Девочки запыхались, спешили. Дельфина, Гермиона и я нормально держались.
— А отсюда?
— Чары ставили явно артефактом. Сильные помехи. Очень рискованно, — отвечала рубленными фразами Дельфина, сберегая дыхалку.
— Стоять! — резкий искажённый голос вынудил нас остановиться.
К моему удивлению, Дельфина не стала поливать пятёрку магов в чёрных балахонах заклинаниями, лишь цепким взглядом пыталась высмотреть что-то в них.
— Какой цветник! — театрально разведя руки в стороны, к нам вышел один из волшебников в балахонах. Лицо его было закрыто железной маской, а голос искажён, как и у остальных. — Ради такого и парнишку можно в расход, да ребята?!
— Да! — радостно ответили остальные.
— Чего стоим? — шепнул я стоящей вплотную ко мне Дельфине. Мы оба прикрывали собой остальных.
— Ты не понимаешь, — она озадаченно осматривала остальных, отвечая таким же еле-еле слышным шепотом. — Генри пропал… Наверняка…
— Вот мне сейчас вообще плевать. Если среди них ваш муж, и атаковать не будете, то защищайте.
Не дожидаясь ответа, шагнул вперёд. Сзади ощутил постановку мощного комплексного Проте́го, от которого даже воздух загудел. Пара волшебников метнули яркие и мощные лучи Реду́кто и Экспелиа́рмуса в щит, но впустую.
— Храбрец…
Разогнавшись на полный максимум, резко ушёл в сторону, создавая перенасыщенный магией Сту́пефай, тут же разлетевшийся роем быстрых и резких лучиков. Балахонщики оказались не пальцем деланы, и начали активно уклоняться от летящих во всех подряд лучей. Один из них увлёкся, и я быстро подбежал к нему.
— Иктус, — с моей палочки сорвался банальнейший прозрачный сгусток заклинания Воздушного Кулака. Бред в бою, но не на ближней дистанции. Мужика сбило с ног, но в полёте он создал полусферу Проте́го.
— Трансформа, — заклинанием создал в области падения мужика шип из земли. Трансфигурация — хлеб сильных боевиков, упирающих на передвижение в бою и принуждение к передвижению своих противников.
Получилось очень удачно и шип вышел точно из груди мужика, пронзив сердце. Однако стоять мне не дали, да и я не собирался.
— Сука!!! Ава́да Кеда́вра!
«Просчитано».
Наплевательски небрежным движением на пару сантиметров отклонил туловище в сторону, пропуская зелёный луч смертельного проклятья, и тут же сам наводя палочку на наглеца.
— Кумила́рис.
Спиральный сгусток сорвался с палочки, мгновенно преодолев расстояние до врага, но тот почти уклонился — ему разметало половину туловища, а оставшийся сгусток сменил направление и врезался в землю под ногами третьего, активно пытающегося пробить щит Дельфины каким-то нескончаемым стабильным лучом синего цвета. Огромные комья грунта, взрытого моим заклинанием, начали закидывать мужика, сбивая концентрацию и в итоге уронив его на землю. Я хотел его добить, но пришлось резко ставить Проте́го от мощного Реду́кто. Щит получился крепким, и заклинание не пробило.
— Дави скоростью! — прикрикнул пятый балахонщик на четвёртого, вставая рядом с ним. — Проще, но чаще! Пробьём.
Одно за другим в меня полетели быстрые тусклые сгустки простеньких чар, ориентированных на пробитие щита. Так они и вправду пробьют, а скорость лишь увеличивается.
«Просчитано. Давай Рефле́кто».
Доверившись Ровене, начал формировать на кончике палочки концентрированную точку Проте́го Рефле́кто. Высокая концентрация энергии на малой площади позволяла отражать очень многое.
Ведя палочкой, словно кистью, очень быстро принимал на её кончик сгустки заклинаний, одно за другим, отражая в сторону балахонщиков, но все мимо — нужно больше практики. Каждое столкновение порождало небольшую белую волну магии в вертикальной плоскости. Одно заклинание, второе, пятое, девятое. Наконец, одно из отражённых Реду́кто попало в цель, хоть и не ту — попало выбравшемуся из-под земли балахонщику, и тот с множественным хрустом костей улетел на десяток метров.
— Да к чёрту! — вспылил четвёртый балахонщик. — Ава́да Кеда́вра!
