Чжу Дэ и Жэнь Би-ши пишут по заданию председателя ЦК КПК, представляя буквально каждую страницу на проверку.
5 января
В Кламси (Франция) состоялись похороны Ромена Роллана.
Швейцария играет все более важную роль в грязных финансовых операциях гибнущего райха.
* * *
Председатель ЦК КПК опять подчеркнул мне, что для революционного преобразования Китая не обязательно знание марксизма-ленинизма. Важно знать Китай, его нужды, обычаи, историю...
Мао Цзэ-дун избегает в разговорах даже простого упоминания о ВКП (б). К опыту нашей большевистской партии (хотя он любит ссылаться на него) не проявляет ни малейшего интереса.
После окончательного утверждения своей безоговорочной власти в поведении Мао еще более заметно желание слыть непререкаемым авторитетом во всех партийных и государственных делах.
Соответственно своему положению Мао выработал и манеру поведения. Говорит едва слышно — поэтому все должны напряженно вслушиваться. В движениях медлителен. Часами почти неподвижен в своем кресле.
Во всех своих поступках и каждом слове он учитывает психологию Китая. И обидчив, очень обидчив...
7 января
Был у Мао Цзэ-дуна.
Он занят подготовкой съездовской документации. Выглядел утомленным. Говорил медленно, часто делал паузы, раздумывая о чем-то своем. Иногда вставал. Ходил горбясь. Волосы сползали на щеки, но он их не откидывал. Останавливался у стола, ворошил бумаги. Прихлебывал чай.
В жестах и поведении Мао та спокойная уверенность, когда человек не сомневается, что его обязательно подождут. [416] Вообще он разговорчив, но порой, «выдерживая тон», весьма скуп на слово...
Мао пожаловался на приступ слабости.
Мао — высокий, крепкий, но совершенно не выносит какой-либо физической работы. Он избегает прогулок, солнца, движений...
Мао жаловался на возраст. «Скоро старость», — заметил он невесело.
Я шутливо напомнил ему о Сяньюй Туне. Цзян Цин накануне дала почитать мне сборник старинных рассказов («Сяньюй Тун прожил девяносто семь лет, и последние сорок были для него годами процветания и славы...»).
Мао смолчал. В этот раз он курил особенно неряшливо. Засыпал пеплом штаны, полы куртки. Сорил окурками. Много и неприятно отплевывался.
Удивительно, как неудачи или малейшее нездоровье преобразуют его. Сразу делают похожим на старика.
10 января
В районе Будапешта бои по уничтожению окруженной группировки. На других фронтах без существенных изменений.
Англичане вытеснили греческих партизан (ЭЛАС) из Афин в горы и продолжают их истреблять...
Черчилль из Греции махнул во Францию, из Франции — в Бельгию. Надо полагать, в Греции он лично руководил карательными акциями. Он ведь специалист по этому делу. И там ему, кажется, удалось проделать то, что сорвалось в России в 1918–1921 годах...
Рузвельт обратился с посланием к конгрессу.
О Советском Союзе президент говорит как о непоколебимом союзнике США, который героически выстоял под Ленинградом, Москвой, Сталинградом и который в гигантских операциях минувшего года уничтожил бесчисленные германские армии...
О Китае Рузвельт отозвался как стране, мужественно выдерживающей в течение почти восьми лет варварские атаки японцев и сдерживающей агрессоров в обширных районах азиатского материка...
Япония, по словам президента, переживает сейчас мощнейшее воздушное наступление американцев...
Если падет Гуйян, неизбежно падет и Чунцин.
На 5 мая намечен созыв VI национального конгресса Гоминьдана. [417]
11 января
Американцы высадились на остров Лусон.
В конце 1944 года в распоряжении Чан Кай-ши было около 6 тысяч изношенных грузовиков.
Американским флотом, оперирующим у берегов Китая, командует адмирал Кук.
* * *
Хэрли предпринимает новые попытки к примирению Гоминьдана и Компартии на условиях американского контроля. Вчера из Чунцина в Яньань прибыли военный атташе США в Китае полковник Дэпас, советник по японским делам Вайтмейер, сотрудник штаба Ведемейера майор Эдвард и еще несколько должностных лиц.
Хэрли, уже в качестве посла США, передал с Дэпасом свое послание руководству КПК.
В послании Хэрли заявляет, что в настоящее время есть все условия для успешного завершения переговоров между Особым районом и Гоминьданом и просит Мао Цзэ-дуна и Чжоу Энь-лая разрешить ему посетить Яньань вместе с министром иностранных дел Китая Сун Цзы-вэнем, министром пропаганды Ван Ши-цзе и начальником политуправления китайской армии Чжан Чжи-чжуном.
Дэпас беседовал с Мао Цзэ-дуном, Чжоу Энь-лаем, Чжу Дэ и Е Цзянь-ином. Они проявили исключительную сдержанность и холодность к военному атташе США.
Сегодня Дэпас и другие американцы вылетели в Чунцин с отказом Мао Цзэ-дуна и Чжоу Энь-лая вступить в переговоры. Дэпасу вручено письмо, в котором Мао Цзэ-дун от имени КПК требует срочного созыва Общенационального демократического собрания и полной свободы для органа Компартии в Чунцине — газеты «Синьхуа жибао». Мао Цзэ-дун настаивает на организации дискуссии в стране по всем вопросам демократического преобразования Китая.
Неуступчивая и твердая позиция руководства Компартии — ставка, если не на срыв союза с Гоминьданом, то на его международную изоляцию. Мао Цзэ-дун отлично учитывает условия, сложившиеся в результате непрекращающегося японского наступления. Гоминьдан — под огнем органов прессы буквально всех стран антияпонской коалиции.
Председатель ЦК КПК продолжает спекулировать на промахе Хэрли, подписавшего проект яньаньского договора между КПК и ГМД 10 ноября минувшего года. Мао Цзэ-дун [418] понимает, что американский посол попал в неловкое положение и будет вынужден посредничать в переговорах между Особым районом и Чунцином, не допуская обострения отношений между ними, и тем более вооруженного столкновения. Поэтому Мао Цзэ-дун с каждым днем увеличивает сумму требований, не считаясь с реальностью. Реальность для него — привлечь симпатии американцев к Особому району, выставив Чана банкротом...
После статьи в «Известиях» (2 декабря 1944 года) руководители Компартии круто изменили свои взгляды на переговоры с американцами и уповают на неизменность нашей политической поддержки. Однако не исключили целиком из своих средств старую политику и продолжают ее в иной форме. Теперь своей неуступчивостью они шантажируют американцев...
Дай Ли — свой человек у Чан Кай-ши, ведает контрразведкой. Чан Кай-ши ему безгранично доверяет. Один из немногих, кто с ним встречается, — это военный атташе США полковник Дэпас. Дай Ли — неуловим. Почти никому в Чунцине не удавалось его увидеть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
