Читаем без скачивания Новая Переменная - Канира

восполнят минус её слабости в ближнем бою. Не гоже полагаться всё лишь на кунай, когда она могла бы вызывать Разрез. Надо обсудить со стариком этот момент.

Тем временем, каждый раз, когда она подходила близко, шиноби из Кагуя использовал свои костяные шипы, чтобы держать её на расстоянии. Он также осознавал, что её кунай — это не просто оружие для нанесения повреждений, но и инструмент для захвата его костей и блокировки атак. Этот момент создавал у него некоторую опасность, и он старался избегать атак на ближней дистанции.

После нескольких столкновений Мито начала немного учащённо дышать, усталость накапливалась в её теле. Ещё один пункт: выносливость обязательно стоит повысить. Однако она знала, что победить можно только с полным сосредоточением. Мито использовала свою гибкость и силу ног, выполняя серию акробатических движений, чтобы выйти из-под атак противника. Используя свои кунаи, она создала молниеносную атаку — бросок одного куная, чтобы отвлечь его внимание, и молниеносный прыжок с удушающим приёмом руками, используя руку противника для захвата его костяного меча. Её удар оказался решающим — она нацелилась на слабое место его тела, попав в позвоночник. Этот удар был настолько быстрым, что противник не успел даже среагировать. Его костяные шпили начали рушиться, а тело стало ослабевать. Уроки по анатомии помогли, слава богу, она оказалась более усидчивой, чем я, и запоминала то, что её учили вторично. Шиноби из Кагуя, поражённый её атакой, с трудом стоял на ногах. Его костяные мечи исчезли, и он упал на землю, истекая кровью. Мито стояла рядом, тяжело дыша, было видно, как она устала. Но так просто убить Кагуя невозможно. Подпрыгнув и сев ему на плечи, она схватилась за голову и оторвала её. Грязно, но действенно. Информация, что нам досталась, ясно говорила, что этих безумцев просто так убить нельзя. Выбросив голову и отскочив от тела, которое начало умирать в агонии, она так напряжённо смотрела на тело, что не хотело умирать, но всё равно умерло. Ещё раз, мерзость.

Оказавшись рядом с ней, я начал обрабатывать её раны, ирьёниндзюцу показало, что нужно в первую очередь обработать. Зелёный свет от моих рук даровал ей облегчение. Порезы и раны начали заживать, и она спокойно выдохнула. Но выносливость ей не вернуть техниками, так что она присела, когда я её усадил на пень, что чудом сохранился здесь.

Она, посмотрев на меня снизу вверх, думая несколько мгновений, словно оценивая меня, сказала:

— Спасибо. — Её глаза смотрели так глубоко, словно океан. Я видел в ней то, кем она станет: великая принцесса великого клана, уже сейчас было видно, кто она. Осталось лишь дать ей время, чтобы расцвести.

— Ты молодец.

* * *

После того как я вылечил остальных, что также получили раны разных степеней тяжести, а кто-то потерял пальцы, сжёг весь лагерь. Море огня оставило от лагеря, в котором полегли множество шиноби, превратив его в пепел и навсегда решив судьбу этих людей. Жаль, но лицо войны для меня всегда одно и то же. Пепел и запах крови.

После первого лагеря события проносились словно звук. Один, два, пять, десять. Лагеря сменялись, но везде появлялись Кагуя в каком-либо количестве. Маленькие лагеря и огромные, везде одно и то же. Безумцы были скорее как мечи, которые направляли на нас, а управляли всем те же Хьюги.

Весть о нас и о других группах, что охотятся на этих безумцев, быстро распространилась среди стана врага. Они пытались сопротивляться, скрываться или кочевать с одного места на другое. Увы для них, мы их находили, и в первую очередь из-за сил Керо, что заключил контракт с призывом. Сбежать от нас у них не получалось.

После событий первого лагеря, в первый день пути к следующей цели Мито была задумчива и молчалива, но на следующее утро вернулась в своё привычное озорное настроение. И дальнейшие события не испортили её настрой. Привыкла, как и я, к крови и смертям. Либо ты привыкаешь, либо ты мёртв. Путь ниндзя в этом мире и в эту эпоху был таков.

В дальнейшем я не стал её заставлять биться, впрочем, как и моих сокомандников, решив, что быстрее будет, если я сам буду делать грязную работу. У нас не стояло цели выяснить важную информацию или схватить командиров лагерей. Цель была одна — убийство и устрашение. Чтобы эти безумцы поняли, что связали свои узы не с тем кланом.

И это работало. На седьмом лагере, который стал последним в нашем списке, мы уже не засекли никого из клана Кагуя. Лишь Хьюги, что в ужасе, смотря на меня, стояли прямо передо мной и ждали своей участи. Их страх в глазах показал мне, кем я стал, и мне было тошно, но я не был мясником и просто отпустил их. Опустевший лагерь был словно призрак, которого давно забыли. Вещи, которые забыли эти белоглазки, остались на своих местах. Хотелось напиться и просто забыть об ужасах войны.

Увы, нас нашли, и мы стали из охотников дичью.

Всего лишь один шиноби, который искал такие группы, как наша, и уже успел убить одну из них, нашёл нас и теперь стоял перед моим взором, усмехнувшись, видя Мито, которая узнала его, её страх был неподдельным. Я тоже узнал этого шиноби.

Кимари Кагуя. Глава клана Кагуя и обладатель уникального кеккей мора. Обращающие в Прах Смертоносные Кости, обладательница которой была прародителем всех великих кланов этого мира. Кагуя Ооцуцуки.

Противник, которого я не ожидал встретить и которого нужно было избегать.

— Здравствуйте, охотники…

* * *

Третье примечание автора: Совсем забыл упомянуть, что добавил в доп. материалы вид Мангекьё. Спасибо, что читаете и поддерживаете меня, ставьте лайки и делайте другие активности. Благодарю.

Глава 37

— Лидер всегда одинок, Оками. Много лет назад, когда я был обычным мастером печатей на службе клана, я проводил много приятных часов в компании обычных слуг на гавани. Мы располагались на импровизированных скамейках позади амбаров, куда свозили всю провизию для нашего клана, наслаждались рисовыми шариками и маринованными овощами, рассказывали друг другу весёлые истории и подшучивали над другими. Теперь я — правитель клана, и самые могущественные шиноби вынуждены днями дожидаться аудиенции, чтобы удостоиться чести провести в моём присутствии несколько минут. Иногда, предаваясь приятным воспоминаниям о годах молодости, я ловлю себя на том, что ноги сами несут меня к