Справа от входа коридор продолжался почти до носового конца корабля. В другом направлении коридор приблизительно через десять метров переходил в большую каюту, вероятно диспетчерскую. По всей длине коридора тянулись небольшие двери, почти все они были закрыты. Не было слышно ни звука.
– Пошли, – скомандовал Грант.
Он направился в центральную каюту и у порога остановился, остальные застыли прямо позади него. Дальше пол образовывал узкий мостик. Каюта занимала большую часть корпуса. Она была ярко освещена лучами солнца, пробивавшимися в хорошо знакомые космонавтам шесть иллюминаторов. Люди выключили свои фонари. Крэй покачал головой.
– Мне все кажется, что я сплю и проснусь на нашем корабле, – заметил он, – этот корабль все больше и больше похож на наш милый дом.
Грант нахмурился:
– Не для меня, – ответил он.– Неплохо было бы тебе проверить, похож ли двигатель этого корабля на наш и сможешь ли ты с ним разобраться и починить? А я пока поищу, есть ли на пульте пилота передатчик: Мизар сейчас должен быть недалеко.
– С чего это я не разберусь с двигателем? – вызывающе спросил Крэй. – Он должен быть такого же класса, как наш, только немного примитивнее, в зависимости от того, сколько этот корабль здесь стоит.
Грант с удивлением посмотрел на него:
– Неужели ты все еще думаешь, что это земной корабль, прилетевший сюда пару десятков лет назад? – спросил он.
– Конечно. А что же еще?
Грант показал на пол под ногами, и все посмотрели вниз. Они впервые заметили, что оставляли следы на тонком слое пыли, ровно покрывавшем весь пол коридора.
– Это значит, что корабль стоит здесь гораздо дольше, чем я могу себе представить, так долго, что все органические вещества на борту превратились в пыль и каким-то образом умудрились разлететься по всему кораблю. Кроме того, когда мы вошли, воздуха практически не было – вышел через пазы и перегородки, в чем нам очень повезло, ибо он не создал достаточного давления и мы смогли открыть трехметровый поршень. Это во-первых.
Затем он показал пальцем на пульт управления:
– Во-вторых.
И хотя он больше не произнес ни слова, все поняли, что он имел в виду.
В центре отсека находилась огромная чаша – с толстыми стенами. Она была подвешена на шарнирах, отчего всегда находилась ровной стороной вверх по отношению к линии ускорения корабля. Верхний край внутренней поверхности чаши занимала панель управления, а в центре конструкции было место пилота, если вообще его можно было назвать местом.
Это была куполообразная структура, выступающая на полметра над полом, по поверхности которой, почти доходя до ее вершины, были равномерно расположены пять широких углублений. Она напоминала форму для кекса, и, по крайней мере, одно можно было сказать наверняка: ни одно человеческое существо никогда не сидело в этом кресле. Крэй проглотил этот очевидный факт разом, не пережевывая.
Остальные тоже молчали, словно сам призрак мертвого пилота материализовался и заставил их оцепенеть. Взвинченное воображение пыталось нарисовать его и вместе с тем старалось подыскать причину спешки или неожиданную угрозу, заставившие его покинуть место, где он держал бразды правления, и, как оказалось, – покинуть навсегда. Все члены экипажа имели высокий уровень интеллекта и были прекрасными специалистами, но все же они невольно оглянулись через плечо, будто могли увидеть раздраженного бесцеремонным вторжением хозяина корабля.
– Все равно я смогу разобраться с двигателями, – проворчал Крэй, – если они вообще атомные. Так или иначе, они должны действовать так же, состоять из таких же частей и иметь такие же функции.
– Надеюсь, ты прав. – Грант пожал плечами, но огромный скафандр скрыл это. – Не думаю, что у меня получится разобраться с пультом пилота, пока ты не починишь то, что отвечает за сигнальные огни, если они вообще есть. Пора браться за работу. Крэй, возьми себе своих обычных помощников. МакЭйкерн, останься со мной и помоги мне разобраться с пультом, а Пребл и Стивенсон осмотрите корабль. Поехали.
Он встал на мостик, ведущий к панели управления, и МакЭйкерн пошел следом за ним.
Пребл и Стивенсон переглянулись.
– Вместе пойдем или разобьемся? – спросил младший.
– Лучше вместе, – решил химик, – так можно подстраховаться, если один из нас что-нибудь пропустит. Мы быстро закончим, сомневаюсь, что нам вообще надо спешить. Пойдем за Крэем и найдем машинный отсек, а уже оттуда начнем осмотр другой части корабля. Ладно?
Пребл кивнул в ответ, и они вышли из диспетчерской. Впереди мерцал свет фонарей механиков. Стивенсон держался правой стены, и они уверенно двигались вперед в полутьме.
Пройдя совсем немного, химик нащупал рукой внутреннюю дверь шлюзовой камеры, через которую они вошли в корабль. Здесь солнечные лучи проходили сквозь открытые двери, но, несмотря на это, Стивенсон так и не заметил того, что лежало на полу, пока не споткнулся и не пнул его ногой через весь коридор. Скафандр и металлический пол прекрасно передали резкий скрежещущий звук.
Химик нашел это в полуметре от себя, а рядом с ним лежали еще две такие же штуки. Он поднял их, и оба исследователя очень внимательно их осмотрели: это были толстые овальные кольца, очевидно, из стали, к каждому из которых были припаяны стальные кабели длиной около пяти сантиметров. Казалось, что свободный конец кабеля был отрезан чем-то очень острым. Стивенсон и Пребл переглянулись и направили свои фонари на внутренний портал шлюзовой камеры.
Споткнувшись о кольцо, химик сбил пыль, которой здесь оказалось значительно больше, чем на полу в других местах корабля. Здесь ее слой доходил почти до порога дверной перегородки и покрывал все на метр вокруг. Любопытно, что, осмотрев внешнюю сторону порога, люди обнаружили точно такую же горку пыли, покрывавшую пол с той стороны, рядом с которой лежало еще пять таких же колец.
Новые кольца при внимательном рассмотрении оказались больше предыдущих: они были чуть меньше среднего человеческого запястья, и к каждому из них также было присоединено по проводу, подрезанному на конце. Ни на полу в коридоре, ни в шлюзовой камере не было больше никаких твердых вещей. И пыль, и кольца не бросались в глаза, ведь через эти двери вошли семь человек, ничего не заметив. Оба мужчины были уверены в том, что эти кольца несли в себе какой-то смысл, возможно, они были ключом к разгадке природы бывшего владельца этого корабля, но никто из них расшифровать этот смысл не мог. Пребл положил кольца в карман скафандра, и они снова пошли вслед за механиками.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
