— Отец! Отец! С тобой все в порядке⁈
Печать все еще исторгала из себя ужасающий вой и черный дым. Стоило признать, что как отвлекающий маневр это отлично сработало. Аннис отскочила назад и попыталась стереть одну из линий печати сапогом, но активированный контур горел несмотря на то, что угольный рисунок под ним стал расплываться.
Волчара остановилась посреди внутреннего двора и вопросительно посмотрела на девушек. Одна стояла на коленях рядом с упавшим мужчиной средних лет, другая терла носком пол.
В этот момент главный из контрольного бюро рубанул крест накрест мечом пол, и печать, наконец, потухла. Черный дым ударил в потолок и развеялся вместе с криками.
Теперь, когда с угрозой было покончено, все обратили внимание на стенания Риту. Она тихо подвывала и тянула жалобное «отец, я не хотела», в то время как пальцы Шитана намертво сошлись на мочке ее уха.
— Мы с твоей матерью послали тебя в орден, чтобы ты встала на праведный путь и осознала все последствия темных практик! А ты! Что ты вытворяешь⁈ Ты обезумела⁈ Ты вообще моя дочь⁈
Он с трудом поднялся на ноги, продолжая тянуть Риту за ухо. Той пришлось склониться в глубоком поклоне рядом с ним.
— Итак, она все-таки говорила правду, — резюмировал главный из бюро.
— Погодите, я пока не уверен! — пылая от злости, воскликнул Шитан и потянул Риту за ухо, заставляя выпрямиться и посмотреть на него.
Та все же не выдержала — по щекам потекли жаркие слезы. Она плакала не столько от боли, сколько от обиды, при этом глаза ее пылали непокорностью.
— Да, — резюмировал Шитан, — это моя дочь.
Главный из бюро прошел мимо Аннис и наклонился над «служанкой».
— Янь-Янь? — позвал он и легонько ткнул ее носком сапога.
Девушка простонала нечто невнятное и повернулась на другой бок. Воин контрольного бюро легко взвалил ее на плечо и, развернувшись, окинул взглядом присутствующих.
— Раз это в самом деле заклинательницы из ордена РР, проводите их к главе их ордена, — произнес он.
Два других воина приняли приказ, а главный вышел во внутренний двор и остановился перед Волчарой, внимательно уставившись ей в глаза. Волчара приняла игру и не мигая посмотрела на него. Какое-то время все молча следили за их противостоянием, разве что Шитан и Риту были заняты своими разборками. Министр отпустил ухо своей дочери, и та с обиженным видом прикрыла его ладонью.
Наконец, воину надоело, и он произнес:
— Следите за своим зверем. — С этими словами он ушел, неся на плече Янь-Янь.
Риту все еще обиженно поджимала губы, глядя на отца, поэтому первой заговорила Аннис:
— Глава Шиан тоже здесь? Как же так…
Шитан проигнорировал ее, все еще пылая от негодования.
— Я поговорю с Шеном! Хочу немедленно знать, как так вышло, что моя дочь использует темные техники! Это он — бедствие для всей моей семьи, не так ли⁈ Сын подвергся странной болезни, дочь явилась без сопровождения и использовала на своем отце темное заклинательство!
— Отец! — возмущенно пискнула Риту.
Аннис хотела было уточнить, что вообще-то она и есть сопровождение, и не существует термина «темное заклинательство», есть только искаженный путь, но Риту не использовала техники оттуда! Вроде бы… Однако, открыв рот, осознала, что отец Риту ее игнорирует и не прислушается к ее словам. Ее разум ухватился за то, что он упомянул Шена. Неужели учитель тоже здесь⁈ Трудно было поверить в такую удачу! Они случайно выбрали двор для ночлега, и оказались прямо перед теми, к кому стремились!
Естественно, Аннис никто не сказал, что она носит статус «главной героини», и некоторые события просто выстраиваются нужным образом вокруг нее.
— Отец, что с Шаолом? — уняв слезы, взволнованно воскликнула Риту.
Шитан сжал челюсти так, что желваки заходили.
— Я не знаю, что с ним, — сквозь зубы выдавил он. — Меня к нему не пускают.
Риту пораженно уставилась на него.
— Что вообще происходит? — тихо спросила она.
Шитан мрачно посмотрел на нее.
