Мы поздоровались с ребятами. Никого больше из учеников Хогвартса поблизости не было, что безусловно способствовало более спокойной атмосфере. Однако ничто не вечно.
— О, новенькие в наших рядах, — улыбнулся Симус, глядя мне за спину.
— Пф-ф-ф… Щас что-то будет… А-ца… — Дин решил пошевелить шампуры, но вновь лишь обжегся.
Обернувшись, увидел подходящих к нам Рона и Гарри. Оба во вполне обычной одежде, и даже удивительным казалось то, что одежды эти на парнях были одинаково сильно поношенны. В руках они держали чайники и вёдра, и явно шли на колонку за водой. При виде нас у парней несколько поубавился энтузиазм, но рыжий и очкастый решили довести дело до конца и поздороваться со своими неплохими знакомыми.
— Привет парни, — Рон и Гарри приветственно пожали руку Симусу и Дину.
— Здорово.
— А что… Этим… — Рон неприязненно кивнул в нашу сторону головой, — здесь надо?
— О, ещё друзья Симуса, — улыбнулась миссис Финниган. — Надеюсь и вы болеете за Ирландию?
Парней явно сильно смутил подобный вопрос и те поспешили клятвенно заверить, что именно так оно и есть, поспешно удаляясь.
— Похоже, — хитро улыбаясь, обратилась к нам миссис Финниган, — у вас какой-то конфликт с этими ребятами?
— Совсем немного, — показал я пальцами это самое немного.
— Ясно. Обычное дело, школа, Хогвартс. Помнится, я тоже сильно не ладила с одной девочкой на курсе. Теперь лучшие подруги. Дайте ребятам шанс.
— Вы прямо как Дамблдор. Готовы всем по второму шансу выдать, — подметил я не без ехидных ноток, но тут поделать с собой ничего не мог.
— Дамблдор мудрый старик, много повидавший на своём веку. Его мнение нужно как минимум принять к рассмотрению.
Мы с Гермионой отправились дальше в путешествие по палаточному лагерю. Торговцы самыми разными товарами были активны как никогда прежде, стараясь продать чуть ли не воздух. Торговали, как в последний раз! В итоге, конечно, мы не удержались и купили немного местного мясного фастфуда и значки сборной Ирландии. Суета с каждым часом разгоралась всё более знатная, но это не могло длиться вечно — ближе к закату активная суета волшебников переросла в гнетущее молчаливое напряжение.
Когда уже стемнело, а солнце окончательно зашло за горизонт, люди потихоньку начали стягиваться к стадиону, вершина которого выглядывала из-за небольшой полоски леса. Мы с Гермионой отправились в палатку переодеться в более приличный вид, а не просто повседневную одежду. Я, как и планировал, надел свой костюм в стиле Персиваля Грейвса, а Гермиона похвасталась чёрным закрытым платьем с довольно пышной многослойной юбкой, не менее чёрной мантией. Свои непослушные кудри она упорядочила магией в этакую высокую волнистую причёску. С одной стороны — полнейший хаос, а с другой — всё предельно упорядоченно.
— Ну? Как? — Гермиона покрутилась в центре гостиной.
— Прекрасно.
— Я рада.
— А почему чёрный?
— Ну, мы же вместе идём, а ты только чёрный и предпочитаешь. Да и мама говорила, что чёрный — идеальный цвет и подойдёт к любой ситуации.
— Миссис Грейнджер безусловно права.
С общей толпой мы прошли вдоль зажёгшихся огней по дороге через лес до самого стадиона. Огромного и высокого, прекрасно освещённого, словно состоящего из миллионов балок, поперечных и диагональных. Он внушал.
В толпе людей было немного тесновато, но не слишком, и мы благополучно дошли до одного из входов на трибуны, где наши билеты проверил сотрудник министерства, пропуская внутрь. По множеству лестниц мы поднимались без проблем, а вот многие волшебники познали такую прекрасную вещь, как одышка.
Практически поднявшись на самый верх, всего парой уровней не доставая до самых высоких мест под открытым небом, мы добрались до министерской ложи и прилегающих к ней мест. Вообще, одно от другого отличалось лишь тем, что для министров и прочих значимых гостей ложа была огорожена, а вот сами места, удобные, комфортные кресла, были одинаковы. На входе в ложу, прилегающую к министерской, стоял очередной контролёр, и проверив наши билеты, вежливо пожелал приятного времяпрепровождения и пустил внутрь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Обалденный вид! — заявила Гермиона, подойдя к ограждению.
