Многочисленные зеленые парки и скверы, в которых утопал район, несколько скрашивали то ошеломляющее впечатление, какое произвел на Ратну и Айрона совершенно новый для них уголок цивилизации.
Что касается Джейсона, он был приятно взволнован тем, что ему предстоит выступить в качестве популяризатора живых традиций индуизма. Будучи англичанином, он собирался внести в это дело лепту именно как англичанин, имеющий образование, владеющий двумя языками и возможностью проникать в определенные круги.
Он долго готовился к этой миссии, приобретая знания и совершенствуясь духовно. К счастью, с открытием Суэцкого канала путешествие в Индию стало гораздо более простым и быстрым. Потому Джейсон смог взять с собой и жену, и сына, и мать.
Они сидели в первом ряду. Патриция была в европейском наряде, Ратна – в сари, а Айрон – в смеси чего-то английско-индийского: курте, ачкане, штанах и ботинках, поскольку в Лондоне не очень-то походишь босиком.
Джейсон был готов начать рассказ о величии индийской истории, достижениях индийской цивилизации, наиболее интересных индийских литературных памятниках, как вдруг заметил среди слушателей знакомое лицо. Это была Грейс Уоринг.
С мягким взглядом серых глаз, нежным румянцем на щеках, с красивой прической, она выглядела привлекательно и молодо. Рядом с ней сидел серьезный мальчик в матросском костюмчике. Возможно, белый. Но скорее полукровка, как и Айрон. Джейсон решил подойти к женщине после лекции. Он помнил, как встретил ее на дороге, помнил ее взгляд и ее слова. Грейс нашла себя гораздо раньше, чем это удалось сделать ему самому.
В заднем ряду сидели несколько индийцев в тюрбанах, но в европейской одежде. Джейсон знал, что они станут самыми придирчивыми слушателями, но не боялся этого. Он любил Индию, научившую его искать истину, причем так, как не делают ни в одной другой стране. Он мечтал, чтобы европейцы увидели в ней сокровищницу высокой духовности, древней мудрости, сокровенных знаний, а не только источник материального обогащения.
Джейсон Блэйд говорил долго и складно. Без лишних эмоций, с надеждой на веру, интерес и эмоции тех, кто его слушал. Когда ему задали несколько вопросов о детских браках и сати, он рассказал историю своей жены и представил Ратну публике, которая с любопытством разглядывала экзотическую красавицу, чье усыпанное серебристыми блестками элегантное темное сари могло поспорить с самыми изысканными английскими туалетами.
Лекция имела большой успех, однако Джейсон был не из тех, кто упивается славой. Его не вдохновляли овации. Ему очень хотелось побеседовать с индийскими гостями, но прежде он направился к Грейс и тут же увидел, как она сама пробирается ему навстречу. Мальчик, бывший с ней, отошел к столу, на котором Джейсон разложил привезенные из Индии предметы и книги.
– Здравствуйте, мисс Уоринг.
Ее глаза сияли.
– Джейсон! Это было великолепно. Я вас не сразу узнала. Мне кажется, вам удалось перекинуть невидимый мост между Востоком и Западом.
Он смутился.
– Мне очень приятно это слышать, хотя я не обольщаюсь. Предстоит много работы. Донести до наших людей духовное послание Индии, равно как превратить индуизм во влиятельную общественную силу, не так-то просто. Кстати, как вы здесь оказались?
– Мы с сыном в очередной раз приехали в Лондон, я увидела объявления в газетах, и мне стало интересно.
– Так это ваш сын! А миссис Клайв жива? – спросил Джейсон.
– Да. Но она уже не может преодолевать такие расстояния, – ответила Грейс и добавила: – У вас красивая жена. Настоящая индианка.
– Спасибо. Кстати, я рад, что вы вышли замуж. Вы теперь миссис…
Грейс не хотелось с ним лукавить.
– Миссис Тайгер. Однако это ложь. Я не выходила замуж. Но в моей жизни была любовь.
Джейсон смотрел внимательно и серьезно.
– Вы говорите об этом в прошедшем времени?
– Я давно потеряла след того человека.
– Я вижу в ваших глазах очень яркое, живое ожидание. Ваши мечты сбудутся.
Грейс встрепенулась.
– Вы уверены?
– Мне так кажется. Все самые важные встречи в моей жизни были внезапными и случайными. Хотя на самом деле это, конечно, судьба. Кстати, завтра мы идем в театр на пьесу «Кольцо Шанкуталы». Не желаете присоединиться? Поближе познакомитесь с моей супругой и матушкой.
– Благодарю за приглашение. Я подумаю, потом передам ответ, – ответила Грейс и спросила: – Где вы остановились?
Джейсон сказал и в свою очередь поинтересовался:
– А вы?
Она назвала отель.
– Совсем рядом! Я буду ждать. В любом случае я рад нашей встрече, – улыбнулся Джейсон.
– Я тоже, – искренне промолвила Грейс и поинтересовалась: – Вы вернетесь в Индию?
– Да. Вы тоже?
– Конечно. Теперь это моя вторая родина.
Сказав так, она словно вдохнула напоенный неповторимыми ароматами воздух Индии, а перед мысленным взором встала череда тянущихся вдоль дорог цитрусовых и манговых деревьев, величественный Ганг, многоцветные храмы, толпы индусов, несущих корзинки с цветами, блюда со сластями и фруктами – скромные дары своим добрым и одновременно жестоким богам.
Извинившись, Джейсон отошел, чтобы не упустить из виду индийских гостей. Грейс проследила за ним взглядом и… внезапно вздрогнула всем телом. Один из шагнувших навстречу англичанину индийцев словно сошел с ее любимой картинки. Дамар Бхайни. Мог ли он очутиться здесь столь же просто, как и она, причем в тот же день и час? Неужели на свете возможны такие чудеса?!
За окнами шумел Лондон, Грейс окружала публика, но она ничего не видела и не слышала. Она много раз представляла себе эту встречу, но никогда не думала, что это произойдет в Англии.
Джейсон беседовал с Дамаром, который стоял в профиль к Грейс на расстоянии каких-нибудь десяти шагов, так что она могла любоваться благородными чертами его красивого лица.
Боясь спугнуть этот миг, разрушить иллюзию, молодая женщина едва дышала. А если это не он? А если… Грейс случалось думать о том, что, если Дамар Бхайни остался жив, все эти годы он не мог быть один, что у него наверняка есть и жена, и дети. Но она была готова вынести что угодно, лишь бы снова его увидеть.
Грейс не предполагала, что ей понадобится мужество, чтобы всего лишь подойти к нему. Внезапно нахлынувшие воспоминания и чувства бросили ее душу в стремнину смятения, словно утлую лодочку – в бурлящий океан.
Машинально поправив прическу, Грейс сделала несколько шагов. Ей казалось, что она идет по канату, хрупкому мостику или тонкому льду.
У мужчины было лицо Дамара Бхайни, его притягательный взгляд, его стать, его внутренняя сила, от которой перехватывало дыхание. Но она не заметила радости и не почувствовала искры. В горле пересохло, и молодая женщина с трудом выдавила:
