Оглядевшись, Феликс увидел Готрека, окружённого облаком вопящих призраков, которых топор уничтожал прежде, чем они могли приблизиться к гному. Неподалёку находился Макс, окружённый сферой золотого света, препятствующей существам подобраться ближе. Феликс наблюдал, как Макс сделал движение и что — то произнёс, и окружающая его сфера расширилась, убегая границами в темноту ночи. Задеваемые ей призраки уничтожались, не в силах противиться магии, высвобожденной волшебником. Феликс позавидовал силам мага. Улица вокруг них моментально очистилась от чудовищ, как и небо над головой. Из окружающих домов до Феликса доносились вопли и бессвязное бормотание. Он предположил, что не всем обитателям домов удалось успешно, подобно ему, воспротивиться одержимости духами. И тут же его охватил страх, столь же всепоглощающий, как наведённый призраком. Он бросил взгляд на Макса:
— Ульрика, она в безопасности?
Лицо мага побледнело, он закрыл глаза и выполнил серию сложных движений руками. Феликс увидел, как за закрытыми веками мага возникло яркое золотое свечение. Не слишком обнадёживающее зрелище. Этот внутренний огонь только начал угасать, как Макс снова открыл глаза.
— Не беспокойся. Она в безопасности. Охранных заклинаний, которые я там активировал, более чем достаточно, чтобы не подпускать эти существа.
— Что это за чёртовы твари? — спросил Феликс, хотя ответ был ему уже известен.
Чтобы убедиться в том, что он по — прежнему человек, ему потребовалось услышать звук собственного голоса.
— Эктоплазменные существа, нематериальные останки зла, некогда заполонившего этот город.
— Ещё раз Макс, но на понятном мне языке.
— Привидения, Феликс. Духи умерших, привязанные к месту смерти силой чёрной магии, и их личные страхи и злоба. Прааг — город призраков.
— Каким образом их освободили воины Хаоса? Мне казалось, ты говорил, что их магия не может проникнуть через защитный барьер в городских стенах.
Макс покачал головой, и свет погас в его глазах. Он пристально посмотрел на Готрека и Феликса. В ночи послышались приближающиеся тяжёлые шаги. Феликс взял меч наизготовку. Готрек покачал головой, давая понять, что оружие не потребуется. Казалось, Макс не обратил внимания на потенциальную опасность. Он продолжал говорить громким, немного показным голосом, почти напоминая Феликсу его бывших профессоров из университета Альтдорфа.
— Возможно, их магия стала достаточно сильной, чтобы пробиться через барьер. Подобное допустимо, но маловероятно. Я не думаю, что они достаточно сильны для того, чтобы проделать это.
— Тогда почему так получилось?
Феликс заметил, как над остальными частями города начали возникать расширяющиеся светящиеся сферы. Феликс и без помощи Макса понял, что сие дело рук других волшебников, повторяющих действия Макса.
— Если быть точным, я не думаю, что этих существ освободила орда Хаоса, — заявил Макс. — Я полагаю, они всегда были здесь, внутри стен. Я думаю, что нечто, сделанное чародеями Хаоса, пробудило их.
— И что это могло быть?
— Не знаю, но менее часа назад я ощутил мощные изменения в ветрах магии. Луна Хаоса в перигее. Сила чёрной магии увеличивается. Давай — ка отправимся на стены и поглядим своими глазами.
Как только Макс закончил фразу, из тумана и снегопада появился Снорри Носокус.
— Забавные призрачные штуки напали на Снорри. Глупые твари старались его стукнуть. Но ничего не случилось.
— Ты ничего не почувствовал: страх, ужас, боль? — спросил Феликс.
— Нет. Снорри такого не чувствует, — в голосе Снорри выказалась обида на само подобное предположение.
— Чтобы испытывать страх, человечий отпрыск, надобны мозги, — сказал Готрек. — А у Снорри их нет.
Снорри гордо улыбнулся в ответ на слова Готрека. Он выглядел крайне довольным, когда они побежали в сторону городских стен.
Из снежной пелены появился человек. Мертвенно бледное лицо. В глазах такое же призрачное свечение, как то, что окружало призраков. Макс сразу же понял, что это одно из тех омерзительных созданий, но обретшее плоть. Теперь скрытая плотью и мышцами тварь не могла быть уничтожена магической энергией, использованной Максом для развеивания её собратьев. Маг попытался собраться с силами, но это стало гораздо труднее. Ранее применённая магия истощила его, и он окоченел от холода. Тварь злобно рассмеялась и потянулась к Максу длинными холодными пальцами.
Но прежде, чем она дотянулась до мага, подоспел Феликс и пронзил мечом тело существа. Медленно потекла кровь, окрашивая снег. Это было неестественно для столь глубокой раны, но злобная тварь, овладевшая человеческим телом, не собиралась легко расставаться с жизнью. Руны на лезвии меча Феликса потускнели. Макс не ощущал никакой древней силы, которая проявилась, когда они сражались с драконом Скьяландиром. Если та и была по — прежнему скрыта в клинке, то бездействовала.
Когда существо повалилось, из его рта исторгся долгий вопль и белый туман. Сперва Макс испугался, что призрак попытается вселиться в Феликса или в него самого, но нет. Вместо того, тот начал распадаться, и был развеян ветром.
— Спасибо, — искренне поблагодарил Макс.
Он неожиданно обрадовался, что здесь оказались Феликс, Готрек и Снорри. Это не те люди, в обществе которых он желал бы провести время в нормальных обстоятельствах, но они как раз из таких парней, рядом с которыми хотелось бы очутиться, будучи запертым в занесённом снегом городе призраков, осаждаемом силами Хаоса.
Они продолжили свой путь к стенам. Макс опасался того, что они могли там обнаружить. Сияние Моррслиб над головой внушало страх. Её свет даже превосходил яркостью более крупную луну, Маннслиб. Макс не был уверен в причинах происходящего, однако из прочитанных материалов по истории знал, что такое всегда предвещает ужасные события. По правде говоря, это ему было понятно и без изменений, произошедших с луной. О том же говорили ему его магические органы чувств. Потоки чёрной магии, закручивающиеся за городскими стенами, были визуально заметны, и мощный приток энергии зла стягивался туда не без причины. И маг был уверен, что в этом нет ничего хорошего.
Повсюду вокруг Макс ощущал пульсацию магии. Другие чародеи, как и, по всей вероятности, кое — кто из священнослужителей, делали всё возможное, чтобы сдержать натиск злых духов. Пока Макс раздумывал над этим, почувствовалось что — то ещё, ручеёк тёмной магической энергии, уходящий в ночь. Он был мощным и злокозненным, и исходил откуда — то неподалёку.
— Готрек! Феликс! Поворачивай направо! Немедленно! Берегись! Там злые чары!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
