Тут послышался рев летящей издалека крупной машины. И с приближением к хреновому посту она скорости не скинула. Это означало, что шлагбаум она хочет проигнорировать. А кто в такую безумную ночь может проигнорировать шлагбаум оккупантов? Да только один лихой водила! То есть — Кривая!
Глава четырнадцатая Не верь своим очам — верь моим речам!
Я выдралась из кустов на дорогу. Вот-вот должны были появиться два налетающих из мрака огня. Я бы кинулась наперерез, размахивая руками и вопя! Но они не появились, хотя там, где за поворотом был пост, раздался недружный залп океев. А потом вдали сделалось светло и я увидела, как огромный и странный силуэт летит наобум Лазаря и все замедляет, замедляет свой ночной полет и, наконец, встает на мертвый якорь!
Я кинулась туда и, не добежав, уже сообразила, в чем дело.
Угнана была бетономешалка, а за рулем сидела вовсе не Кривая, которой по должности положено вывозить на любой дороге и на любом транспорте. И не Кондратий — он шоферил будь здоров как. За рулем был кто-то неопытный, не знающий, что тут имеется поворот, и не умеющий вовремя вернуть машину на асфальт.
Еще несколько шагов — и выяснилось, что загадочный водила еще не научился вырубать двигатель. Машина, увязнув по самое не могу, отчаянно крутила колесами! Ну, это могли быть только мои орлы и орлицы…
Дверца распахнулась. Стараясь не попадать в пучки яркого света от фар, я попрыгала по кочкам к бетономешалке и увидела в кабине свой старый плед. За рулем, выходит, была Федора, и она пыталась выкарабкаться на ступеньку, но пышные телеса явно мешали.
— Федорушка, голубушка! — завопила я, перекрикивая рев мотора. Она повернулась — и, чтоб я сдох, Голливуд бы за такую улыбку миллион баксов кинул запросто!
Кроме нее, в кабине были Ерема и все еще не пришедший в себя Авось. Он был зажат как раз между ними двумя.
— Вывезли поганца, — сказала Федора, и спасители. разом повернув головы. с ненавистью уставились на государя-надежу.
Я даже не спрашивала, как им, только что вернувшимся из небытия, ни разу за рулем не сидевшим, удалось справиться с бетономешалкой. Коли с ними имелся Авось, пусть даже полудохлый, — то и получилось на авось! Поблизости — с полкилометра, не больше, — был лес. И мы могли втроем перетащить туда тело государя-надежи…
Но бетономешалка, оказывается, приволокла на хвосте погоню. И не простую — тот, кто приказал уничтожить нас восьмерых любой ценой, не пожалел на это дело боеприпасов.
Только сам Хрен Лучезарный мог отдать приказ о биологическом оружии. Эта новая разработка еще только проходила полевые испытания. Хотя прессу очень редко пускали на полигоны, кое-что все же просочилось. И когда я увидела в мелькании огней, какую железную дуру устанавливают на шоссе неподалеку от поста, то все поняла.
— Ну, мы, кажется, сдохли… Нужно запираться в кабине!
— А что?
— Увидишь!
Тут и грянул первый залп.
Он был сделан скорее для пристрелки, потому что большая и гулкая бомба пошла с перелетом и треснулась оземь на самой опушке. Грянуло негромко, но сразу же дико загудело. Я напрягля и зрение и слух — гудящее облако металось меж стволов, находя какую-то неподходящую добычу, но мозгов, чтобы послать ее подальше и лететь за настоящей, у облака не было.
— Слепни, что ли? — догадался Ерема.
— Бляхи-мухи. Их специально в особых теплицах разводят. Редкая мерзость.
— Понавыдумывали! — возмутилась Федора. — Ведь это же стыд какой — от мух помереть!
— Зря мы того мужика, выходит, чуть не пришибли, — буркнул Ерема.
Оказалось — бетономешалку они заполучили совершенно бандитским способом. Мужик гнал ее от города к поселку, выскочил по малой нужде, не заглушив двигатель, тут они и приложили ручонки. Я удивилась — кому и зачем нужно кататься ночью на бетономешалке? Но журналистский опыт сразу же подсказал: мужик отвозил к себе на дачу ворованный бетон. Ворованный?.. Стойте!.. Так это что же?..
— Ерема! Мы должны до следующего залпа наладить шланг!
Как это делается — я знала не лучше Федоры с Еремой, но есть же в заднице у этой бочки что-то вроде вентиля!
Мы заперли Авося в кабине и кинулись искать этот самый вентиль.
Следующая бляхо-мухо-бомба разорвалась перед капотом. И тут же пошли на приступ по меньшей мере три взвода блинов. Пока бляхи-мухи бестолково метались перед фарами — отсекая нам дорогу к лесу, между прочим, — мы дождались первого залпа океев, Федора с Еремой залегли, а я, поскольку эта зараза меня не брала, ухватила толстенный, толще моего бедра, шланг с бетоном, развернула его раструбом от себя, поволокла его навстречу оккупантам и кинула им эту дрянь под ноги. Отскочила очень вовремя — а вот они влетели в растущее бетонное озеро, не сообразив, что это за гадость такая, и подняли невразумительный ор.
Бляхи-мухи всем облаком полетели на шум голосов и по тупости своей стали садиться на ту же лужу.
— Федора, Ерема, окружайте машину бетонным кольцом, — велела я. — Тогда вас не возьмут!
Они подбежали, ухватились за шланг и потащили его против часовой стрелки, стараясь не вляпаться сами во временно жижкий, но довольно быстро твердеющий бетон. Я же поспешила к кабине. Там, переведя дух, наконец-то смогла заняться Авосем. Первым делом я приложила к его груди оберег. Он чихнул и открыл свои голубые глазищи.
— Где это я?
— Где-где! — я чуть не выразилась в хреновом стиле. — Очухивайся скорее. Нужно что-то делать. Где Кондратий? Где Нелегкая с Кривой? Фома где?
— Не знаю! Ничего не знаю!
— Ну и дурак! Они за тебя на смерть идут, а ты?!?
Авось — он и есть Авось, он думал, что одолеть оккупантов можно на авось. Он даже сейчас так думал!
— Бетон кончается! — заорала Федора.
Все-таки они окружили машину немалой бетонной лужей. Но если прибудет к блинам подкрепление, если пойдет по телам?
Я сунула Авосю бумажку с формулами.
— Вот из этого нам придется составить заклинание.
— Заклинание чего?
— Не знаю!
— Как оно должно действовать?
— Не знаю! Но это — все, что у нас осталось, понял, нет?
— Наше дело на срок не поспело, — прочитал Авось. — Бесполезно! Если так скажем — то сами же и накроемся… Ваше дело на срок не поспело!
Я выглянула из кабины. Со всех сторон мелькали огоньки. Мы были даже не в одном кольце, а в двух: в бетонном и в блинно-хреновом. Прелестная ситуация, дальше — некуда! А над машиной болталось облако блях-мух…
— Который час? — спросил вдруг Авось. Я чуть было не послала его в известном направлении, чудом вспомнила — это начало формулы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
