Джеффри направил меч и крикнул:
— Хватит!
Корделия встала рядом, готовая силой мысли швырнуть любой подходящий предмет в…
(Мужчина, совершенно ошарашенный, поднял голову и увидел прямо перед собой острие меча.)
…в Бора.
Корделия в полном смятении уставилась на него, ощущая, как что-то в душе ее усыхает и съеживается.
Атаман разбойников уловил все это в ее глазах. Он сполз с кровати, прикрылся, вовремя опомнившись, краем простыни и простер руки к Корделии:
— Прости, миледи! Минутная слабость… Поддался на искушение… Никогда не повторится…
Голос его совсем потух, когда он увидел выражение ее лица.
За ним возлежала Далила, полуприкрытая простыней, и смотрела на Корделию с мстительной, торжествующей улыбкой.
Корделия стояла будто громом пораженная.
Метнувшись к Джеффри, взгляд Далилы исполнился злобой.
Пальцем она принялась чертить спираль на груди, приближаясь к соску.
— Ну же, лови момент — и меня. Ты же знаешь, какова я в деле, так бери, пользуйся. Другого шанса не будет.
Острие меча переместилось к ее горлу.
Она уставилась на Джеффри растерянно и негодующе, ибо его лицо не выражало ничего, кроме злорадства.
Бор стыдливо понурил голову.
Но Далила по-прежнему не сводила с Джеффри злобного взгляда и вдруг разразилась низким горловым смехом.
Джеффри пожал плечами.
Неожиданно Корделия осознала, что не ее одну могла ранить эта картина. Она бросила на брата беспокойный взгляд.
И увидела, что улыбка его становится все шире, обнажая зубы.
— Да, я представляю себе, какова ты в постели, и хотел бы попробовать на определенных условиях, да и сейчас не прочь — на ночь или две, но не больше.
Грозовые тучи сгустились на лбу у Корделии.
Острие меча Джеффри медленно поползло по телу Далилы, будто выискивая наилучшую точку.
— Бей же, — с презрением выплюнула она. — Хотя бы символом того, чем, по трусости своей, не решаешься воспользоваться.
— Джеффри! — в ужасе вскричала Корделия.
Джеффри метнул взгляд на сестру и вновь оборотился к своей мишени.
— Сестра, я надеюсь, ты не считаешь, что Бор чем-нибудь лучше Далилы?
Корделия вскинула голову, будто ее ударили.
Джеффри продолжал водить острием все ближе и ближе к гладкой коже.
— На самом деле, они идеально подходят друг другу.
Бор, умоляюще подняв руки, встал на колени:
— Леди Корделия! Прости меня, прекраснейшая из женщин!
— Никогда не прощу подобное вероломство! — яростно воскликнула Корделия. — Как же ты мог так меня унизить!
— Поставив тебя на одну доску со мной? — нежно пролепетала Далила. — Это не унижение, целомудренная дурочка, а комплимент самого высшего толка.
— Не смей ко мне обращаться, развратница! — в бешенстве выпалила Корделия. — Будь я подобна тебе, то скорее умерла бы, но не стала потрепанной игрушкой в руках любого мужчины, который этого пожелает!
— Нет уж, любого мужчины, которого пожелаю я! — Далила, вне себя от ярости, выпрыгнула из постели. — Она увернулась от лезвия и дала Корделии звонкую пощечину.
— Ох! — схватилась за щеку Корделия; ее возмущение перешло всякие границы и готово было выплеснуться наружу вспышкой необузданной ярости.
— Вот тебе и «ох»! — со смехом попятилась Далила и провела руками по бедрам, нагая и прекрасная в мерцающем сиянии свечей. — Да, любого мужчины, которого пожелаю, даже твоего! Любого из твоих! Подожди, я еще доберусь до твоего принца!
Корделия бросилась на нее, крича в исступлении:
— Лживая пустышка! — и растопырила пальцы, готовая вцепиться в физиономию соперницы.
Испуганный Бор схватил ее за руки:
— Нет, госпожа! Ты можешь пораниться!
— Пусти меня! Да пусти же меня! — неистовствовала, пытаясь вырваться, Корделия.
— Да отпусти ты ее! — усмехнулась Далила. — Пусть идет следом! Твой принц овладеет мной, даже если ты будешь рядом!
Подхватив свои одежды, она бросилась к двери и выбежала из комнаты, шлепая по полу босыми пятками и громко хохоча.
— Да отпустишь ты меня наконец! — в ярости билась Корделия. — Я должна поймать ее, остановить, пока не поздно!
— Зачем, госпожа, зачем? — уговаривал ее Бор. — Зачем тебе лишние терзания, ведь Ален, конечно, ничем не лучше меня!
— Да, сестра, пусть будет как будет, — мягко проговорил Джеффри. — Мне бы не хотелось видеть твои страдания, если окажется, что он прав. И я совсем не желаю насаживать Алена на свой меч, если вдруг…
— Да разве ты не понимаешь?! — вскричала Корделия. — Эта бестия знает, что он принц!
Джеффри уставился на сестру.
— Ну так что же? — нахмурился Бор.
— А то, что ее люди пытались этой ночью убить Алена! — тут же сообразив, что к чему, выпалил Джеффри. — А раз она знает, кто он на самом деле, значит, она подослала убийц к принцу! И значит, в опасности не его целомудрие или сердце, а жизнь! Надо действовать!
Совершенно изумленный Бор ослабил хватку, Корделия сбросила его руки и ринулась к двери. Мужчины вслед за ней бросились в коридор…
Тот был пуст, если не считать двух храпящих стражников.
Все трое замерли, прислушиваясь. До них донеслись удаляющиеся глухие звуки босых ног, шлепающих о камень…
— Лестница! — рявкнул Джеффри. — Она может только подниматься!
— Для падшей женщины это что-то новенькое, — язвительно хмыкнула Корделия, однако побежала за братом.
Они взбежали по ступеням в пустой коридор и остановились, оглядываясь. Не было ни оброненной тряпки на полу, ни какого-либо другого намека на то, куда убежала Далила — только двери на террасу с одной стороны и в Большой зал — с другой.
Джеффри повернул в сторону Большого зала.
— Если она в доме, то только здесь. Отсюда правят удельные властители.
Они распахнули двери и шагнули в…
От стен отделились вооруженные люди. Вошедших окружили стальные дебри.
А в конце зала, на помосте, стояла, подбоченясь и откинув голову, уже одетая Далила и смеялась громко и протяжно.
Корделия потрясенно озиралась. Столы и козлы не просто сложили в угол, а и вовсе убрали из зала. Огонь погас, очаг вычищен и выметен. Факелы вынуты из своих гнезд, сняты все украшения. Только голый пол и голые стены, унылые и мрачные в тусклом утреннем свете, сочащемся сквозь высокие окна.
Далила все смеялась и смеялась, наслаждаясь их изумлением.
— Тут нечем швырнуть в меня, ведьма! Как же ты будешь сражаться теперь, когда нет ничего подходящего, чтобы метнуть силой твоей убогой мысли?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
