Дьюк покачал головой:
– Не знаю. Но, пожалуй, ты утром видел настоящего Дугласа Кифера, Брэндон, и настоящую Сюзанну Холдинг. Мы полагаем, что голов, которые мы видим, на самом деле не существует, что наш мозг воспроизводит суть летучих мышей – их сердца и души – в таких образах.
– Духовная телепатия?
Дьюк усмехнулся:
– Ты умеешь подбирать слова, брат, – это именно так. Тебе надо поговорить с Лестером. В том, что касается летучих мышей, он чуть ли не поэт.
Имя прозвучало очень знакомо, и после некоторого размышления Пирсон понял, почему:
– Это пожилой дядя с роскошной седой шевелюрой? Похожий на стареющего миллионера из мыльной оперы?
Дьюк расхохотался:
– Да, это Лес.
Некоторое время они шли молча. Справа от них таинственно журчала река, а на противоположном берегу уже светились огни Кембриджа. Пирсон подумал, что раньше он никогда не замечал, чтобы Бостон выглядел так красиво.
– Люди-летучие мыши, может быть, приходят с пыльцой, которую ты вдыхаешь… – начал Пирсон, нащупывая подход.
– Н-да, некоторые разделяют теорию пыльцы, но я с ней не согласен. Погрому что подумай сам: кто-нибудь видел летучую мышь-уборщика или официантку? Они любят власть, и они внедряются во властные структуры. Ты когда-нибудь слышал, чтобы пыльца действовала только на богатых, Брэндон?
– Нет.
– И я нет.
– Те люди, к которым мы идем… Они… – Пирсон слегка усмехнулся про себя, обнаружив, что ему трудно выговорить следующее слово. Это не совсем напоминало прежнее ощущение себя в стране детских книг, но в чем-то приближалась к этому. – Они бойцы сопротивления?
Дьюк подумал, потом одновременно кивнул и пожал плечами – восхитительный жест, говорящий сразу и «да», и «нет».
– Не совсем, – наконец сказал он, – но сегодня, может быть, станем. Прежде чем Пирсон успел спросить, что тот имел в виду, Дьюк заметил пустое такси на противоположной стороне Сторроу-драйв и сошел на обочину, поднимая руку. Такси развернулось в недозволенном месте и подъехало к тротуару, чтобы подобрать их.
В такси они обсуждали проблемы бостонского спорта – умопомрачительных «Ред Сокс», вечно проигрывавших «Пэтриотс», удручающих «Селтикс» – и не затрагивали тему летучих мышей, но когда вышли у отдельно стоящего дома на кембриджской стороне реки (вывеска с надписью «КНИЖНЫЙ МАГАЗИН КЕЙТ – ФАНТАСТИКА» изображала шипящую кошку с выгнутой спиной), Пирсон взял Дьюка Райнемана за руку и сказал:
– У меня еще несколько вопросов. Дьюк взглянул на часы:
– Некогда, Брэндон, мы слишком долго шли.
– Ладно, только два.
– Господи, ты как тот тип на телевидении в старом грязном плаще. Я не уверен, что смогу ответить, – я гораздо меньше знаю обо всем этом, чем ты думаешь.
– Когда это началось?
– Вот об этом я и говорю. Я не знаю, а тварь, которую мы поймали, ничего не собиралась нам рассказывать – даже не сообщила имя, звание и личный номер. Робби Дельрей, парень, о котором я тебе говорил, утверждает, что видел первого больше чем пять лет назад в мэрии. Он говорит, что с каждым годом их все больше. Их еще не много по сравнению с нами, но их количество нарастает… Экспоненциально?..
Так, наверное, будет правильно?
– Надеюсь, что нет, – сказал Пирсон. – Это пугающее слово.
– Какой у тебя второй вопрос, Брэндон? Поторопись.
– Как в других городах? Там больше летучих мышей? И людей, которые их видят? Ты что-нибудь слышал?
– Мы не знаем. Они, наверное, рассеяны по всему свету, но мы абсолютно уверены, что Америка – единственная страна в мире, где их может видеть немало людей.
– Почему?
– Потому что мы единственная страна, объявившая крестовый поход против сигарет… Видимо, единственная страна, где люди верят – причем вполне искренне, – что если они будут есть правильную пишу, принимать витамины в правильном сочетании, думать в правильном направлении и подтирать задницу правильным сортом туалетной бумага, то они будут жить вечно и вечно сохранят половую потенцию. Когда речь идет о курении, ему всюду объявляется бой, и результатом стали уродливые мутанты. То есть мы.
– Люди десятого часа, – с улыбкой произнес Пирсон.
– Ага, Люди десятого часа. – Он взглянул поверх плеча Пирсона.
