Берега сего обширного острова на взгляд лучше берегов Новой Голландии, внутренние части без исключения все удобны для земледелия. Весь остров горист, а на многих вершинах гор большие озёра — источники рек: Дервента, Гуона, Тамара и других. Хорошие гавани следующие: Дервент, Порт-Деви, Порт-Маквари, Порт-Дальримпль и Ойстербай.
В земле Вандимена нет тех деревьев, которые во множестве растут в Новом Южном Валлисе, но в чёрном дереве, сосне гуанской и дереве тас изобилие; последнее весьма крепко и имеет приятный запах; трава многим лучше, нежели в Новом Южном Валлисе, и оттого рогатый скот, особенно овцы, весьма размножились; пшеница также лучше, сказать, что земля Вандимена — запасный магазин английской колонии.
Капитаном Куком обретён остров к востоку от Новой Голландии и назван Норфольк. На сей остров при основании колонии в Новом Южном Валлисе привезены поселенцы и по причине чрезвычайной его плодоносности ожидали, что будет доставлять хлеб; но как при острове Норфольке нет безопасного якорного места и удобной пристани для гребных судов, то поселенцы свезены, невзирая на все чрезвычайные преимущества почвы земли, и в 1803 году избрали землю Вандимена, где плодородие одинаково с островом Норфольком, и сверх того при берегах находятся хорошие закрытые и безопасные гавани.
Земля Вандимена изобилует железом, медью, квасцами, каменным углем, шифером, известковым камнем и базальтом, но золота и серебра до сего времени ещё не сыскано. На Синих горах золотая руда открыта в 1820 году натуралистом Штейном, который был с капитан-лейтенантом Васильевым в путешествии вокруг света.
Природные жители земли Вандимена в беспрерывной вражде с европейцами; часто истребляют стада их овец, не по нужде, а единственно, чтобы нанести чувствительный вред своим неприятелям. Ненавидят вообще всех европейцев, но так боятся огнестрельного оружия, что три человека, оным вооружённые, могут пройти безопасно весь остров.
Причина толь глубоко вкоренённой ненависти природных жителей к европейцам произошла от непростительного поступка первых английских пришельцев к реке Дервент. Вандименцы изъявили сим гостям дружбу и приверженность, конечно и поныне продолжали бы поступать таковым же образом, ежели бы начальствующий офицер не приказал в них стрелять картечью, полагая, что сии добродушные люди, привлечённые любопытством, имеют неприязненные намерения. Неожиданный выстрел произвёл ужасное впечатление в диких; все дружелюбные сношения мгновенно прервались, и ненависть их к пришельцам дошла до такой степени, что о примирении и теперь ещё помыслить невозможно.[325]
Гобарт-Тоун (Hobart Town). Главный город и местопребывание вице-губернатора, от устья реки Дервент в девяти милях, основан не более шестнадцати лет, не так хорошо выстроен, как Парамата, расположен на двух холмах, посреди коих проток лучшей воды, выходящей из горы Стола;[326] название сие дано горе по сходству её с горою Стола на мысе Доброй Надежды. В течение девяти месяцев она покрыта снегом и ужасные ветры дуют вокруг.
Дервент. Гавань и вход в реку сего же названия, не уступает никакой гавани, и лучше многих. Река имеет два входа, которые разделены островом Питта;[327] один залив называют Данте-Касто, а другой Бурный.[328]
Река Дервент имеет довольную глубину, суда всякого рода могут входить на одиннадцать миль далее города Гобарта; пролив Дантре-Касто образует от порта Коллинс до города Гобарта хорошую безопасную гавань, в коей глубина от четырех до тридцати сажен.
Бурный залив открыт от юга и юго-востока, исключая некоторых мест, где суда по нужде могут укрываться. Лучшее убежище залив Адвентюр, хотя открыт с северо-восточной стороны, но несколько защищён островом Пингвинов, и суда, снабжённые хорошими и таковыми же канатами, могут стоять на якоре.
Бурный залив ведёт к другой хорошей гавани, называемой Северным заливом,[329] сия гавань имеет шестнадцать миль в длину и в некоторых местах ширины шесть с половиной миль; в большой части залива хороший грунт, глубина от двух до пятнадцати сажен.
Залив Норфольк в Северном заливе образует гавань длиною девять миль; лучше всех защищен от ветров и нигде не имеет глубины менее четырёх сажен. Вообще заливы сии наполнены китами, которые обыкновенно в ноябре месяце оставляют неизмеримые глубины океана, дабы здесь воспроизводиться; для сего выбирают спокойные воды и пребывают в оных около трёх месяцев.
Порт Дальримпль. Обретён капитаном Флиндерсом в 1798 году и так назван губернатором Гунтером, находится при устье реки Тамар, которая впадает в пролив Басса.
Лаунчестоун — при той же реке. По причине нездорового воздуха вокруг сего места четыре года тому назад заложен другой город, на три мили далее вверх реки и назван Георг-Тоун. Военный начальник имеет пребывание в сем городе. В нескольких милях от Лаунчестоуна груды железных штуфов, которые так богаты, что содержат на 70 процентов металла. Рудников ещё не обрабатывают по причине малолюдства поселенцев в Новом Южном Валлисе.
Климат в земле Вандимена для европейцев благоприятнее, нежели в Порт-Жаксоне, ибо не производит великих внезапных перемен в температуре воздуха: летом не слишком жарко, а зимою не слишком холодно. Зима, конечно, несколько холоднее, нежели в Новом Южном Валлисе, и вершины гор бывают покрыты снегом, но в долинах редко снег остается на несколько часов. Разность в температуре воздуха Порт-Жаксона и города Гобарта до 10° по Фаренгейтову термометру.[330]
Глава шестая
Отбытие из Порт-Жаксона к острову Маквария
Плавание в Ледовитом океане
Обретение острова Петра I
Берега Александра I
Плавание по южную сторону Ново-Шетландских островов
Обретение островов: Трех братьев, Мордвинова, Шишкова, Рожнова
Прибытие и пребывание в Рио-Жанейро
Глава шестая
Отбытие из Порт-Жаксона к острову Маквария. — Плавание в Ледовитом океане. — Обретение острова Петра I. — Берега Александра I. — Плавание по южную сторону Ново-Шетландских островов. — Обретение островов: Трех братьев, Мордвинова, Шишкова, Рожнова. — Прибытие и пребывание в Рио-Жанейро.31 октября. В воскресенье, октября 31-го, мы подняли все гребные суда, и когда сутра по требованию моему обыкновенным сигналом приехал лоцман, шлюп «Восток» тотчас снялся с якоря. Невзирая, что на шлюп «Мирный» по призыву лоцман еще не приехал, лейтенант Лазарев снялся с якоря и последовал за «Востоком». Оба шлюпа остановились в дрейфе и поджидали едущего к нам капитана порта Пайпера. Во все пребывание в Сиднее мы пользовались особенно его благоприязнью; простясь с ним, прокричав друг другу взаимное «ура!» и отдав крепости салют, на который нам ответствовали равным числом, мы наполнили паруса. Капитан Пайпер не довольствовался сим изъявлением своего дружелюбия, поехал на свою дачу, мимо которой шлюпам надлежало итти, и салютовал нам вслед из своих малых пушек. Не без сожаления оставили мы место, где все время нашего пребывания проводили с большим удовольствием.