Вид и вправду был шикарный. Огромный, просто гигантский стадион с невероятно высокими трибунами, среди которых десятки тысяч разномастных волшебников занимали свои места. Осветительные точки на земле и столбы на самых высоких точках трибун выхватывали из ночной тьмы абсолютно любой кусочек поля и воздушного пространства. На огромном чёрном табло, что висело в воздухе, то и дело мелькала реклама нынешних спонсоров, из которых я невзначай обратил внимание лишь на Гринготтс и какую-то фирму мётел.
— Наслаждаетесь видом, молодые люди? — знакомый голос вынудил нас с Гермионой обернуться.
— Леди Гринграсс, — я вежливо поклонился, а Гермиона выдала книксен.
— Я несколько удивлена, молодые люди, что вы смогли купить билеты в этой ложе.
— Просто мы купили их заранее.
— Очень предусмотрительно.
Из-за спины леди Гринграсс появились Дафна и Астория, и если последняя глянула на нас и поприветствовала с лёгким интересом, то Дафна всячески показывала своё неприятие моей персоны, для чего даже вежливо поздоровалась с Гермионой, и эта женская команда поспешила занять места. Астория поначалу смотрела на такую неожиданную для сестры компанию с удивлением, а после улыбнулась, хмыкнула, и села рядом со мной слева. В итоге я сижу между Гермионой и Асторией, а Дафна перетягивала на себя внимание моей подруги. Позади нас села леди Гринграсс, а чуть позже к ней присоединился её муж, Генри. Средний такой мужичок. Средний во всём. Видел я его колдофото, потому сразу узнал, хоть и не были представлены.
Постепенно наша ложа заполнялась волшебниками разных возрастов, а к Астории даже подсела подружка, возможно однокурсница. Мельком осмотрев младшую Гринграсс, пришёл к выводу, что чёрный цвет волос при том же типаже лица, что у Дафны и Дельфины, является более… симпатичным, что ли? Живее, да.
— … вы узнаете об этом первыми!
Не я один услышал столь знакомый насмешливый голос Малфоя. Практически все чуть обернулись, чтобы посмотреть на вход в министерскую ложу. Там стоял Драко Малфой, смотрел на верхние трибуны и усмехался. Рядом стояла Нарцисса с видом высокомерным и пренебрежительным ко всем вокруг. Уже собравшись пройти на места, приближённые к министрам, Малфой заметил нас, явно хотел высказаться, но передумал, молча уйдя.
— Забавный он, — как бы невзначай сказал я.
— Какой есть, — пожала плечами Астория. — На нашем факультете Малфой — единственный полюс силы, потому все стараются так или иначе крутиться возле него.
— Неужели нет никакой оппозиции?
— Оппозиции? — улыбнулась девушка. — Сейчас на факультете нет детей из семей, способных противопоставить что-то финансовой машине Малфоев и их влиянию. За счёт тех же финансов. Лучше быть в хороших отношениях с дураком, чем с ним же враждовать. Сейчас, когда Драко встал во главе семьи, вокруг него будет крутиться ещё больше разных людей, стараясь угодить. Раньше разных подхалимов можно было припугнуть именем Люциуса Малфоя, но сейчас…
— Какая откровенность.
— Я краем уха слышала о вашем небольшом конфликте с Дафной. Просто не хочу, чтобы ты думал о ней совсем плохо.
— Неужели вас так беспокоит мнение какого-то гриффиндорца?
Астория в ответ улыбнулась так, словно знает много-много больше, чем говорит, а ты теперь сиди гадай, что именно она знает.
— Дамы и господа! — по стадиону громкой волной пронёсся голос нашего любимого здоровяка Людо Бэгмена. — Леди и джентльмены! Добро пожаловать! Добро пожаловать на финал четыреста двадцать второго Чемпионата мира по квиддичу!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Зрители разразились криками и аплодисментами, затопившими стадион. Развевались тысячи разных флагов, а стадион наполнялся гулом пения национальных гимнов. Реклама на гигантском табло сменилась счётом: ноль — ноль.
Дальше я не особо слушал, но заинтересовался выступлением талисманов команд. Почему-то мне казалось, что первыми будут выступать лепреконы, но на поле выбежали сотня женщин и они начали танцевать под мягкую музыку, а вокруг разлился тончайший шлейф магии.
