— Позвольте представить вам нашего нового преподавателя защиты от тёмных искусств, — жизнерадостно заговорил директор на фоне всеобщей тишины. — Профессор Грюм.
В зале тихо заговорили и зашептались, обсуждая эту одиозную личность.
После всеобщего огорчения отменой квиддичных матчей, Дамблдор всех удивил и обрадовал тем, что в Хогвартсе будет проводиться Турнир Трёх Волшебников. Возгласы неверия и удивления, смех уверенных в том, что это розыгрыш, но нет — не шутка. Когда Директор сказал о «Вечной Славе» и тысяче галлеонов в придачу, ученики воспылали духом. Но Дамблдор вновь подпортил настроение, мол: «Только с семнадцати».
Близнецы Уизли пообещали себе и друг другу обязательно обойти это ограничение, ведь им почти семнадцать и всё это нечестно.
На этой ноте пир окончательно подошёл к концу и все мы направились по гостиным. Как и прежде, мы с Гермионой заняли неприметный диванчик, наблюдая за суетой учеников, краем уха слушая речь старосты, коим оказался скрывавший это до конца Ли Джордан. Рассказав о факультете первакам, он поручил Кэти Белл сопроводить девочек в женское крыло, а сам расселил парней.
Гостиная, конечно, гудела. Громче всех возмущался Рон, рассказывая всем желающим и нежелающим о том, как бы он, если бы не ограничения, обязательно выиграл турнир. Или Гарри, с его помощью конечно. А так, конечно, «звезда в шоке».
— Больно ты задумчивый, — подметила Гермиона, прислонившись ко мне плечом, рисуя схемы карандашом в блокноте. Повернула на секунду голову ко мне. — Да, я знаю этот взгляд. Ты что-то задумал.
— Есть такое. Хочу прорваться на турнир.
— И зачем? Дамблдор сказал, что были жертвы. Много жертв. Это может быть опасным. Да и как ты собираешься обходить ограничения, о принципе работы которых мы не знаем? Что за Беспристрастный Судья? Как проследит Дамблдор за процессом отбора?
— Я читал где-то об этом, но там было лишь пару строк. Нужно сходить в библиотеку и узнать всю информацию о прошлых турнирах. После уже и думать можно, но, как бы то ни было, Дамблдор, конечно, может стоять лично на приёме заявок и пристально бдеть, но вот знаешь, делать ему больше нечего? Будет какая-то магия.
— Это-то понятно. А тебе это зачем? — Гермиона вернулась к рисованию схем. — Вечная слава? Назови хоть одного чемпиона прошлых лет. Тысяча галлеонов? Сумма не маленькая, но и не большая.
— Слава действительно мимолётна. Однако, в ближайшие годы после турнира это будет актуально. Смотри. Допустим, я стал чемпионом. Что это значит? Обошёл защиту — раз. Стал самым юным среди прочих чемпионов — два. Достойнейший среди Хогвартса — три. Если выиграю, то ещё и победитель, учитывая, что должен был бы быть слабейшим — четыре. Ну и как бонус — возможность полностью игнорировать школьную программу на этот год, освобождение от экзаменов, а значит, куча свободного времени, которое я могу провести с пользой. Помимо этого, можно будет попробовать уговорить директора на допуск в Запретную Секцию, мол: «Чемпион же». Ну и для тебя выбить допуск, ведь: «Подруга и соратница чемпиона же!».
— Всё это прекрасно, — кивнула Гермиона. — Осталась самая малость — обойти защиту и стать чемпионом.
— Вот именно. Вот именно…
***
Первый учебный день порадовал если и не солнечной погодой, то хотя бы не дождливой, хоть и пасмурной. Но погода не влияла на мои физические тренировки, которыми я последние две недели немного пренебрегал, а потому я решил с удвоенными силами наброситься на это дело, начав с пробежки. Спустившись в гостиную, увидел там Гермиону в синем спортивном костюме.
— Привет. Пробежка?
— Привет. Пробежка.
Вдвоём мы оббежали почти весь замок, выбрались наружу, побегали по внутреннему двору и территории, у озера, то ускоряясь, то замедляясь. Финальным аккордом стал забег по лестницам главной башни. Туда-сюда, туда-сюда. Повстречали пару старшекурсников, явно шатающихся с бодуна в поисках зелья для опохмела.
— …странная кошка… — говорил один.
