удовольствием прогуляюсь с тобой, Дэрик.
И я ни на грамулечку не покривила душой. Ведь меня только что пригласили на самое настоящее свидание. Сколько таких прогуливающихся пар я видела у нас в деревне и завидовала им. Сначала тому, что они такие взрослые, им уже можно гулять под ручку, а я ещё маленькая, мне рано. Но тогда я ещё верила, что когда вырасту, то тоже буду так же гулять под ручку с парнем, а он будет дарить мне цветы, которые сам нарвал на лугу.
А когда подросла, то поняла, что если со мной кто и готов гулять, то не ради последующей свадьбы, а так, на сеновал затащить. Потому что, неполноценная я, а кому такая жена нужна? И я опять завидовала этим парам, но уже понимая, что самой мне такое, увы, не светит, и моя судьба – остаться в старых девах, растить брата с сестрой, потом – их детей, жить приживалкой в чужих семьях.
И иногда – очень-очень редко, – я мечтала о том, что когда-нибудь кто-нибудь полюбит меня так, что ему будет всё равно, что я не превращаюсь в красивую волчицу, что я – всего лишь мелкое, бесполезное убожество. И у меня тоже будут прогулки за околицу, луговые цветы, сорванные для меня, муж, семья, дети…
Но это были совсем нереальные мечты. Вроде грёз о том, что я могла бы летать.
Но прошло совсем немного времени – и мои мечты исполнились. Нашёлся тот, кто полюбил меня, вместе с моей ящеркой. Ему было всё равно, что она мелкая, странная, смешная и бесполезная. И сейчас мы пойдём с ним гулять за околицу – какую-нибудь найдём обязательно, поместье-то огромное. В крайнем случае, дойдём до деревни, там-то она точно есть.
И да, летать я когда-нибудь тоже смогу. Пусть очень-очень не скоро, но смогу.
И вот с такими мыслями, улыбаясь до ушей и сияя от счастья, я отправилась на прогулку под ручку с драконом. Мы покружили по поместью – и по ухоженному парку, и по скверу, прошли по саду – дракон самолично сорвал для меня с дерева слегка недоспелое яблоко, вкуснее которого я ничего не пробовала. Мы обошли стороной огород, скотный двор и прочие подсобные помещения, сделав исключение для одной из конюшен – именно в ней находились те самые котята, которым в качестве «гнёздышка» досталась злополучная корзина из-под тарталеток.
У котят только-только начали открываться глазки, и были они препотешные. Я немножко потетешкалась с ними, жалея, что здесь нет Силли – те котята, с которыми пыталась играть она, были старше и уже слегка диковатыми, в руки не давались. А здесь только кошка-мать обшипела Вандерика, наплевав на то, что он дракон, герцог и вообще – её домовладелец. Впрочем, мой дракон и раньше говорил, что кошки драконов не любят.
А вот котята были ещё слишком малы, чтобы понимать, кого положено бояться и не любить, а кого нет. Так что, у дракона появилась возможность погладить кошку, которая не шипит, не царапается и не убегает. Что он и сделал с очень серьёзным видом, а потом заявил, что мою ящерку гладить намного приятнее. После чего мы ушли, оставив котят их недовольной маме.
Ещё мы гуляли по лугу – да-да, в поместье был и самый настоящий луг и даже почти настоящий лес, но в него мы не пошли, – собирали полевые цветы, и я учила дракона плести венок. Кажется, это тоже было названо Эйдером частью ухаживания, и Вандерик очень старательно повторял то, что я ему показывала, и венок у него получился даже лучше, чем букет.
Наконец мы дошли до берега небольшой речушки, которая с одной стороны ограничивала территорию поместья, где и уселись на поваленное дерево, отполированное едва ли не до блеска многочисленными предыдущими сидельцами, чтобы любоваться текущей водой. Было тихо и очень хорошо, мы даже не целовались, просто сидели, держась за руки и переплетя пальцы, я прижалась головой к плечу своего жениха, и мы просто молчали, наслаждаясь моментом, хотя, гуляя по лугу, всё время болтали обо всём и ни о чём.
А потом из кустов послышался недовольный сдавленный голос Эйдера:
– Ты зачем сюда пришёл? Я же велел вам остаться с няней Эмул!
Мы переглянулись, сдержали смешок и сделали вид, что ничего не услышали.
– Я уже слишком большой для няни, пусть с ней малыши остаются, – шипение Луки в ответ. – И я тоже хочу посмотреть.
– Дурень, я не подглядывать пришёл, а всё для пикника принёс. Видишь? Мы с отцом договорились, что я тут, в кустах, корзину оставлю. Пошли, не надо им мешать.
– А чему мешать? – звонкий голосок Силли почти заглушил стон отчаяния Эйдера. – Они всё равно ничего не делают. Просто сидят, и всё.
Тут уж я не выдержала:
– Силли, только не говори, что ты сбежала от няни и пришла сюда, к реке, одна!
– Она не одна, она со мной! – гордый голос Бранда.
– Не волнуйтесь, ваша светлость, дети всё время были под присмотром, – голос няни Эмул из-за соседнего куста.
– Вы всё испортили! – Эйдер тоже перестал шептать. – У них свидание, а вы! Налетели толпой, ещё и кричите. Они так никогда не поженятся!
Мы с Вандериком переглянулись.
– Семья, – снова, одними губами, сказала я. Уж не знаю, напоминая или утешая.
– Поженимся, причём очень скоро, – дракон улыбнулся мне, а потом тоже вступил в разговор с кустами. – Не переживайте. И выходите, раз уж пришли.
Дети вышли – Эйдер, нагруженный двумя корзинами и пледом, висящим у него на плече, остальные налегке, – няня скромно осталась где-то в кустах. Интересно, там только она одна, или к детям ещё кто-то из дознавателей до сих пор приставлен. В любом случае, я никого больше не видела и не слышала. А потом Вандерик и няню отослал домой, сказал, что мы сами за детьми присмотрим.
Хотя ели мы не так давно, а дети пообедали вообще только что, корзины были опустошены практически моментально – на свежем воздухе и в компании всё кажется вкуснее. А потом дети затеяли игру в догонялки, а я снова сидела рядом со своим драконом на бревне и думала о том, что пройдёт лет десять, и вот тут, точно так же, будут бегать наши с Вандериком дети. Двое, может, трое. И точно не погодки!
