Мистер Хоук догадался, что его старинный приятель что-то пронюхал. Это его не сильно обеспокоило. Рано или поздно, философски рассудил он, все вылезет наружу. Даже хорошо, что это случилось теперь, когда он в отличной форме и может справиться с дюжиной капитанов.
— Надо поговорить, — уронил капитан Келли.
Дж. Б. Хоук отрезал добрый кусок мяса, посолил, смазал горчицей, окунул в вустерский соус, положил сверху ломтик картофеля, добавил капусты и хрена и поднес все сооружение ко рту. Он ответил, только когда оно благополучно достигло цели, и очень лаконично.
— Да?
Капитан по-прежнему не сводил с него глаз.
— Из всех грязных, вонючих подонков, каких я встречал, ты — самый поганый.
Ругательства никогда не задевали мистера Хоука слишком остро. Он безмятежно осклабился.
— Что ты съел на завтрак, капитан?
— Не твое собачье дело. Бренди с содовой, если тебе надо знать.
— Боюсь, тебе это неполезно, — заметил мистер Хоук, отрезая очередной кусок мяса и приступая к строительной операции.
Капитан Келли не был расположен шутить.
— Ты знаешь, о чем я. Что это за шахта?
— Какая шахта?
— «Мечта Сбывается».
— А что с ней такое?
— Вот именно: что с ней такое?
Мистер Хоук мирно жевал. Это зрелище начинало раздражать его друга.
— Слушай, — сказал капитан Келли с неподвижным лицом, натренированным долгими вечерами игры в покер; только одна жилка пульсировала на виске. — Мы разве не договаривались, что купим эту шахту на двоих? Разве нет? Аты что сделал? Взял да купил ее втихую! И не пытайся мне врать. Беллами все своими глазами видел, он мне и рассказал. Иона чертов!
— Иуда, — поправил мистер Хоук. Он любил точность во всем.
И стал намазывать горчицу.
— Успокойся, — сказал он с мягкой улыбкой, — я и не собираюсь этого отрицать.
— Ага.
— Дела надо делать осторожно, — сказал мистер Хоук. — Иначе можно попасть впросак, и тогда уж ничего не поправишь.
— Ничего не поправишь?
— Абсолютно ничего, — подтвердил мистер Хоук. Капитан Келли втянул носом воздух.
— Ага, — повторил он.
— Можешь агакать сколько влезет, — щедро разрешил мистер Хоук. — Этим делу не поможешь. — Он проглотил еще кусок мяса. — Мне жаль тебя, капитан. Если это может тебя утешить, я тебе сочувствую. Ты проиграл. На войне, как на войне. Дело житейское. Сегодня ты, завтра я.
Капитан Келли схватил кусок хлеба. Это был хлеб мистера Хоука, но хозяин не возражал. На его месте можно позволить себе быть выше куска хлеба.
— И сколько ты собираешься с этой сделки наварить? — спросил капитан Келли.
Мистер Хоук не возражал и против ответа на этот вопрос.
— Тысячи и тысячи, — сказал он. — И тысячи.
— А я мог бы иметь половину, — вздохнул капитан Келли.
— А ты мог бы иметь половину, — согласился мистер Хоук.
Капитан снова вздохнул. Воцарилось молчание.
— Мне бы хватило сейчас и немножко деньжат, — сказал капитан.
— Голову даю на отсечение, что хватило бы, — сердечно сказал мистер Хоук.
— Я малость потратился.
— Всем нам приходится входить в расходы.
— Знаешь, недешево обходится развлекать этих ребят, — медленно сказал капитан.
Мистер Хоук отрезал кусок мяса.
— А что за ребята? — спросил он.
— Нарисовались два парня из Чикаго с рекомендацией от одного моего американского дружка. Я ему кое-чем обязан, так что должен позаботиться о ребятах. А им ничего не надо, — опять вздохнув, сказал капитан Келли, — дай только позабавиться. Потому мне деньжата и понадобились.
— Представляю, — сказал мистер Хоук.
— Нет, ты представить не можешь, какую прорву деньжищ надо, чтобы показать этим парням Лондон и его достопримечательности. Хотят все самое лучшее. На той неделе только в музей мадам Тюссо три раза ходили.
— Да, привыкли, наверное, жить на широкую ногу.
— Еще бы. Но зато они мне благодарны. Я им как старший брат. Вчера сказали, что сделали бы для меня все на свете.
— Замечательно, — радостно отозвался мистер Хоук. — Это вселяет надежду в молодое поколение.
— Ты будешь смеяться, знаешь что они удумали для меня сделать? — продолжил капитан. — Спрашивают, нет ли кого, кого бы мне хотелось замочить. Ежели, мол, есть такой, то они почтут за честь сделать это ради меня, бесплатно, из одного уважения.
