родителей: «Как-то бравый офицер в отставке ехал верхом на лошади по усадьбе и увидел на открытой веранде незнакомую красивую девушку с хозяйскими детишками. Недолго раздумывая, красавец улан въехал на лошади прямо на веранду и, ловко спешившись, представился»[606].
Встреча оказалась счастливой. Они полюбили друг друга и через непродолжительное время обвенчались. Затем разразилась Первая мировая война. Сначала на войну ушёл муж. Затем на фронте оказалась и Генриетта Викторовна, отдавшая дочь под присмотр брата мужа.
По воспоминаниям дочери, мать с отцом живыми вернулись с войны. Видимо, в её рассказе речь шла об окончании Первой мировой войны в 1918 году. Супруг вскоре скончался. И молодая вдова вновь вышла замуж. В двадцатые годы работала медсестрой в московской больнице. Жила в стесненных условиях, нуждалась, как и все.
Не осталась сестра милосердия и без пристального внимания НКВД. В предвоенные годы чекисты не раз интересовались ею, вызывали в органы, уточняя происхождение и национальность Генриетты Викторовны. Чекистов явно не удовлетворяли весьма сомнительные, по их разумению, причины изменения имени и отчества. К счастью, кара минула героиню прошлой войны. А ведь Г.В. Сорокина могла устроить свою жизнь иначе, скажи она большевикам, что собиралась убить самого монарха!
Скончалась Генриетта Викторовна Сорокина 5 июня 1950 года в Первой Градской больнице и похоронена на Калитниковском кладбище в Москве[607].
С началом войны муж уходит офицером на фронт и, как пишут в большинстве публикаций, вскоре погибает. Обычно указывают август 1914 года.
Она поступает в армию сестрой милосердия и оказывается в зоне боевых действий. Кстати, где и когда она могла пройти обучение в качестве сестры милосердия, установить не удалось. После начала Первой мировой войны по всей стране началась подготовка сестёр милосердия в общинах Российского общества Красного Креста (далее — РОКК). Сестёр военного времени готовили по ускоренной программе. Критерии отбора были довольно просты: принимали физически здоровых и грамотных девиц и вдов всех сословий в возрасте от 18 до 40 лет с обязательством исполнять свои обязанности до окончания войны. Кстати, замужние женщины могли стать сестрой милосердия только с разрешения мужей[608].
«Сестры Красного Креста, — как пишут исследователи О.В. Деревцова и Е.А. Поцелуева, — носили шерстяное или холщовое платье серого или коричневого цвета с большим нагрудным знаком красного креста, а на левом рукаве — повязку с таким же знаком, но меньшего размера. За незаконное ношение этой формы предусматривались наказания в виде штрафа и даже ареста до трех месяцев[609].
Заметим, что во многих общинах РОКК были организованы краткосрочные, обычно 6-недельные, курсы по подготовке сестёр милосердия. При этом вёлся строгий учёт всех подготовленных медицинских работниц, которые учитывались с указанием фамилии, имени и отчества с распределением по трём категориям: штатная, запасная и военного времени. Были открыты такие курсы и в Серпуховской общине Московской губернии. В августе 1914 года были подготовлены 15 сестер милосердия, однако Сорокиной Генриетты Викторовны среди них не было. К тому же все они были распределены в местные больницы и лазареты. Ни одна из них не была направлена во фронтовые лазареты и госпитали[610]. Кстати, на всякий случай нами были проверены списки сестёр милосердия, окончившие курсы РОКК в Калужской имени Его Императорского Высочества Наследника Цесаревича и Великого Князя Алексея Николаевича общине Красного Креста. Учитывая прежнее проживание Августы-Генриетты Сорокиной в имении Коншиных в Калужской губернии, есть необходимость проверки версии о возможности её обучения на курсах сестёр милосердия в Калуге, поскольку этот губернский центр располагался всего в 20 верстах от имения фабриканта.
В Калуге к подготовке сестринского состава для нужд военного времени приступили с 20 июля 1914 года. В июле — августе курсы окончили 18 сестёр милосердия, из которых 11 человек были распределены в военно-санитарные поезда и этапные лазареты. Однако и среди выпускниц курсов РОКК в Калуге Сорокиной Г.В. не оказалось[611].
Многие авторы пишут, что Генриетта Сорокина отправилась в августе 1914 года вслед за мужем на фронт в качестве сестры милосердия. Имела ли она необходимую для этого медицинскую подготовку — достоверно неизвестно до сих пор. Скорее всего, имела, поскольку в противном случае она не смогла бы оказывать необходимую медицинскую помощь больным и раненым воинам.
В большинстве публикаций о Генриетте Сорокиной указывается, что в августе 1914 года она оказалась на фронте. Можно предположить, что какую-то медицинскую подготовку и соответствующий документ, подтверждавший факт её обучения в качестве сестры милосердия, она могла получить в одном из лечебных учреждений, существовавших при мануфактурах Н.Н. Коншина. В любом случае у неё на руках должен был быть подобный документ, согласно которому её могли зачислить в штат военно-лечебного учреждения в действующей армии. В любом случае все сделанные нами предположения должны быть проверены с целью подтверждения либо опровержения на основе архивных документов и материалов.
Считается, что из-за нежелательного для неё сходства имени-отчества Августы Карловны с немецким женским именем госпожа Сорокина с началом Первой мировой войны в 1914 году изменила свои имя и отчество на Генриетту Викторовну. Объяснение, на наш взгляд, не вполне убедительное, поскольку имя Генриетта тоже имело распространение не только в Европе, но и во враждебной Пруссии и Австро-Венгрии. И тем не менее в истории со знаменем Либавского полка она фигурирует как Генриетта Викторовна Сорокина.
Судьба мужа под покровом тайны
К сожалению, значительные пробелы существуют и в биографии супруга Г.В. Сорокиной. Жизнь и судьба Николая Осиповича Сорокина до сих пор во многих их периодах остаётся неизвестной. Сведения о его прошлом отрывочны и нуждаются в проверке. При этом считается, что он был выходцем из достаточно обеспеченной многодетной семьи. У него было 3 брата и 2 сестры. Однако о его семье тоже мало что известно.
По рассказам Софьи — дочери Г.В. Сорокиной, которые приведены в главе «Белоснежная соната…» (Генриетта Сорокина) из сборника А.Н. Безелянской и Ю.Н. Безелянского «Жила-была женщина: очерки, зарисовки, эссе», её жизнь и судьбу можно представить более подробно[612].
Юная Августа в начале 1900-х годов служила гувернанткой у двоих малолетних сыновей в семье фабриканта Коншина. Она в то время жила в его имении в Калужской губернии. До Калуги было добрых 20 вёрст. По нашему мнению, речь идёт о поместье в Ахлебинино. В то время это была разумно спланированная и во многом уже обустроенная огромная территория. Здесь были полуподземная оранжерея, своя пристань