— Не здесь, — произнес он. Наконец, он соизволил заметить присутствие Аннис, но лишь затем, чтобы обратиться к воинам контрольного бюро: — Как сказал ваш главный, проводите ее к главе ордена, а со своей дочерью я разберусь сам.
Этой долгой и беспокойной ночью Шиан так и не отошел ко сну. Он сидел за низким столиком у приоткрытого окна и в свете свечи предавался тяжелым размышлениям, слушая сперва шум дождя за окном, затем пробивающиеся сквозь него крики Шитана, когда тот пытался привлечь внимание императора. Затем дождь стих, лишь редкие капли срывались с карнизов. В ночной тишине раздался стук в ворота, а спустя какое-то время ужасающий вой разбудил всех на постоялом дворе. Шиан выскользнул из окна и по крыше приблизился к месту событий. Он из первых рядов наблюдал за тем, как Волчара выскочила во внутренний двор, не видел, но ощущал силу печати, активированной в помещении, а затем разглядел Аннис и Риту. Он потер переносицу, думая о том, что дочь Се Сиаль только прибавила ему головной боли. Но затем его взгляд сверкнул, а губы расползлись в предвкушающей улыбке. Шиан вспомнил о том, как бережно Шен относится к этой ученице. «Тебе важна ее судьба, не так ли? Что ж… посмотрим, насколько хорошим рычагом давления она может стать».
В воздухе все еще пахло дождем. Рассвет был промозглым, но стоило первым лучам заискриться на мокрых крышах, весь мир будто бы приобрел яркость. Стоящая в ожидании у покоев главы ордена, Аннис перестала нервно перетаптываться с ноги на ногу и подставила лицо нежным лучикам света. Никто не дежурил перед покоями, а воин контрольного бюро, что проводил ее, уже давно удалился, и все же она не решалась постучать. Пальцы вновь озябли, а спина похолодела от сырой одежды, и вожделенный комфорт и тепло были уже так близко, нужно было лишь объясниться с главой… Аннис предпочла бы спать в конюшне.
Она сделала шаг вперед, занесла руку для стука и вновь отступила. В который раз. За это время она так и не придумала, что скажет. Любое из пришедших на ум объяснений звучало нелепо, никак не оправдывая нарушение правил.
Дверь скрипнула и отъехала в сторону. По мере того, как она открывалась, зрачки Аннис расширялись от страха. Перед дверью никого не было. На мгновение девушка замерла с надеждой, что дверь открылась совершенно случайно, однако последовавший затем оклик все расставил на свои места.
— Заходи.
Аннис нервно переступила порог, прошла несколько шагов и повернулась направо. Там за столиком у окна сидел глава Шиан. Когда-то этот человек казался ей образцом добродетели и благородства, сейчас же при виде него девушка ощущала нарастающую панику.
— Глава ордена, — вежливо поклонилась она.
На столе стоял глиняный чайничек. Из его носика и над пиалой, стоящей перед Шианом, клубился пар. Озябшая девушка ощутила, как по спине пробежала волна мурашек.
— Присаживайся.
Аннис растерянно повела взглядом, не поднимая головы, пытаясь понять, куда должна сесть. Заминка затянулась, и Шиан повторил, взмахнув рукой:
— Иди сюда и садись.
На сей раз не осталось сомнений, что он предлагает ей сесть напротив него. Отчего-то от подобной чести у Аннис еще сильнее сдавило грудь. Она несмело приблизилась и опустилась на краешек подушки, лежащей у столика напротив главы Шиана. В голову пришло, что он может разозлиться, если она намочит подушку.
Шиан наполнил пустую пиалу и пододвинул к ней. Теперь теплый пар дразняще поднимался к ее опущенному лицу. Аннис неловко сжала пиалу озябшими пальцами. Какое-то время они сидели в молчании. Девушка уверилась, что глава ордена ожидает, пока она выпьет, чтобы начать беседу, но, стоило ей поднять руку с пиалой ко рту, как Шиан начал говорить:
— Итак, вы с Риту, пренебрегая всеми правилами ордена, самовольно покинули его, никому не сообщив, и проделали весь этот путь в надежде встретиться с Шеном. Вы же так его любите… Должно быть, переживали из-за слухов о его якобы изгнании. — Отчего-то показалось, что слово «любите» он произнес с ярко выраженным пренебрежением.
