Израильские политики от религиозных партий немедленно взволновались из-за того, что Арафат таким образом мог издали руководить ходом конференции. Главе ООП следовало отказаться от выдвижения требования о своем участии, если он хотел обеспечить возможность мирного процесса. Критикам в собственных рядах Арафат сказал: «Если мы сейчас не примем участия в переговорах, то потом никогда и никто не станет с нами говорить!»
В рядах палестинцев к наиболее яростным противникам участия в мирной конференции принадлежал Ахмед Джебриль, глава «Народного фронта освобождения Палестины — Генерального штаба». Осенью 1991 года он находился в Тегеране, чтобы там достигнуть соглашения с абсолютными противниками мирного решения конфликта. Из иранской столицы он угрожал: «Все палестинцы, которые примут участие в переговорах, и все те, кто является их сторонником, но держится в тени, сами себе вынесли смертный приговор».
Когда затем 30 октября 1991 года конференция открылась в королевском дворце в Мадриде, средства массовой информации говорили о ней как о событии, имеющем всемирно-историческое значение. Новым было лишь то, что арабы и евреи совершенно открыто сидели вместе за столом заседаний.
Правда, ничего нового они сказать не могли. Премьер-министр Шамир подчеркнул притязания своего народа на землю между Средиземным морем и Иорданом: «Мы единственный народ, который жил на этой земле на протяжении 4000 лет». Эти слова возмутили палестинско-иорданскую делегацию: «Шамир все еще полагает, что евреи тогда завладели совершенно пустой землей!»
С самого начала конференции Ясир Арафат был невысокого мнения о встрече делегаций. Он знал, что вначале необходимо найти путь к взаимопониманию. Ханан Ашрави вскоре почувствовала, что в действительности не занимает должности, которая удовлетворяла бы ее честолюбие. Она поняла, что настоящие события развиваются в другом месте.
49. Арафат без вести пропал в пустыне
Командир эскадрильи Мохаммед Дарвиш в 20.45 вышел на связь с ливийской контрольной башней управления полетами Аль Кубра. Он запросил разрешения на посадку своего самолета типа «Ан», имеющего алжирскую регистрацию.
В качестве причины, по которой был прерван полет из Хартума в Судане в Тунис, Мохаммед Дарвиш назвал сильные вихревые потоки, угрожающие машине. Порывы ветра он охарактеризовал как необычные. Ему часто доводилось совершать полеты в районе ливийско-египетской границы, но никогда ураган из Сахары не дул настолько интенсивно.
Контрольная башня Аль Кубра ответила, что посадка на взлетно-посадочную полосу невозможна, потому что боковой ветер слишком силен. Для «Ан» имеется только одна возможность: он должен лететь дальше до взлетно-посадочной полосы Сарра, которая расположена в 300 километрах к югу. Погодные условия там не намного лучше, но посадочная площадка расположена удобнее. Мохаммеду Дарвишу не оставалось ничего другого, как лететь к углу между тремя странами — Ливией, Суданом и Чадом.
Короткое время спустя ливийская служба безопасности полетов установила, что «Ан» из Алжира больше не виден на экране. По-видимому, он больше не находится в небе.
В Тунисе самолет ожидали в штабе председателя ООП: в самолете находился сам Арафат. Когда «Ан» не прибыл, Бассам Абу Шариф, наиболее видный из советников Арафата, выяснил в тунисской службе безопасности полетов, что ливийцы заявили этот самолет как без вести пропавший. Предполагалось, что он упал, попав в ураган. Последние координаты составляли 21°07’ северной широты и 21°37’ восточной долготы.
Из аэропорта Бассам Абу Шариф поехал в штаб-квартиру ООП в Тунисе. Он должен был организовать спасение председателя, если хотел сохранить существование организации. Он связался по телефону с правительствами Египта и Ливии и еще до наступления утра получил ответ, что нет возможности ночью вести поиски в пустыне. Это возможно лишь с помощью спутников наблюдения, однако столь совершенными приборами располагает только правительство США.
Уже несколько месяцев назад председатель ООП поручил Бассаму Абу Шарифу завязать контакты с американскими политиками. Успехов бывший член Народного фронта освобождения Палестины не достиг. Из знаменитостей ему удалось получить в качестве собеседника только бывшего американского президента Джимми Картера, с гневом отзывавшегося об израильских, политиках, которые якобы способствовали его падению. Этому собеседнику и позвонил доверенный сотрудник Арафата и попросил его передать ходатайство о помощи правительству Соединенных Штатов. Палестинец не мог обратиться прямо к госсекретарю Бейкеру: опасаясь упреков Израиля, американское правительство остерегалось вступать в беседы с членами ООП, которые принадлежали непосредственно к штабу Арафата.
Джордж Буш колебался с ответом. Он откровенно сказал, что вначале должен согласовать это с правительством Израиля. Он поручил секретным службам направить израильским властям соответствующий запрос. Правда, он надеялся на то, что премьер-министр Шамир не будет противиться гуманитарной акции. Комментаторы были едины во мнении, что смерть Арафата представляла бы собой утрату, что с этой смертью путь к миру между Израилем и Палестиной стал бы труднее. Этот человек, как писали газеты, был фигурой, объединяющей палестинцев — без него народ, лишенный руководства, предался бы раздорам.
Выяснилось, что правительства Западного мира движимы той же мыслью. Американский государственный секретарь считал, что Арафат непременно должен был быть найден. Президент Миттеран призывал Джорджа Буша к незамедлительным действиям. Израильское правительство без каких-либо комментариев сообщило государственному департаменту в Вашингтоне, что, разумеется, не имеет ничего против того, чтобы США передали снимки своих спутников наблюдения ливийской службе наблюдения за полетами.
И вот ливийский вертолет направился к тому месту в пустыне, где находился «Ан». Самолет был поврежден. Пассажиры — кроме Арафата на борту находились девять телохранителей и сотрудников политической службы — были легко ранены. После оказания медицинской помощи они вылетели в Триполи.
Пилоту Мохаммеду Дарвишу ночью пришлось совершить вынужденную посадку. Он не только опасался, что машина не выдержит вихревых потоков, но и считал, что компас работает ненадежно. Мохаммеду Дарвишу часто приходилось наблюдать, как миллиарды частичек песка, которые приносит ураган из Сахары, служат причиной возникновения полей электрического напряжения, препятствующих нормальной работе компаса. Пилот счел более разумным посадить машину, несмотря на темноту.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