Если мистер Хоук и засмеялся, то совсем беззвучно. Он как раз подносил очередной кусок ко рту, и хотя рот его уже открылся, мистер Хоук не завершил процесс. Он опустил вилку и странно посмотрел на собеседника.
— Замочить? — высоким голосом переспросил он.
— Замочить, — подтвердил капитан. — Я разве не говорил, — добавил он, сопровождая слова легким удивлением при виде отвалившейся челюсти своего приятеля, — что эти ребята — гангстеры?
— Гангстеры?
— Да. И довольно известные у них там. Их зовут «чикагские гориллы». Ну и туши! Дети природы, так сказать. Большие такие, веселые подростки. Надо же такое учудить, так отплатить за гостеприимство! Забавно, ей-богу.
Он хохотнул в доказательство истинной забавности этого намерения. Смеялся он своеобразно. Губы оставались крепко сжатыми, а рот криво полз вверх с одной стороны. Глаза при этом оставались серьезными и отблескивали голубой сталью. Мистеру Хоуку это показалось интересным, но малоприятным.
— Ну ладно, так с тобой весь день проболтаешь, — сказал капитан Келли вставая.
— Эй, — воскликнул мистер Хоук. — Погоди.
— Хочешь чего сказать? — спросил капитан присаживаясь.
Мистер Хоук с трудом проглотил комок, подкативший к горлу.
— Таким парням место в тюрьме, — с чувством произнес он. — В тюрьме — вот где им место.
Капитан Келли слегка кивнул.
— Они день-два посидели, — сказал он, — когда стрельнули Джо Фраскати в Чикаго. Потом их выпустили. Но им все равно надо тут побыть, пока пыль уляжется.
— С-с-стрельнули? — заикаясь, переспросил мистер Хоук.
— Господь с тобой, — сказал капитан Келли, — в Чикаго это раз плюнуть. Ты, ежели туда собираешься, имей в виду. Ну вот, они мне насчет благодарности-то как сказали, так я нечаянно упомянул, что ты, мол, меня малость подвел. Ты бы видел, как ребятки взвились! Отзывчивые до жути. Что бы про гангстеров ни говорили, одного у них не отнять — они за друзей горой стоят. В общем, ты у них на заметке, — со смешком закончил капитан Келли. Настроение у него заметно поднялось.
У мистера Хоука прорезался громоподобный голос.
— Я на заметке? За что? Я ничего не сделал. Неужто ты думаешь, что я нарочно хотел тебя провести — тебя, моего старого друга? Я тебя разыграл, капитан, пошутил. Хотел поглядеть, как ты отреагируешь.
— Ну вот и поглядел, — коротко ответил капитан. — А теперь мне вправду пора. Я обещался встретиться с ребятами в клубе.
— Стой! — вскричал мистер Хоук. — Стой! Погоди! Он опять сглотнул противный комок.
— Ладно, получишь ты свою половину, — сказал он. — Я тебе письменное обязательство представлю, если хочешь. Могу прямо сейчас написать.
Нечто, отдаленно напоминающее довольную улыбку, проскользнуло по лицу капитана.
— Надо бы написать, — сказал он. — Чтобы ребятам приятное сделать. Официант, чернила и бумагу!
— У меня автоматическая ручка, — хрипло сказал мистер Хоук. — И бумага вот есть.
Он лихорадочно накорябал что-то на бумаге. Капитан Келли изучил документ, видимо, счел его удовлетворительным и аккуратно спрятал в карман.
— Я буду в клубе до вечера, — сказал он подымаясь. — Только забегу в Сомерсет-хаус поставить печать.
Неспешным шагом он двинулся к двери. А мистер Хоук, утратив былой аппетит, отставил тарелку с бифштексом и попросил подать кофе и двойной бренди.
Потом, взяв огромную сигару, предался размышлениям. От солнечного света, совсем недавно заливавшего мир, не осталось и следа. Наступило полное затмение.
3
Когда Дж. Б. Хоук достиг в курении того пункта, когда полагается в первый раз стряхнуть пепел, его уединение было вновь нарушено. У столика возник молодой человек, который завтракал с Берри Конвеем. Он со значением смотрел в глаза мистера Хоука.
Это мистеру Хоуку не понравилось.
В этот момент мистер Хоук был не в лучшей форме. Нервная система дала сбой. В таком состоянии вздрагивают от малейшего шума и читают в глазах незнакомцев, на которых при других обстоятельствах не обратили бы никакого внимания, мрачную угрозу. Встретившись взглядом с Бисквитом, он внезапно вспомнил, что этот молодой человек, по словам Конвея, проявил интерес к шахте «Мечта Сбывается».
— А? — растерянно спросил мистер Хоук. Его уже начало раздражать молчание молодого человека. — Что?
— Хоук, — внушительно сказал тот низким голосом. — Я знаю твой секрет!
