Когда я добралась до сиденья у окна с дальней стороны, пилот повернулся ровно настолько, чтобы я смогла увидеть весь его профиль, глаза и большую часть лица.
Я отпрянула в шоке, глянув влево на Ревика, который забирался в вертолёт за мной. Увидев его лицо, заколотые длинные волосы и прозрачные глаза, я резко повернулась обратно к пилоту. Сама того полностью не осознавая, я застыла на месте на полпути к сиденью, куда я собиралась сесть.
— Какого i’thir li’dare? — почти проорала я, перекрикивая звук лопастей и двигателя.
Ревик расхохотался.
— А ты как думаешь? Из всех возможных вариантов именно такое, да?
Я со щелчком захлопнула рот, даже не осознавая, что открыла его.
— Это не смешно, — сказала я, глядя на него, затем на пилота. — Какого хера, Ревик? Ты где это нашёл?
Я не могла заставить себя называть эту штуку «он».
Пилот моргнул, глянув на него. Удивление, отразившееся на его лице, встревожило меня ещё сильнее. Стиснув зубы, я посмотрела обратно на Ревика.
— Что это такое?
— Клон, очевидно же. Мой клон.
— Ты украл клон себя самого?
— Шесть клонов, на самом деле, — он широко улыбнулся мне. — Я подумал, что они могут пригодиться.
— Ты подумал, что они могут пригодиться? — я стиснула зубы, а затем всё же взорвалась злостью. — На*уя? Для чего они могут пригодиться, Ревик? — я не могла контролировать ярость, нараставшую в моём свете, и в то же время не до конца её понимала. — Чем, бл*дь, ты думал? Господи Иисусе, Ревик!
Он расхохотался, словно ничего не мог с собой поделать.
Повернувшись, я снова уставилась на пилота, подмечая те пугающе знакомые угловатые черты, бледные, похожие на кристаллы глаза, чёрные волосы, тонкие губы, длинную шею. Пилот выглядел в точности как мой муж, если не считать длины его волос (которые были подстрижены по-армейски коротко), отсутствия шрамов, другой одежды и состояния его тела, которое было более худой версией по сравнению с тем, как сейчас выглядел сам Ревик.
Его свет, слава богам, ни капли не походил на свет Ревика.
— Ага, — сказал Ревик, явно услышав меня, и опустился на соседнее с моим сиденье. — Странно, да? Он совершенно другая личность.
Честно говоря, это не приходило мне в голову.
Глядя на пилота, наблюдая, как он хмурится и периодически поглядывает на нас, щёлкает переключателями и завершает предполётную подготовку, я нахмурилась.
— Откуда берётся его свет? — спросила я наконец. — Ну типа, это подобно рождению обычного ребёнка?
Ревик пожал плечами.
— Понятия не имею. Должно быть, что-то подобное. Но он и структурно отличается от обычного видящего. У него имеется тот же aleimi-потенциал, что и у меня, в плане телекинеза и прочего, но его действительный свет — то есть, та часть, которая составляет его сущность… его душа или как тебе угодно это называть… она абсолютно другая. По словам техников, многие из них умерли главным образом из-за того, что душа слишком несовместима с биологическим веществом, в том числе с aleimi-структурами, которые есть у меня как у телекинетика. А ещё клоны связаны между собой каким-то странным образом. Есть вероятность, что они сделали это, чтобы помочь себе выжить.
Я всё ещё таращилась на пилота.
— Это реально, бл*дь, пугает, Ревик.
Он рассмеялся.
— Всё нормально, — он схватил мою руку и крепко сжал. — Главное, не перепутай одного из них со мной, и всё будет в порядке.
— Как, чёрт возьми, ты можешь доверять кому-то из них? — на сей раз мой голос прозвучал громче, заставив пилота повернуться. Когда он уставился на меня, и эти слишком знакомые хрустальные глаза прищурились в манере, которую я знала слишком хорошо, я прикусила губу и повернулась к Ревику.
— Gaos di’lalente. И ты ещё что-то говоришь мне из-за того, что я освободила видящих. Ты даже не знаешь, что представляют из себя эти штуки, Ревик. Разве их не вывели для того, чтобы убить нас? И чтобы открыть двери и уничтожить остатки человечества?
