правящий царь в своем государстве имеет бесчисленное множество верноподданных, живущих в отдалении от своего царя, рассеянных по разным странам, тем не менее, несмотря на всю их отдаленность от царя и удаленность друг от друга, они, как один, знают своего Властелина и во всем исполняют его царскую волю. Так точно и жители всех миров вселенной: как бы они ни были отдалены друг от друга, все внутренне тяготеют к своему Творцу, Триипостасному Богу. И там, где существует жизнь, там есть и «хорошо»; а там, где есть «хорошо», там есть и разумные существа. Там есть и религия как живая вера в истинного, живого, Триипостасного Бога.
О, Триипостасный Бог, о, Пребожественная Троица! Ты повсюду и везде Троица для всех миров, всех стран и веков и для всей твари. Нет каких-либо преград ни во времени, ни в пространстве, для того чтобы верить в Тебя, исповедовать Тебя и осознавать Тебя как сущего Бога Творца. Как в утренние часы при восходе солнца последнее отражается в каждой росинке, висящей на листьях злачных растений, точно так же и все бесчисленные солнца, планеты, туманности, кометы и вообще все существующее отражает в себе Тебя, о, Всесвятая Пребожественная Троица! И не только все мировые солнца, планеты, туманности, кометы и вообще вся вселенная отражают в себе Тебя, Триипостасного Бога, но Тебя отражает и вся мировая действительность как в целом, так и в мельчайших молекулах и электронах. Ты, Преблагословенная, на всем Твоем творении положила печать своего образа, триипостасного образа Отца, Сына и Святого Духа. Так Ты, всеблагостная и Пресвятая Божественная Триада, всю тварь, как в ее целом, так и во всех ее самых малых частях, пронизала насквозь Своим триипостасным образом.
О, какая Твоя тайна скрывается во всей мировой действительности! Так Ты, Триипостасный Бог, на весь мир наложил печать принадлежности Тебе, единому Триипостасному Богу.
О, Пребожественная Святая Троица! Как же Ты бесконечно премудра, всесовершенна и всеблагостна! Размышляя о Тебе, я чувствую, как ничтожна вся тварь перед Тобою. Если бы всю вселенную возможно было превратить в один самый чистый ум, в одну самую сильную мысль, то и тогда она по своей ограниченности – по отношению к Тебе – ни на шаг не продвинулась бы вперед дальше Твоего присутствия!
О, Боже! Только одного прошу у Тебя: дай мне любить Тебя, дай мне всегда пламенеть любовью к Тебе, дай мне вечно и бесконечно тяготеть к Тебе. О, Божественная Святая Троица! Любить Тебя – это значит находиться с Тобою. Любить Тебя – это значит быть с Тобою и в Тебе. Любить Тебя – это значит врастать в Тебя; наслаждаться Тобою. Любить Тебя – это значит обогащаться Тобою, всегда радоваться о Тебе; насыщаться Тобою. Любить Тебя – это значит от невообразимой сладости опьяняться Тобою. Любить Тебя – это значит всегда самоумаляться, уничтожаться в себе самом ради того, чтобы Ты, преславная Троица, воплощалась во мне и воплощала меня в Себя. Любить Тебя – это значит добровольно и свободно быть преданным Тебе; любить Тебя – это значит быть в Тебе и Тебя всегда иметь в себе.
О, всеблагостная Святая Троица! Скажу истину: я люблю Тебя, но люблю мало; я люблю Тебя, но не всем моим существом; люблю Тебя, но не всею своею жизнью; люблю Тебя, но не так, как каждая Твоя Ипостась любит другую. Господи, Боже мой, Пребожественная Всесвятая Троица! Дай мне любить Тебя так, как любит Твоя человеческая природа во Христе; дай мне любить Тебя так, как любит одна Твоя Ипостась другую.
Владыка мой, Триипостасный Бог! Я понял и остановился на одном: мне от Тебя ничего не надо, как только иметь любовь к Тебе.
11 мая. [Смерть и страдания – следствие мировой революции против Бога]
Все небо заволокло тучами. О, Божественная Святая Троица! Вот я слышу стоны больных детей; вот я слышу раздирающие душу крики слабых детей, вот я слышу предсмертные печальные стоны, смешанные с плачем и жалобным лепетом, умирающих детей. Вижу слезы, страдания больных детей, предсмертные конвульсии умирающих детей; вижу последнее, предсмертное вытягивание тельца дитяти, и последнее закатывание глазок, и последний детский вздох, и застывание детских тел. Слышу и вижу отчаянное страдание родителей, мучительные терзания их скорбных сердец. Вижу больных: молодых и старых, мужчин и женщин. Слышу и вижу неутешный плач отца о сыне, сына об отце, матери о дочери, дочери о матери, мужа о жене, жены о муже, друга о друге, уходящих из этого мира в другой мир, оставляющих землю и переселяющихся в страну неведомую. Я слышу и вижу четвероногих животных – их больных и умирающих детей. Они так же, как и наши слабые, больные и умирающие дети, страдают, мучаются, стонут, вопят, корчатся и умирают. Я слышу и вижу и их родителей, беспокойно мечущихся, терзающихся сердцем о своих умирающих детях.
Я слышу и вижу, как и сами животные мужского и женского пола, молодые и старые, так же, как и дети их, болеют, умирают. И тут печаль, и тут скорбь, и тут невыразимое отчаянье! Я слышу и вижу, как соловей стонет и плачет о своих птенцах, съеденных куницей или унесенных хищной птицей. Слышу и вижу умирающих от холода птенцов дрозда, зяблика и других. Они так же, как и наши дети, стонут, пищат, вытягивают головки, раскрывают свои клювы и наконец умирают. Над ними вьются их родители, жалобно кричат, плачут, страдают; а некоторые даже от невыносимой скорби поднимаются высоко-высоко и оттуда падают и убиваются (лебедь и другие птицы). То же самое у пресмыкающихся и у насекомых, то же самое и в среде солнц, планет, комет и метеоров.
О, Пресвятая Троица! Что же это такое? Что? Не смерть ли это? Да, это смерть, смерть и смерть! О, царствующая моя всеблагостная Триада! Как и зачем в Твое творение вторглась эта ужасная смерть? После долгого размышления я понял, что она есть ужасное следствие мировой революции, какую сама тварь в лице своих лучших детей, диавола и Адама, подняла против Творца. Ее бунт заключался в том, что она бросила в лицо Творцу упрек в том, что Он не сотворил ее единосущной Себе. И вот она заподозрила Бога в ненависти к себе, и не только в ненависти, но даже и в самой ужасной тирании по отношению к себе! А поэтому она в лице тех же диавола и Адама объявила Бога как бы для себя несуществующим, а на Его место
