Аттис хмыкнул.
— Кроме того, — продолжила она, — ворду каким-то образом удалось направить реку на угольные залежи. Огонь перестанет их сдерживать меньше чем через час. Было замечено их приближение к этой стене. Сигнальные стрелы взлетают на всех дозорных постах.
— Беда никогда не приходит одна, — Аттис вздохнул и закрыл глаза. — Ладно. Ваши рекомендации, графиня?
— Придерживаться плана, но растянуть по времени, — проговорила она, — использовать «мулов» по полной, а не просто как часть плана. Удерживать стены, пока гражданские не окажутся в безопасности, затем отвести войска.
— Отходить в темноте? — спросил он. — Вы хоть представляете себе, насколько это опасное предприятие? Малейшая ошибка может превратить отступление в полнейший разгром.
— Попросите Дорогу и его клан задержать врага на время и прикрывать ваше отступление, — ответила она. — Гарганты — прирождённые убийцы ворда, и они достаточно быстры, чтобы опередить врага на пути обратно в Гаррисон.
Какой-то момент Аттис обдумывал это, а затем медленно кивнул.
— Вероятно, это лучшее, что мы можем сделать в данных обстоятельствах. Сделайте это, графиня, если понадобится, от моего имени.
— Да, Ваше Высочество.
Он устало кивнул и закрыл свои запавшие глаза.
Амара нахмурилась и огляделась в комнате.
— Ваше Высочество? Где сэр Эрен?
Скулы Аттиса стали выглядеть еще острее.
— Он погиб на стене сегодня утром останавливая прорыв ворда.
Амара почувствовала, как внутри нее все сжалось. Ей нравился этот молодой человек, она ценила его способности и ум.
Она с трудом могла подумать о том, как он, холодный и мертвый, лежит на камнях той стены.
— О, великие фурии, — выдохнула она.
— Знали ли вы, графиня, — сказал Аттис, — чьей идеей было выставить меня мишенью там, в Риве? Одному и уязвимому, чтобы выманить Инвидию или Королеву? — Его изнуренная улыбка все еще напоминала львиный оскал. — Конечно, он не так это описывал.
— Правда? — тихо сказала Амара.
— Да, так робко все представил, что я было подумал, будто это была моя идея, — он снова закашлялся, хотя у него на это не осталось сил.
— Конечно, никто уже не может знать точно, — сказал он.
— Но мне кажется, что коротышка подставил меня. Не обладая сильными фуриями и…
Он закашлялся и рассмеялся, оба звука были сухими и изможденными.
— Возможно, поэтому он настоял на том, чтобы наблюдать за тем, что произойдет этим утром, когда он послал Антиллуса и остальных раздуть огонь. Ведь он знал, что его рекомендация имела такое влияние.
Он махнул рукой в сторону своего изувеченного тела.
— Возможно, все потому, что он испытывал вину, видя результаты своих действий.
— Или, возможно, он не был манипулятором и убийцей, а просто был преданным слугой своей Империи, — сказала Амара.
Кривая, горькая усмешка показалась на его губах.
— Эти качества вовсе не исключают друг друга, Графиня.
— Он не должен был быть там. Его никогда не обучали в качестве солдата.
— На такой войне, как эта, Графиня, — очень мягко произнес Аттис, — не бывает гражданских. Только выжившие. Хорошие люди погибают, даже если они не заслужили этого. Или может мы все это заслужили. А может и никто не заслужил. Не важно. Война ничем не лучше смерти.
На миг он замолчал, а затем произнес:
— Он был лучше меня. Он был хорошим человеком.
Амара склонила голову и сморгнула слезы.
— Да. Он был таким.
Он поднял слабую руку и махнул ей.
— Иди. Тебе многое надо сделать.
Ворд прибыл примерно через четверть часа после того, как Амара покинула зал стедгольда.
Звучали трубы. Легионеры стояли наготове, поскольку инженеры заканчивали закрывать ворота, сделанные в стенах, пока те не стали однородной гладью твердого гранита. Его фасад сиял завершенностью.
Она стояла возле Бернарда на башне, на десять футов выше стены.
Оборонительные башни располагались через каждые сто ярдов вдоль всей стены, простиравшейся на рассстояние чуть менее трех миль.
Гонец спикировал к башне, подняв небольшой порыв ветра, и отсалютовал.
— Граф Кальдерон, сэр.
Бернард не оторвал своего взгляда от поля, распростершегося перед ним.
— Докладывай.
Молодой человек стоял, моргая в растерянности.
Амара вздохнула и поманила его. Он приблизился на пару робких шажков.
— Так, — сказала Амара, как только он прошел сквозь щит, который она создала с помощью заклинания ветра, чтобы вражеские заклинатели не могли перехватить приказы Бернарда. — Теперь ты слышишь?
— А, — произнес гонец зардевшись. — Да, мэм.
— Докладывай, — сказал Бернард точно таким же тоном, что и прежде.
Молодой человек выглядел слегка напуганным.
— Капитан Майлз выражает свое почтение, сэр, а кроме того значительная часть вражеских сил двигается на север, чтобы полностью окружить стену, сэр.
— Ясно, — сказал Бернард. — Спасибо.
Глаза молодого человека округлились.
— Сэр? Капитан Майлз опасается, что враг прорвет наш фланг. Там, прежде чем стена достигает начала горы, почти миля открытого грунта.
— И в чем проблема?
— Сэр! — возразил гонец. — Стена не закончена, сэр!
Бернард обнажил зубы в волчьем оскале. В этот момент ровнялись передовые ряды ворда и готовились атаковать.
— Стена как раз такая, как и задумано, сынок.
— Но, сэр!
Бернард помедлил, чтобы окинуть юношу суровым взглядом.
Гонец заметно поник.
Бернард кивнул.
— Возвращайся к капитану Майлзу, вырази ему мое почтение и извести, что он должен быть наготове. Союзники расположены так, чтобы поддержать его, как только возникнет необходимость, — он сделал паузу и глянул на юношу. — Свободен.
Гонец сглотнул, отсалютовал и нырнул с башни. Он призвал силы ветра прямо перед тем, как упасть на землю, а затем умчался далеко на север.
Амара поглядела на Бернарда и произнесла:
— Ты не мог бы сказать ему больше?
— Чем меньше людей в курсе, тем лучше, — он положил руки на зубец башни и спокойно кивнул, когда ворд начал в унисон продвигаться вперед. — Джиральди. Пусть «мулы» будут наготове. Командующие секциями отдадут приказ о начале.
Голос Джиральди прогремел вниз по стене, когда земля начала гудеть от атаки ворда. Приказ был подхвачен дальше.
Бернард поднял ладонь к голове, разглядывая приближающего врага.
В момент, когда ворд приблизился на несколько ярдов, он издал оглушительный рев, который потряс стены, и еще один, столкнувшийся с ответным от легионеров, находящихся на зубцах.
