мне с тобой делать?
Пирамидка, не останавливаясь в своём вращении, медленно раскрылась. Изнутри она тоже была выстелена огнистыми нежгучими лентами. Доброе живое тепло, даже когда я коснулся пламени, оно не обжигало. В серёдке на отделанной чёрным бархатом подставочке лежало... Я рассмотрел вещицу со всех сторон, пока пирамидка плавно двигалась. Но так и не понял - что же это. Свиток, слепок, сгусток, нечто многомерное из светлого серебристого металла. Глаз терялся на замысловатых изгибах, не в силах определиться в красивой и замороченной топологии.
Пирамида остановилась. Я взял витой слиток. Тяжёлый. Сплав на вес почти как золото. Шесть или семь завитков, неуловимо перетекающих один в другой, несколько просветов. Не то виноградная гроздь, маленькая и тугая, не то хитро закрученная булочка.
Шестая моя загадка. Желание на шестьдесят процентов. Чего я хочу больше всего? Разобраться с Гранями, с Зоной. Что мне для этого нужно, что нам для этого нужно? Очень просто - выжить. Выжить и справиться с тем, что нас ожидает.
Зона. Поместье. Встреча гостей. Харальд
Утром меня разбудил Ахмед. Почти что распинал, настолько я отключился после "подарочка". Сандру он воспринял как должное, и по своему обыкновению приветствовал её рукой к сердцу и галантным наклоном головы. Он обожал Эвис, но к Сандре относился как к высшему существу. Сколько не пыталась она его образумить, горячесердый кавказец не унимался.
- Командир, тебя Несса зовёт. Сказала, что у неё есть ответ.
- Иду. Через два часа собери всех наших в штабе. Кошка и Марта тоже должны быть.
- Есть.
У Ганса Кубышки он выменял на какую-то блестящую штуковину настоящую кожаную куртку пилота Люфтваффе, потёртую и в двух местах аккуратно залатанную, и теперь из неё не вылазил.
В душе я сунул голову под струю холодной воды. Посмотрел на себя в зеркало, прошерстил пальцами душманскую бородку. Скосить её нафиг, что ли? Намочил в кипятке полотенце, ножницами снял что мог, а потом, распарив, взялся за кинжал. Как будто голова легче стала - подумал я, разглядывая отражение. И всего три мелких пореза.
Сандра ойкнула, увидев меня выбритого.
- Пора имидж менять, – я плеснул на ладонь водки, растёр по шее и щекам, зарычал. - Давай собираться. Несса что-то ещё расскажет. И... Я вчера не стал тебя будить. Спасибо.
Слова звучали как-то коряво. Сандра отложила расчёску, повернулась.
- Ничего не говори, не надо. В одиночестве мужчина дичает, даже если держит себя в кулаке. Ты не должен быть один, Харальд. Просто разреши мне быть рядом.
Я подошёл к ней, взял за руки.
- Ты вольна здесь во всём. Но, прошу тебя, по-дурацки, конечно, звучит... не привязывайся ко мне. Я не отделяю свою жизнь от жизней других, но рядом со мной опаснее всего.
- Я знаю, - спокойно сказала Сандра, собрала волосы, заколов их в узел. - Пойдём?
Гелахир сидел на низком столике, возле постели. Несса, увидев нас, слабо улыбнулась.
- Бледновата ты что-то, леди, - я присел рядом. Эльфиня лежала под покрывалом, положив руки поверх.
- Бледновата... Сразу не выговоришь. Попробовал бы ты так.
Она прикрыла веки.
- Я дозвалась. Завтра, днём или вечером сюда придут. А дальше всё от тебя зависит. Как сумеешь договориться. Они народ такой, что просто так к ним не подъедешь. И гордые, сам знаешь…
Я положил ладонь на её узкое запястье.
- Договорюсь. Отлёживайся. У нас тут делегация скоро будет, пойдём готовить встречу.
- С кем это ты уже снюхался?
- Ночью вернулся Олег. Марта договорилась со своим начальством.
- Хорошо…
Сандра потянула меня за ремень, мол, имей совесть, хватит глаза мозолить. Я кивнул, встал.
- Выздоравливай.
Несса взмахнула рукой, проваливайте. Мы вышли на внешний коридор, полуоткрытую галерею на третьем уровне, она опоясывала всё поместье. Обитатели, кто уже встал, занимались своими делами. Хорошо хоть лавочных старушек у нас не завелось, не то шлейфом тянулся бы шепоток вполне понятного содержания.
Сандра, вышагивая рядом, посматривала на нашу территорию.
- Ну что, чувствуешь себя лендлордом?
- Да куда уж мне, - я хохотнул. - Какой из меня лендлорд.
- Ну, явочным порядком, так сказать.
- Не забиваю этим голову. И тебе не советую.
- Ладно, это я так. - она завела руки за спину, отчего её походка стала ещё более игривой. - Я займусь тем, что ты мне вчера поручил. Только подумай, кого бы мог дать мне?
- Знаешь что… Катя тебе подойдёт? Она много общается с посадскими и хорошо знает их среду и мысли изнутри.
- Посадские - это как?
Я объяснил. Сандра закружилась на месте, лукаво посмотрев на меня.
- Ну я же говорю, лендлорд. Боярин.
Махнув рукой, я вздохнул.
- Ну и пусть боярин. Так ведь ты тоже не абы кто. Получаешься Малюта Скуратов в женском обличье.
- Ты бы ещё с Ежовым сравнил, - фыркнула она.
- Э не… Скуратов хоть давил, жёг, а сам за чужие спины не прятался… Так, значит, Катя в твоём распоряжении. Сергею я скажу, чтобы эту вредину на твою шею перевесил. А из прочих…
Я перебрал в памяти тех, кого так или иначе обозначил сам для себя на будущее.
- Есть один паренёк, он одним из первых к нам прибился. Ты должна помнить его, он с артиллеристами постоянно рядом вертелся. Паша Говоров, да.
- Помню. Он же и вывел на нас тот обоз.
К концу второй недели к нашему новому дому выбрели восемь человек. На телегах, как беженцы во время революции. Пять исхудавших женщин, двое детей, мальчик и девочка семи лет, и этот Паша, белобрысый доходяга-старшеклассник. Если бы не его глаза, заметившие тонкую чёрточку факела за двадцать километров, так бы они и сгинули вместе с единственной лошадью. Несса сразу потащила женщин и детей к себе, а Паша, завидев настоящую пушку, забыл и про голод и про всё на свете.
- Вот его и заберешь. Скажешь, по моему заданию. Ну придумаешь что сказать.
- Придумаю, придумаю… - Сандра остановилась, облокотилась на стенку высотой по грудь, ограждение галереи. - Ты думал когда-нибудь… что потом?
- Эх, женщина. Давай до этого "потом" доживём сначала, тогда