— Ага, ты прав. Думал это Филча, новая. Дай думаю пну… Не буду больше кошек пинать…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Но в полёт тебя знатно отправило… Может она какая зачарованная?
Послушав этот разговор, мы добежали до гостиной, уставшие и взмокшие — я себя знатно ослабил гемомантией, но всё равно получался уровень подготовленного человека. Гермиона же достала блокнот и начала делать записи, хотя ноги и руки подрагивали, а сама она готова была завалиться набок.
— Ты в порядке? Что пишешь?
— Ага… отлично… Да… — девушка пыталась побороть одышку. — Одну технику проверяю… фух… фух… Пока ничего не ясно…
— Усиление магией?
— Ага. Сложно. Нужно больше опытов… Я в душ.
После утреннего моциона Гермиона выглядела получше. Сильно получше. На вопрос о таком быстром восстановлении, она достала из сумки большую бутыль восстанавливающего зелья. Оно должно снимать усталость и помогать в тренировках тем, что легче становится дойти до предела, а после страдать не так сильно.
— Пойдём на завтрак. Без обильной еды зелье сделает только хуже.
— Знаю.
После завтрака был урок Гербологии, где пришлось заниматься не самым приятным делом — давить и собирать гной бубонтюбера, неприятного и мерзкого пупырчатого растения. Несмотря на неприятное растение, неприятный процесс и характерный неприятный запах гноя, выкручивающий рвотный рефлекс на максимум сразу, с задачей справились.
Арифмантика прошла штатно, но Дафна Гринграсс игнорировала моё существование с невероятным упорством, при этом общаясь с Гермионой. Вторая слизеринка, Булстроуд в беседе принимала вежливое участие, больше уделяя внимание какой-то задачке, решая ту с присущей полным людям неторопливостью и основательностью. Профессор Вектор обрадовала нас тем, что второй семестр будет посвящён работе над проектом, одним, совместным, но разбитым на составные части — как раз для индивидуальной работы каждому. По его итогам будут выставлены годовые оценки и назначены бонусные баллы факультету. В принципе — плевать, но это может оказаться чем-то интересным.
На подходе к Большому Залу мы застали нарастающую ссору, зачинщиками которой, как всегда, являлись Малфой и Поттер, хотя, правильнее сказать, Малфой и Уизли. Первый явно чем-то дразнил второго.
— …может твоей матери стоит сбросить лишний вес? — ехидно заметил Драко.
Вокруг вообще было довольно много народа с разных факультетов нашего курса плюс-минус один. Без толпы Малфой представления не даёт. Я собирался пройти сквозь толпу, ибо заполнили они холл знатно.
— Скажи-ка, Поттер, его мамаша и вправду такая жирная?
— А твоя разгульная мамаша, Малфой? — огрызнулся Поттер, оттаскивая багрового от злости Уизли. — Такое впечатление…
Вот только договорить у парня не было шанса — я уже был рядом. Хлёстким правым, как по учебнику, зарядил Поттеру прямо в нос, ломая как этот вездесующийся орган, так и очки, и, похоже, ещё парочку лицевых костей черепа. Парень отлетел и замер без сознания. Тут уже и Рон сорвался с цепи, потеряв один сдерживающий фактор. Его я отправил к Поттеру тем же способом.
— Ха, — усмехнулся Малфой, но и его я не обошёл стороной, схватив за ухо и вывернув так, что тот аж назад завалился, на одно колено, схватив меня за руку.
— Не оскорбляй чужих родителей, и твоих не оскорбят. А если оскорбляют, взымай плату сразу.
Засуетились его телохранители неудачники.
— Стоять! — с серьёзным взглядом рявкнул на Кребба и Гойла. Удивительно, но они остановились. — Тебя, Драко, розгами охаживать надо было в детстве, тогда бы род не позорил. Усёк?
Со стороны лестницы в меня полетело заклинание, но я ничего не делал, видя краем глаза стоящую рядом Гермиону, уже ставящую Проте́го Рефле́кто. Лучик отразился точнехонько обратно в Грюма, но тот с помощью Рефле́кто увёл его в появившегося на шум Пивза, превращая того в призрачного хорька.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Отпустив ухо Драко, перевёл взгляд на Грюма.
— Занятное дело, — хриплым голосом подметил профессор, бодро спускаясь по лестнице, прихрамывая из-за протеза. — Хотя, ничего нового…
