что пошел снег и подул ветер, зима все равно казалась ласковой. Мирной. Прекрасной. Влюбленность меня окрыляла. Как и Арина.
Как и предлагал господин Дэран, мы воспользовались крышами, чтобы добраться до дома Онэро. Сначала Арин перенес нас тенями, но потом, окрыленные всеми теми чувствами, что нас переполняли, решили, что будет здорово гулять по крышам Минцзэ, наблюдая за городом. Глупая мысль, но нам было все равно.
Сначала все было хорошо, Арин держал меня крепко и каждый раз, когда я подворачивала ногу на неудобной черепице, удерживал меня, не давал упасть. Он был моим равновесием. Во всех смыслах.
После вдруг что-то изменилось. Я шла по крыше, смотрела себе под ноги, и… в глазах начало рябить. Услышала странный шуршащий звук, словно назойливая муха, достающий меня.
– Юин, – Арин позвал меня. – Ты в порядке?
Я не ответила – подняла глаза, у меня перехватило дыхание, и я потеряла сознание.
Глава 53
Я понимала, что это воспоминания. Но почему-то в этот раз это больше походило на возвращение в определенное место. Словно я ходила по большому дому, узнавая его повороты, стены, звуки, запахи.
Крыши. Вот что я поняла. Не могла вспомнить ничего, исходив весь Минцзэ, потому что мы ходили по крышам и редко когда прогуливались по улицам, как нормальные люди.
Душа моя встрепенулась, когда я окунулась в первое августа. Тот самый момент, когда мне внезапно стало плохо.
Но сознание работало услужливо, вытесняя неприятные воспоминания. Незадолго до того, как мы пришли с отцом на площадь, я почувствовала на себе неприятное внимание. Юноша был молод, самовлюблен, самоуверен.
Не знала точно, что он сделал, но мое сознание помутилось, и я отключилась. А очнулась… в затхлом, пропахшем перегнившим луком помещении. Душно. Неприятно. Надо мной… целая толпа молодых людей и тот неприятный тип. Он улыбнулся, подошел ближе, сел напротив, изучая меня сальным взглядом.
– Ты мне понравилась, – заявил он.
– Что? – Голова все еще была не до конца в порядке. – Где я?
Он проигнорировал мои слова, продолжая разглядывать. Попыталась закрыться, но от этого взгляда ничто не спасало.
– А когда мне что-то нравится, я забираю это, – он снова самоуверенно ухмыльнулся, его подельники подхватили эту эмоцию.
Они меня похитили. Где мой отец – неизвестно, он явно не видел, куда я ушла. Значит… не придет.
– Вы не имеете права, – бросила я смело, все еще стараясь храбриться.
Мерзавец рассмеялся, покачал головой.
– У тебя есть выбор, маленькая: либо ты будешь моей девушкой добровольно, либо тебе будет очень больно.
Мурашки побежали по телу: до меня дошло, в какую ужасную ситуацию я попала…
Внезапно деревянную дверь вышибли ногой. Все мгновенно переполошились, тип, что мне угрожал, подскочил на ноги, отступил. Все были слегка обескуражены, даже я переключилась. Наблюдала, как в дверном проеме появился он. Самонадеянный, недовольный. Закашлялся из-за пыли, разозленно на нее махнул. Скользнул уничтожающим взглядом по каждому из присутствующих.
Кроме меня.
– Думали меня провести? – с хищной угрозой заговорил он. – Думали, я какой-то там дурачок из богатой семейки и спокойно проглочу это?
– Эм, – занервничал тип, что мне угрожал, – но пришла стража. Мы не ожидали, сбежали. Мы всегда так делали!
Судя по вытянутым лицам всех присутствующих, никто не думал, что тот выберется. Может быть, это было специально?..
– Я скажу один раз, – поправил он свое дымчато-серое рёкамэ, – и повторять не буду. Никто не подставляет меня.
– Но, Рэн… – только и успел пискнуть тип.
Рэн бросился в эту толпу с дракой. И вот вроде бы количество всегда побеждает, но Рэн не из тех, кому подобное ограничение не играло на руку. Бился жестоко, сам себе вредил, но шансов у этой кучки неудачников не оставалось. Рэн раскинул их всех, разобрался с последним, выбив ему сразу три зуба, уронил парня на пол, сам чуть пошатнулся, измученно вздохнул, поправил свое рёкамэ.
Он заметил меня. Посмотрел ничуть не милосерднее, чем на тех типов, которых покалечил.
– А ты чего здесь? – спросил он скорее с претензией, мол: «Чего ты здесь мешаешься?»
Хлопала глазами, пока не определилась, что ответить. Но Рэн не похож на того, кто будет ждать.
– Я… они меня похитили, – с трудом произнесла я.
Рэн выслушал мои показания спокойно.
– Тогда чего ты сидишь? Понравилось? – бросил он, развернулся и ушел.
И правда… все здесь избиты, но я тоже не совсем в порядке. Осторожно поднялась, но то, чем меня одурманили, до сих пор действовало. Шла неровно, держась за стенку, двигалась неуверенно, но выбралась наружу. Группа этих типов пока еще без сознания, но дожидаться, когда они придут в себя, была не намерена.
Брела по улицам, но усталость давала о себе знать. Даже не знала, в какой части Минцзэ оказалась, делала частые передышки, пытаясь собраться с силами. Получалось плохо, но к вечеру я была уже почти у площади.
Свернула на очередную улицу, и тут же захотелось сбежать обратно. Снова наткнулась на Рэна и толпу, которая с ним дралась. Попробовала убежать, но силы по-прежнему не в порядке. А драка почему-то настигла меня. С трудом успела отскочить в сторону. Рэн сцепился с каким-то типом, катался по земле некоторое время, потом врезал тому в челюсть, противник отлетел. Рэн заметил меня. С претензией нахмурился.
– А сейчас что?! Опять тебя похитили?! – отчитал он.
Мне уже было полегче: я отошла от первичного шока, двигалась чуть быстрее. Поэтому отреагировала более остро.
– Я просто шла мимо!
– А чего тогда встала?..
Как я уже догадалась, Рэн любил поругаться, но набежавшая толпа обидчиков его немного отвлекла. Чудом удалось избежать этой разборки. Они снова дрались, а Рэн каким-то образом раскидывал толпу. Да так успешно, что казалось, ему и небо по плечу. Позже кто-то заехал ему чайником по голове, и Рэн, даже несмотря на всю свою отчаянность, крутанулся на месте и рухнул без чувств.
Не успел никто как следует ничего сообразить, как кто-то из банды крикнул:
– Стражники!
И все спешно разбежались, словно тараканы. Я даже не успела проследить, куда все попрятались. И только Рэн остался лежать посреди улицы. Без сознания. О том, что обычно делали стражники, я знала не понаслышке. Ничего незаконного, но, скорее всего, они заберут Рэна и будут допрашивать, и мне должно быть совершенно все равно.
Я знала, что он ничего не сделал такого, он вообще не за мной пришел. Но, если бы он не пришел, могло бы случиться непоправимое. Нечто ужасное. И из-за этого не хотелось его здесь бросать.
Хорошо, что мне чуточку полегчало. Я кое-как оттащила его за дом в проулок, и как раз вовремя. Пришли стражники, исходили
