она досконально изучила все мои телодвижения. Она была очень убедительна.
– И куда же она уехала?
Маркиза насмешливо улыбнулась.
– Туда, где никому бы не пришло в голову меня разыскивать, а тем более на меня напасть. Иначе злоумышленнику грозили бы большие неприятности. Я отправила Луизу в монастырь на улице Севр, где настоятельницей служит моя родственница. Мы с ней вместе выросли, были подругами с детства, я могу на нее положиться как на саму себя, пусть даже мы не виделись сто лет. Я передала ей с Луизой письмо…
Глаза Клотильды округлились от изумления.
– Вы попросили ее солгать, если кто-то будет о вас спрашивать?
– В этом не было никакой необходимости. Когда в этот монастырь приезжают пожить и помолиться, то оставляют свое имя за порогом. Там все сестры, все скорбные души, желающие обрести покой, Луиза почти так же набожна, как Мари-Анжелин, и была счастлива неожиданному паломничеству, которое к тому же дает ей возможность отдохнуть. А Люсьен собирался за это время съездить в Сюрен и навестить брата. А я… Я переехала в другую комнату. Необычное ощущение, должна вам сказать. Мне показалось, я вышла из себя…
– А когда вы увиделись с Адальбером?
– Как только он приехал. Ночь прошла спокойно, а утром я встретила его вместе с Сиприеном, мы провели несколько минут в прихожей.
– Нам пришлось нелегко, – вмешался Адальбер. – Как можно увезти маркизу, если она уже уехала? Я с озабоченным видом собрался ехать к себе, громко предупредив Сиприена, что на обратном пути непременно заеду, чтобы узнать, нет ли новостей.
– Почему ты мне не позвонил?
– Хочешь смейся, а хочешь – нет, но у меня сломался телефон! Но давайте вернемся к тете Амели. Я не мог увезти ее совсем без вещей, поэтому в сумерках послал к задней двери особняка, выходящей в парк, Теобальда с тачкой. Тачку нам одолжил сторож парка Монсо Курсель, мы с ним в прекрасных отношениях. На рассвете я снова приехал на улицу Альфреда де Виньи, которую, надо сказать, освещают кое-как. Остановился у ворот, простоял буквально несколько минут и уехал. Один? Нет, я увез с собой пассажирку. Одетая в черное с головы до ног, тетя Амели проскользнула в автомобиль незаметно и затаилась в салоне.
– И долго вы там таились? – осведомился Альдо, ошеломленный одновременно и отвагой тетушки, и неудобствами, свалившимися на ее голову.
– Километров тридцать, – гордо ответила тетя Амели, явно довольная собой. – Конечно, мне было довольно неудобно, и я набила себе пару синяков, но, в общем, все было совсем неплохо. Адальбер наконец затормозил среди чиста поля возле домика путевого обходчика, где нас никто не мог увидеть. Я не переодевалась, но села рядом с водителем и получила чашку горячего кофе из термоса. Потом мы еще два раза делали остановки, и тоже в пустынных местах, где не было ни души. Адальбер взял с собой все необходимое, и мы благополучно до вас добрались.
Альдо возмутился:
– Как он мог не разбудить меня?! У меня в голове такое не укладывается!
– Вы заснули с таким трудом и спали так сладко, что бесчеловечно было бы вас будить, – сочувственно объяснил профессор. – К тому же наши путешественники тоже выбились из сил и нуждались в отдыхе. Мы отложили встречу на утро. Единственное, в чем могу вам поклясться, так это в том, что я находился в полном неведении относительно их приезда. Мы никого не ждали ночью.
– Не сомневаюсь! И все же осталось немало загадок, которые хотелось бы разгадать…
Адальбер поднял руку, желая высказаться.
– Попробую тебе ответить. Кто предупредил маркизу, что ее могут похитить? Первая мысль, которая приходит на ум, что звонок – очередная ловушка. Маркизу хотят выманить из дома, считая, что она отправится куда-то далеко. Никому и в голову не могло прийти, что маркиза решит скрыться в городском монастыре, который, вдобавок ко всему, находится рядом с полицейским управлением. Уверен, подобное решение произвело настоящий шок. Кто бы заподозрил маркизу в склонности к монастырской жизни? Да еще в обители, куда не представляется ни малейшей возможности проникнуть! Но не будем отказываться и от другого предположения: звонок исходил от истинной доброжелательницы, которая опасалась ночного нежелательного визита. Но ведь к вам ночью никто не приходил?
– Никто, хотя мы приготовились к нежелательному вторжению. Но никого не увидели… И никого не услышали, потому что выключили телефон. Однако, признаюсь честно, ночью я не смыкала глаз!
– Теперь вы в надежном убежище, – с удовлетворением вздохнула Клотильда. – Проникнуть в нашу усадьбу практически невозможно. К тому же у нас есть все – припасы и оружие, – чтобы выдержать осаду. Не говорю уж о надежной жандармерии Понтарлье и наших добрых друзьях, которые умеют держать оружие в руках. Остается только отыскать Мари-Анжелин. Дело это нелегкое, но мы сделаем все, что в наших силах. А пока отпразднуем приезд госпожи де Соммьер! Мы счастливы видеть ее под нашим кровом!
– Мне большую бутылку минеральной воды, – попросил Альдо с насмешливой улыбкой. – По крайней мере, в усадьбе будет хоть одна ясная голова.
– Да не беспокойтесь вы! – живо откликнулся профессор. – Госпожа де Соммьер здесь в такой же безопасности, как в форте Жу!
– Ни секунды не сомневаюсь! – закивал Адальбер. – А вот что интересно: новый владелец замка Гранльё уже в нем поселился?
– Нет еще, – ответила Клотильда. – Но, судя по слухам, которые ходят в городе, вот-вот переедет. Рабочие уже не первую неделю работают там день и ночь. Что, впрочем, естественно: новый хозяин хочет обжить дом до свадьбы, которая состоится в сентябре.
– И все-таки я думаю, что Карл-Август уже живет там. Он же лично должен наблюдать за работами, разве нет? Особенно если хочет, чтобы их закончили в срок?
– Об этом мы ничего не знаем. Никто из местных в замке не работает.
– А откуда рабочие?
– Откуда-то издалека, судя по тому, что они живут в замке и не разъезжаются даже по субботам.
Альдо и Адальбер обменялись взглядами, в которых сквозило невольное беспокойство.
– Их присутствие исключает тайное ночное посещение этого любопытного для нас места, – высказал Адальбер пришедшую ему в голову мысль.
– Живут рабочие в Гранльё или не живут – это ничего не меняет, – тут же отозвался Лотарь, – наносить визиты в Гранльё бессмысленно. Я могу голову дать на отсечение, что мадемуазель дю План-Крепен там нет. Если она где-то в наших краях, то, скорее всего, в окрестностях Грансона, так как, судя по оставленному письму, направлялась к Гуго. Нужно было следовать сюжету, пусть даже сам Гуго не имел к этому никакого отношения.