– Мойра! Привет!
Пирсон не удивился запаху дезодоранта «Джордже». Оглянувшись, он увидел Мисс Красную Юбочку.
– Мойра Ричардсон – Брэндон Пирсон.
– Здравствуйте, – сказал Пирсон и пожал ее протянутую руку. – Отдел кредитов, да?
– Это все равно, что называть мусорщика санитарным техником, – ответила она с веселой улыбкой. От такой улыбки, подумал Пирсон, можно безоглядно влюбиться, если не соблюдать осторожность. – Я просто работаю с кредитными чеками. Если вы хотите купить новый «порше», я проверяю счета, чтобы удостовериться, что вы способны на «порше»… В финансовом смысле, конечно.
– Разумеется, – Пирсон ответил ей тоже улыбкой. – Кэм!
– позвала она. – Иди сюда!
Это был уборщик, который привык мыть туалет, повернув назад козырек кепки. В нормальном костюме он выглядел на пятьдесят очков выше по интеллекту и удивительно походил на Арманда Ассанте. Пирсон почувствовал легкую ревность, но ничуть не удивился, когда тот обнял Мойру Ричардсон за восхитительную тоненькую талию и легонько поцеловал в восхитительный маленький ротик. Потом протянул руку Пирсону:
– Камерон Стивенс.
– Брэндон Пирсон.
– Очень рад, – сказал Стивенс. – Я так и думал, что вы сегодня их увидите.
– Сколько вас следило за мной? – спросил Пирсон. Он попытался припомнить тот эпизод в десять утра на площадке и понял, что не сможет, – он провалился в памяти, смытый мощной волной ужаса.
– Почти все из банка, кто их видит, – спокойно заметила Мойра, – но все в порядке, мистер Пирсон…
– Брэндон. Пожалуйста.
Она кивнула:
– Мы только поддерживали вас, Брэндон. Пойдем, Кэм.
Поднявшись по ступенькам, они скрылись внутри здания. Пирсон успел только заметить матовый свет, прежде чем дверь закрылась. Тогда он повернулся к Дьюку.
– Это все правда, так? – спросил он. Дьюк сочувственно взглянул на него:
– К сожалению, да. – И, помолчав, добавил: – Но здесь есть и хорошая сторона.
– Да ну? Какая же?
Белые зубы Дьюка сверкнули в сырой темноте.
– Впервые за последние по крайней мере пять лет ты будешь присутствовать на собрании, где можно курить, – заявил он. – Пошли.
Глава 3
В фойе и зале магазина было темно; свет – и гул голосов – просачивался со стороны крутой лестницы слева от них.
– Вот, – сказал Дьюк, – здесь. Если цитировать Книгу мертвых, какой долгий причудливый путь проделан, правильно?
– Да уж, – согласился Пирсон. – Кейт тоже из Людей десятого часа? – Хозяйка? Нет. Я ее видел только два раза, но, по-моему, она некурящая. Это Робби нашел место. Кейт считает, что мы просто Бостонское общество любителей крутого детектива.
Пирсон поднял брови:
– Это как?
– Маленькая труппа фанатов, которые каждую неделю собираются и обсуждают произведения Реймонда Чандлера, Дэшиела Хэммета, Росса Макдональда и тому подобных. Если ты не читал этих ребят, то, пожалуй, следует прочесть. Для надежности. Это нетрудно: некоторые из них – действительно класс.
Он спустился вслед за Дьюком – рядом на узкой лестнице они не помещались – и через распахнутую дверь вошел в хорошо освещенный подвал с низким потолком, очевидно, соответствующий по длине дому наверху. На полу было расставлено десятка три складных стульчиков, перед которыми стоял мольберт, накрытый синей тканью. Позади мольберта громоздились штабеля этикеток различных издательств. Пирсон с интересом рассматривал висевшую слева от него на стене картину в раме, под которой был плакат: «ДЭШИЕЛ ХЭММЕТ: ВСЕ ПРИВЕТСТВУЮТ НАШЕГО БЕССТРАШНОГО ВОЖДЯ».
– Дьюк? – услышал он рядом с собой женский голос. – Слава Богу, я уж думала, не случилось ли что с тобой.
Ее Пирсон тоже узнал: серьезного вида молодая женщина в очках с толстыми стеклами и с длинными прямыми черными волосами. Сегодня она выглядела менее серьезной в облегающих выцветших джинсах и майке с надписью «Джорджтаунский университет», под которой явно не было лифчика. Пирсон подумал, что если бы жена Дьюка хоть раз увидела, как смотрит эта женщина на ее мужа, она вытащила бы Дьюка из этого подвала за уши, и плевать ей было на всех летучих мышей в мире.
