— Если девка не солгала, человечий отпрыск, то предатель во дворце, — продолжил прерванный разговор Готрек.
— И что нам теперь делать? Отправимся к князю и заявим ему, что в его окружении, возможно, находится хаосопоклонник? «Простите, мы не знаем, кто именно, но поверьте нам на слово?» Либо мы должны начать расспрашивать прислугу об этом Халеке. В любом случае, это, вероятно, не настоящее имя.
Истребитель пожал плечами, развернулся, и снова пошёл вдоль улицы. С неба недобро глядела луна Хаоса. Феликс мог поклясться, что гаргульи на зданиях пошевелились. «Игра света», — успокоил себя Феликс, поспешив за Истребителем. Не самый это приятный город, даже без армии Хаоса за городскими воротами.
Макс Шрейбер встал и сдвинул занавески, полностью закрывая прикрытые ставнями окна, пытаясь избавиться от холодного сквозняка. На мгновение через щель в ставне он разглядел покрытую белым снегом крышу здания напротив. Увиденное ему не понравилось. В это время года слишком рано для снега. Что — то воздействует на погоду. И то обстоятельство, что случилось это сразу по прибытии орды Хаоса, не могло быть совпадением.
Он поглядел на лежащую Ульрику, закутанную в толстое одеяло. Если это резкое похолодание не прекратится, ей может потребоваться ещё одно, или холод может свести на нет все труды Макса. Хотя, похоже, сейчас она спит здоровым сном поправляющегося после болезни человека. Кризис миновал, и делать тут ему, по большому счёту, нечего. Но Макс всё равно находился здесь, наблюдая за спящей и вознося благодарственные молитвы Шаллии за спасение её жизни. Даже если Ульрика никогда не будет принадлежать ему, Макса радовало, что она осталась в живых. Он подошёл, погладил её по голове, и на цыпочках вышел за дверь.
Макс был обессилен, словно не один день отшагал без еды, и он знал, что необходимо восстановить силы, как физические, так и магические. Он спустился по лестнице в таверну. Мужчины смотрели на него с большим уважением, удивлением и даже страхом. Каким — то образом разнеслась весть, что он спас Ульрику от чумы. Теперь не находилось желающих его рассердить. Помимо прочего, возможно, он сможет спасти и остальных, если их поразит болезнь.
Макс понимал, что в этой связи рано или поздно возникнут проблемы. Как бы ни хотелось, ему просто не хватит сил, чтобы спасти такое множество людей. Макс едва не погиб, спасая Ульрику, и испытывал сомнение, что во всём городе найдётся кто — нибудь, ради кого он снова захочет рисковать своей жизнью. Конечно, сейчас легко так рассуждать, находясь среди грубых мужчин с суровыми лицами, но что, если завтра к нему придёт какая — нибудь заплаканная мать и попросит спасти её дитя? Отвергнуть подобную просьбу будет гораздо труднее. Ладно, когда такое произойдёт, тогда он и будет беспокоиться. Нет смысла грузиться завтрашними проблемами.
Сделав официантке заказ на еду и чай, Макс затем вернулся в комнату. Ему не хотелось быть объектом пристальных взглядов посетителей общего зала, и вообще не хотелось пить вино. Он желал сохранить голову ясной, и ничем не повредить своим способностям. Макс недоумевал, куда подевался Феликс с истребителями. Вероятнее всего, выслеживают человека, который наслал прошлой ночью наёмных убийц. Макс задумался, может ли он чем — нибудь помочь. Что в настоящее время нежелательно. Каждую частичку силы необходимо расходовать экономно, пока он не придёт в норму. Но даже тогда вряд ли он сможет чем — либо помочь, если человек, как они полагают, является последователем культа. Такие люди обычно хорошо защищены от сканирующей магии. Для них это необходимость.
Макс задумался над тем, могут ли убийцы явиться по его с Ульрикой души, или их интересуют лишь Феликс и Готрек. Принимая во внимание мощь топора Истребителя, можно было понять мотив разобраться с ним, но какой смысл заниматься кем — то ещё? «Да стоит ли пытаться понять мотивы хаосопоклонников? — думал Макс. — Чрезмерные усилия в этом вопросе чреваты лишь мозгами набекрень». Насколько ему известно, прежде такое случалось. Те, кто пытался понять пути Хаоса, частенько покорялись ему. Как раз об этом его часто предупреждали.
Пока эти мысли будоражили его рассудок, Макс ощутил внезапное значительное изменение в ветрах магии. Оно было более очевидным, чем если бы выразилось в отдалённых ударах грома. Макс выглянул в окно и призвал своё магическое чутьё. И он снова отметил, что его подозрения верны. Мощные вихревые потоки начали образовывать над армией Хаоса солидное облако чёрной магии. Закручивались вниз огромные водовороты магической энергии, притягиваемой отовсюду. «Что происходит? — недоумевал Макс. — Уж точно ничего хорошего».
В дверь постучали. Макс осторожно сместился и проверил засов. Тот был на месте.
— Кто там? — спросил он.
— Вы господин Шрейбер? — в ровном голосе угадывался представитель властей.
Макс недоумевал: «Кто бы это мог быть? Какая — то западня?» Он воспользовался своей тщательно сберегаемой силой и применил сканирующее заклинание. В его мозгу проявился образ мужчины за дверью. То был высокий военный в плаще с крылатым львом Праага. Нашивки на рукавах показывали, что это пристав. Позади с ноги на ногу переминалась пара солдат. «Это посланники князя? — задумался Макс. — Весьма вероятно». Однако хаосопоклонникам не впервой прикидываться представителями власти. Макс не желал подвергать опасности Ульрику в её ослабленном состоянии.
— С какой целью интересуетесь?
— У меня повестка от князя.
А вот это хотя бы похоже на правду. Мужчина держал в руках свиток пергамента. «Тем не менее, какова цена пергамента?» — задал себе вопрос маг. Призвав ветры магии, он приготовил мощное ударное заклинание. Если эти люди наёмные убийцы, то они не застанут его врасплох.
Макс немного приоткрыл дверь. Никто не сунул туда нож. Пристав бросил на Макса недоуменный взгляд, словно поведение мага было несколько необычным. «Если мужчина тот, кем кажется, то подобная реакция очевидна», — предположил Макс.
— У меня здесь больной, который всё ещё может быть носителем чумы. Вам лучше передать мне послание и обождать внизу, — произнёс Макс.
Настал момент истины. Если эти люди наёмные убийцы, то самое время атаковать.
Макс заметил, что пристав побледнел и быстро просунул свиток в щель между дверью и косяком.
— Вы правы, господин, — сказал пристав.
Макс изучил свиток. Тот выглядел подлинным и имел печать с крылатым львом. Макс не ощутил в нём никакой магической энергии, поэтому мог утверждать, что имеет дело не с магической ловушкой. Следуя принципу, что лишняя безопасность не помешает, Макс проверил свиток магическими чувствами, но ничего не обнаружил. Пожав плечами, он закрыл дверь и сломал печать.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
