. Не надо крутить вокруг да около, — изобразил он улыбку на губах, осторожно вынимая из-под стола пустую правую руку, и аккуратно пристраивая её на столешнице.
Итак, у вас есть что-нибудь ещё? Если нет, то позвольте мне и дальше наслаждаться в одиночестве столь чудным, а главное дешёвым напитком.
— Жаль, — задумчиво проговорила Белла, медленно подымаясь из-за стола. — Жаль, что вы не желаете продать ваши аппараты. Может, ещё передумаете?
— Может, и передумаю, — неожиданно проговорил трофейщик, заставив Беллу изумлённо замереть возле стола.
— Не поняла, — посмотрела она ему прямо в глаза. — В какие игры вы играете? То вы ничего не продаёте, то вдруг готовы продать. Вас трудно понять.
— Полноте, уважаемая баронесса, — невозмутимо отозвался трофейщик. — Всё очень просто. У меня к вам вдруг появилось деловое предложение.
— Ну, — неопределённо проговорила Изабелла, с каменным лицом усаживаясь обратно за стол.
— Первое. Я вам всё-таки продам так необходимые вам радиостанции. И продам по минимальной цене. Золотых триста за штуку. Это ровно в десять раз ниже тех денег, что обычно берут за подобные аппараты где-нибудь в Береговом Союзе. Но туда ещё добраться надо, да и такого покупателя не так-то легко быстро найти. А обстоятельства у меня, как вы понимаете, поджимают. Полевой сезон в разгаре, а я сиднем сижу в вашем захолустье. И тут вы, рядом.
Поэтому я готов продать вам аппараты по десятикратно заниженной цене. Но с двумя условиями. Первое. Никаких претензий по качеству проданного товара вы мне предъявлять не будете. Ни сейчас, ни потом, ни вообще когда-либо.
— Уже интересно, — кивнула Изабелла. — Продолжайте.
— Дальше, самое главное. Условие второе.
Слышал я, что у вас в городе собирается интересная компания поехать на машинах на юг. Через леса и горы в степи юго-восточного Приморья. Очень интересный и перспективный для моего товара регион, доступа к которому я, в силу определённых причин и условий, лишён. Я всё же речной торговец, а с реками там беда, — с демонстративным сожалением развёл он руками.
— Вот я бы и хотел, в ответ на мою любезность, получить от вас встречную любезность, место для моего товара в этом вашем автокараване, скоро отправляющимся на юг.
Я слышал, что кое-кто из жителей этого города уже имеет в нём свой собственный торговый интерес, не принимая в том личного участия, а просто предоставив товар для продажи. Вот и я бы хотел нечто в том же роде.
Если подобное принципиально возможно, то готов обсудить с вами условия.
Должен признаться, переоценил я потребности местного рынка в том товаре, которым торгую. Здесь никто и ничего не желает у меня покупать. Прекрасно обходятся своими средствами: луками и арбалетами. Дёшево и в достаточной степени эффективно.
Что впрочем, не означает, что я готов сбросить свой товар, по дешёвке,
— А если прибыль не покроет расходов? — нейтральным тоном невозмутимо поинтересовалась Белла. — Что тогда?
— Тогда — я буду весьма удивлён, — изобразил на лице каменную улыбку трофейщик. — По моим данным, на мой товар в Приморье по нынешним временам существует повышенный спрос, значительно превышающий предложение. И цены там, не чета местным. Так что, остаться совсем без прибыли, торгуя себе в убыток, это надо серьёзно постараться.
Если у вас проблемы с приказчиками, готов поспособствовать и предоставить толковых людей.
— Спасибо, как-нибудь сами, — холодно изобразила улыбку Белла.
— Значит, можно считать договорились?
— Прежде следует определиться в характере и объёме вашего груза. Ну и заодно в каких-нибудь процентах с проданного товара — в доход нашей компании. А то вы, сударь, как-то ловко проигнорировали сей важный момент.
— Значит, по дешёвке купленные рации вас не удовлетворяют.
— Это будем считать предварительным условием, — холодно улыбнулась Белла.
— Три процента с чистой прибыли вас устроит?
— Десять от объёма было бы лучше.
На какое-то время за столом установилось тяжёлое, напряжённое молчание, в течение которого трофейщик буквально сверлил глаза Беллы холодным злым взглядом.
— Хорошо, — ледяным тоном проговорил трофейщик. — Договорились. Теперь по объёмам. Думал обойтись парой тонн, но раз вы так ставите вопрос, то и я от вас потребую принять на реализацию не две, как первоначально собирался, а двадцать две тонны боеприпасов. Все времён второй мировой войны на Земле. Большая номенклатура калибров, и все в прекрасной сохранности. Упакованы в цинки и в стандартные зелёные ящики для хранения и перевозки боеприпасов. Никаких проблем с транспортировкой и хранением у вас не будет. Исключая объём, — мрачно ухмыльнулся он.
Думаю, для вас, двадцать две тонны это мелочь. Всего на всего семь грузовиков из тех, что у вас и так во множестве уже есть. Студебеккеры, кажется.
Ну, так как? Согласны? Я вам по дешёвке две радиостанции и ваш процент, а вы мне — место в своём караване и по возвращении золото за проданный товар.
Получится — дальше продолжим наше сотрудничество к обоюдной выгоде. У меня лодья большая, ёмкая. Груза на ней привезти можно много. Нет, — развёл он руками в стороны. — Ну что ж, будем считать, не получилось.
И, пожалуйста, не говорите мне, что это не ваш караван. Не надо лукавить. Передо мной, не надо лукавить. Может, формально он считается и не ваш, а какой-то там амазонки, но вы принимаете слишком большое участие в нём, чтобы считать иначе. Так что не будем лукавить друг перед другом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