Ревик пожал плечами, его глаза оставались спокойными.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— По сути да. Их также вывели, чтобы подчиняться приказам. Балидор, похоже, считает, что их сделали чрезвычайно податливыми в этом отношении, не имеющими никакого собственного идеологического кодекса…
— То есть, ты просто командуешь ими с помощью своего света? — я нахмурилась ещё сильнее. — И это твоя мера подстраховки, чтобы они не убили нас всех?
— Вообще-то, это делает Балидор, — Ревик улыбнулся и поцеловал тыльную сторону моих пальцев. — Мы подумали, что будет лучше, если их будет направлять он.
— И он не возражает против этого? Балидор?
Ревик мягко щёлкнул языком, пожав плечами. Он переключился на мой разум.
«Да, — послал он. — Он согласился со мной в том, что они могут оказаться полезными. Либо так, либо убивать их всех. Мы избавились от самой лаборатории… вот почему Базилику пришлось уничтожить».
Он помедлил, пожав тем же плечом.
«Вдобавок к куче тех органических машин-гибридов, — добавил он. — У них имелось подкрепление Эддарда и нескольких других колонн сети».
Его губы мрачно поджались.
«У них также имелись клоны Менлима. От них мы также избавились, — он помедлил, показав неопределённо грациозный жест рукой. — Ну… ты понимаешь».
«Ну… я понимаю что? — послала я, хмурясь. — Не говори мне, что один из них ты тоже сохранил?»
Повернувшись, он улыбнулся уголком губ и виновато пожал плечом.
— Господи Иисусе, — откинувшись на сиденье, я посмотрела в потолок, сжав подлокотники и стиснув зубы. — Иисусе.
Ревик крепче сжал мою ладонь. Когда я перевела взгляд, всё ещё хмурясь, он постучал по гарнитуре, с помощью языка жестов видящих сказав мне, какой канал они используют. Как только я переключилась на нужную частоту, его голос снова раздался в моих ушах, но теперь уже через гарнитуру.
— Балидор и Касс полетят в другом вертолёте. Фиграна и Стэнли мы посадили в третий. Мы посчитали, что лучше разделить нас, поскольку мне неизвестно, что у них имеется из противовоздушной обороны, — помедлив, он сжал мою ладонь. Когда я подняла взгляд, он более осторожно оценивал моё лицо. — Возможно, мне понадобится твоя помощь, когда мы поднимемся в воздух.
Я фыркнула, осознав, что он имеет в виду.
— Тут малым количеством жертв не обойдёшься, муж, — сказала я, предостерегая.
— Да, — прямо ответил он. — Не обойдёшься. Но мы и не можем позволить себе такое в данный момент, — бросив на меня мрачный взгляд, он крепче сжал мою руку. — Они придут за нами, жена. Тот монах, Дейфилиус… я видел его свет, пока Балидор говорил с ним. Он не врал про Америку.
Его прозрачные глаза встретились с моими и приобрели более серьёзное выражение.
Он дотронулся до моего лица той рукой, что не сжимала мою ладонь.
— Это финальная битва, жена. Выжженная земля. Мы не можем позволить им победить. Потому что тогда мы потеряем всё. Хуже того, мы выпустим Дренгов в одни-лишь-боги-ведают сколько других миров, — всё ещё оценивая моё лицо, он добавил: — Конечно, главная здесь ты… и мы это не обсуждали. Но я чувствовал в твоём свете то же, что чувствую я. Мы оба знаем, что грядёт. Мы оба чувствуем видение Кали. Мы оба знаем, что она показала нам правду.
Помедлив, Ревик стиснул моё плечо.
— Поэтому ты не возражала против того, что я сделал в той пещере. Теперь у нас осталось меньше вариантов выбора. Возможно, так мало их не было ещё никогда.
Посмотрев на него, я неохотно кивнула.
Я не могла спорить с его словами.
Но я до сих пор не могла заставить себя осознать весь масштаб последствий.
Ревик крепче сжал мою ладонь… так крепко, что это причиняло боль.
Он не разжал хватку, когда послал Балидору сигнал через гарнитуру, изменив частоты и в то же мгновение послав мне открытый канал.
— Касс готова? — спросил он у лидера Адипана. — Мне сказать ему взлетать? Или ты будешь направлять вертолёты со своей стороны?