Чем отличается хорошая Ава́да от плохой? Плохая — сгусток. Хорошая — луч. Я с очень большим трудом увернулся от луча, что почти мгновенно настиг меня — не скорость от гемомантии, помер бы. Теперь в меня летели только Ава́ды, не давая свободы маневра.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Трансформа, — из земли перед собой я вырастил стену.
Это дало мне секунду, прежде чем стену разнесло Бомбардой Ма́ксима, но я уже перекатом ушёл за дерево. Не глядя, веря ощущениям, кинул в противника очередной Кумила́рис, тут же выглядывая с другой стороны и уходя перекатом от Бомбарды, что уже летела в дерево. Четвёртый балахонщик решил прикрыться от моего заклинания Проте́го, но Кумила́рис разметал щит, а следом и волшебника, устроив фейерверк из внутренних органов. Кровь и кишки сбили с ног пятого, дав мне время сориентироваться, кидая в противника мощный Реду́кто. Тонкий и очень быстрый луч оказался слишком тонким и слишком быстрым. Ударный эффект заклинания сработал почти как крупнокалиберная пуля, а поднявшийся на руках балахонщик поймал его прямо в грудь. Раздался дикий хруст, а балахон на спине мужика вздыбился. Секунда, и тело упало замертво.
— Го́менум Реве́лио! — убедился я в отсутствии кого-либо вокруг и быстро направился к державшей Проте́го Дельфине.
— Макс, — Дельфина смотрела на меня нечитаемым взглядом, а девочки вообще выглядели бледными и напуганными. Правда, Гермиона была готова в любой момент сделать хоть что-нибудь, хоть и выглядела не очень. — Спасибо, что не пришлось выбирать.
— Выбирать?
— Я не новичок в боях, но никогда прежде не приходилось оказываться в ситуации, когда возможно придётся убить… родного человека.
Мы спешно двинулись дальше.
— Те волшебники пришли не комплименты делать. Если бы там и вправду оказался ваш муж, а остальные решили бы воспользоваться беззащитностью девушек, что бы вы сделали?
— Отец бы не позволил…
— А представь, что позволил. Что дальше? Идиотизм. Стал врагом — умри. Всё просто. Третьего не дано. Или вы бы…
— Хватит, — веско сказала Дельфина, сердито глянув на меня. — Я сделала бы то, что нужно. И я пыталась понять, всех убивать, или нет.
— Мам…
Мы прошли ещё несколько сот метров по лесу, прежде чем Дельфина достала из мантии цепочку.
— Берёмся за неё.
Все взялись за цепочку.
— Портус.
Вихрь пространственного искажения закрутил нас в карусели, а в следующий миг мы оказались в просторном, но слабо освещённом зале, стоя на ковре. Мрак зала рассеивал разве-что огонь в большом и высоком каменном камине, но его было недостаточно, чтобы рассматривать окружение.
— Останетесь здесь? — спросила Дельфина.
Астория и Дафна, бледные как смерть, на негнущихся ногах двинулись к дивану, очертания которого проскакивали в огне камина.
— Лучше мы отправимся по домам.
— Тогда камин в вашем распоряжении. И не беспокойся. Это явно были какие-то отребья из Лютного. Осанка, движения, манера говорить. Неумехи. Слишком…
— Быдло. Говорите, как есть.
— Да, Макс. Быдло.
Потянув за руку растерянную и шокированную Гермиону, я подошёл к камину и зачерпнул из подставки рядом горстку пороха, кинув ту в огонь. Пламя позеленело и перестало давать жар. Взяв ещё горстку, всучил её в руки Гермионе.
— Говори «Дырявый Котёл». Поняла?
Та потерянно покивала, но зашла в огонь и механически произнесла:
— Дырявый Котёл, — тут же бросив горстку.
Я быстро последовал за ней, и через миг стоял в пустом пабе, а рядом стояла Гермиона, оглядываясь.
— Что случилось, дети? — подбежал обеспокоенный бармен Том. Как всегда, в своём обычном рабочем костюме.
— Беспорядки на чемпионате. Возможно, у вас будет сегодня много гостей. Мы пойдём.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Когда я почти довёл Гермиону до выхода, бармен Том нас окликнул:
— Куда?! Там же маггловский мир! Там Магглы! Там опасно!
— Ха-ха-ха! — истерично засмеялась Гермиона. Похоже, её-таки накрыло. Наколдовав палочкой не особо эффективные успокаивающие чары на девушку, ибо эффективных именно чар попросту нет, обратился к Тому:
