— Отличная работа, Лимэй! — крикнул кто-то из завсегдатаев трактира.
Кэшел опомнился и сжал в правой руке посох так сильно, что его пальцы побелели.
Тильфоза подскочила к стойке и выплеснула в лицо Лимэй остатки пива. Хозяйка трактира отшатнулась, но промолчала. Образы исчезли.
Девушка подобрала скрученные волоски, мокрые от пролитого эля, и положила их себе в кошелек.
— Твое представление оскорбило меня.
Трактирщица уставилась на Тильфозу, так и не сказав ни слова. Но уже давно Кэшел не видел лица более безумного, чем у нее.
— Мы уходим и не собираемся тебя дольше беспокоить. — Обняв Тильфозу за плечи и не глядя в сторону трактирщицы, он повел девушку к выходу.
Двое мужчин, которых они встретили на входе в трактир, уже ушли. Кэшел понимал, что вряд ли кто-нибудь из завсегдатаев заведения заступится за них, если Лимэй захочет отомстить. В этом случае ему придется вытолкнуть девушку на улицу, пока он с верным посохом будет наводить порядок в трактире.
Юноша обвел взглядом комнату. Похоже, никто из завсегдатаев не хотел наживать себе неприятностей. Мужчины в углу сгорбились и положили руки на стол, чтобы прикрыть голову, если завяжется потасовка. Еще два постояльца пятились к стене, наблюдая за Кэшелом, словно загнанные лисой кролики.
Хозяйка трактира положила атам на барную стойку.
— Я ошиблась! Госпожа указала мне на мою оплошность. Если хотите…
Трактирщица указала на дверь. Одна ее створка уже была закрыта. Отступление могло оказаться сложнее, чем хотелось бы.
— Правда, ночи в Сунге темные и холодные, а я могу дать вам комнату.
Помолчав, Лимэй пожала плечами и улыбнулась.
— Может, не станем держать зла друг на друга и забудем все, что произошло?
Кроме того, мы уже заплатили, подумал Кэшел. Он понимал, что три медных монеты больше заработка пастуха.
— Кэшел, — позвала тихонько Тильфоза. Он обернулся к ней. Девушка побледнела, и щеки ввалились больше, чем обычно. — Мы можем остаться? Я очень…
Казалось, что она вот-вот упадет. Сегодня им пришлось пережить слишком много событий. Кэшел привык к такому, а Тильфоза нет. Ее ожоги, изнурительный переход, и вся эта неразбериха могли выбить из колеи кого угодно, а не только слабую девушку.
— Конечно. — Он согласно кивнул и повернулся к хозяйке трактира: — Мы принимаем твое предложение, госпожа. И прошу простить нас за причиненное неудобство.
Конечно, несколько капель выплеснутого пива не стоили таких расшаркиваний, но Кэшел решил смягчить положение.
Лимэй взяла из очага сгоревшее до середины полено и протиснулась мимо стойки.
— Проходите сюда.
— Эй, не оставляй нас в темноте, — крикнул кто-то из мужчин.
— Подбросьте в очаг еще дров, — грубо бросила им трактирщица.
Она открыла дверь в конце коридора. Кэшел головой показал, чтобы Тильфоза последовала за ней первой. Сам он двинулся следом, готовый защитить девушку от любой неприятности.
Узкая комната за дверью оказалась кладовой. Бочки с пивом стояли вдоль одной стены. Запасы продуктов и кувшины с вином располагались у другой. Кэшелу было нелегко протискиваться между ними. Сначала его удивил такой способ хранения продуктов. Но потом он понял, что Сунг расположен в долине реки, поэтому местные жители не могут устраивать такие погреба, как на постоялом дворе Рейзе в деревне Барка.
Лимэй прошла через кладовую, открыла еще одну дверь, за которой находилась жилая комната. Трактирщица зажгла свечу в нише и жестом пригласила их войти.
— Проходите, госпожа. Надеюсь, останетесь довольны.
Тильфоза с презрением посмотрела на хозяйку, но, почувствовав подвох в словах Лимэй, не клюнула на наживку. Девушка уже видела, как убивают людей. И понимала, что может в любой момент поплатиться жизнью за свой поступок.
— Спасибо, — поблагодарила она хозяйку и вошла. — Думаю, мне все понравится.
Кэшел с порога осмотрел комнату. Из мебели в ней стояла лишь деревянная кровать с подушками, одеялами и матрасом, набитым соломой. Но она была такой большой, что на ней вполне могли поместиться три человека. Тильфоза машинально потрогала матрас рукой, словно желая убедиться, что наконец-то сможет лечь.
— Хорошего вам сна, — пожелала Лимэй и направилась к выходу.
Кэшел выставил перед собой посох, чтобы трактирщица, протискиваясь к выходу, не прикоснулась к нему. Мысленно он разделял мнение Тильфозы о мстительности хозяйки трактира.
Лимэй усмехнулась, увидев это, но усмешка получилась злой.
Кэшел подождал, пока двери за ней закроются, а затем повернулся к спутнице:
— Дай мне пару подушек и одеяло. Или они все тебе нужны?
— Конечно же, нет. А что ты намереваешься сделать?
— Я хочу лечь у двери, — объяснил он. — На ней нет замка. И нам придется оставить ее открытой. Но не думаю, что кто-то сможет войти в комнату, не разбудив меня.
— Но пол же твердый!
Кэшел засмеялся.
— Каждую ночь, возвратившись с пастбища домой, я спал на полу мельницы. А там пол был каменным. Не волнуйся за меня, госпо… э-э-э… Тильфоза.
Она отвернулась.
Кэшел расстелил на полу пуховое одеяло и положил сверху подушки. Головой он намеревался лечь в сторону кладовой, а ногами в сторону кровати, на которой будет спать Тильфоза. Теперь нужно решить, задувать свечу или…
— Кэшел, я не осуждаю тебя. Может быть, тебе хочется встретиться сегодняшней ночью с этой женщиной? — спросила Тильфоза, не глядя в его сторону.
— Да ты что? — Слова девушки не укладывались у него в голове. — Спать с Лимэй? Дузи лишил тебя разума, госпожа! За кого ты меня принимаешь?
— Прости. — Тильфоза с облегчением вздохнула. — А теперь давай поспим хоть немного.
Она быстро повернулась и задула свечу.
— Хорошо. — Юноша улегся на свое ложе. В ответ он услышал лишь шуршание одеяла.
Кэшел заснул мгновенно. Но видел только плохие сны. Всю ночь ему грезилось, что рядом кто-то колдует, и слышался голос Лимэй.
* * *
Илне снилось, что она стоит на верхушке холма. Идет гроза. Где-то рядом ударяют молнии и гремит гром, сотрясая небо и землю. Она чувствовала, как ветер пытается сбить ее с ног и вот-вот унесет в темноту, освещаемую лишь вспышками молний. Она хотела закричать. Но изо рта не вырывалось ни звука.
Какая-то сила яростно швырнула ее на землю. Она не могла понять, где находится. Вокруг были лишь камни. Лунный свет, падая через окно, обрисовывал чей-то силуэт. Но она не могла понять, кто это.
Алекта закричала. Дикарка подскочила к входу, сбросила перекладину с дверей храма и распахнула их. Илна сделала глубокий вдох свежего прохладного воздуха. Он наполнил ее легкие, и девушка снова могла видеть и говорить.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
