же миссии, искуплены тем же Богом и так же должны повиноваться Богу.
Конечно, полный обзор этики Нового Завета выходит за рамки поставленных целей в этой книге. Я лишь хочу показать, что, с одной стороны, здесь, как и в Ветхом Завете, нравственные требования к народу Божьему – это его отклик на избрание, искупление и завет. То есть христиане – это те, кто согласно Новому Завету, призваны и искуплены Богом, а также вошли в отношения завета с ним. Поэтому христианская этика (как и этика Ветхого Завета) должна быть откликом на божественную благодать. С другой стороны, я хочу обратить внимание на то, как некоторые значимые тексты Нового Завета связаны с нравственным откликом на вселенскую Божью миссию. Иными словами, как мне кажется, применение миссиональной герменевтики одинаково ценно как для этики Нового Завета, так и Ветхого.
Избрание и этика
Для некоторых посланий Павла характерна такая последовательность: описание нравственного отклика после заявления о Божьем призвании. Даже в самых (возможно) ранних посланиях, таких как Первое послание к Фессалоникийцам, богословское развитие очевидно даже без явной литературной структуры. «Зная избрание ваше, возлюбленные Богом братия», – говорит апостол в четвертом стихе первой главы и видит свидетельство этого призвания в нравственной жизни. Он идет далее и в 1 Фес. 4, призывая их продолжать «угождать Богу» (ст. 1), потому в этом есть «воля Божья» (ст. 3) и их призвание к святости (ст. 7).
Однако нравственная жизнь, как отклик на Божье призвание, необходима не только для угождения Богу, но также из-за внешних. Подобно Израилю, живущему среди других народов, верующие Фессалоник должны помнить о своей видимости для широкой общественности.
И усердно стараться о том, чтобы жить тихо, делать свое дело и работать своими собственными руками, как мы заповедывали вам; чтобы вы поступали благоприлично перед внешними и ни в чем не нуждались (1 Фес. 4, 11–12).
В посланиях к Колоссянам и Ефесянам структура и логика еще яснее. Избрание и призвание народа представлено сразу и шире, как, впрочем, и нравственный отклик.
Так как Он избрал нас в Нем прежде создания мира, чтобы мы были святы и непорочны пред Ним в любви (Еф. 1, 4).
Посему и мы с того дня, как о сем услышали, не перестаем молиться о вас и просить, чтобы вы исполнялись познанием воли Его, во всякой премудрости и разумении духовном, чтобы поступали достойно Бога, во всем угождая Ему, принося плод во всяком деле благом и возрастая в познании Бога (Кол. 1, 9-10).
Итак, я, узник в Господе, умоляю вас поступать достойно звания, в которое вы призваны (Еф. 4, 1).
В обоих посланиях все это сказано в широком контексте Божьего вселенского замысла относительно искупления всего творения, которое будет приведено в гармонию с Богом через крест Христов (Еф. 1, 10; Кол. 1, 19–20). Таким образом, нравственная жизнь верующих рассматривается как неотъемлемая часть всеохватывающей миссии Бога. Именно жизнь верующих удостоверяет подлинность евангельской проповеди апостолов, что еще раз подчеркивает связь этики и миссии (Еф. 6, 19–20; Кол. 4, 2–6).
Искупление и этика
Павел: украшение евангелия. Примечательно, что для такого небольшого послания, как Послание к Титу, довольно часто (восемь раз) встречается слово «добро» – любить добро, учить добру и чаще всего делать добро. Акцент на нравственной жизни верующих (в отличие от развращенных критян) очень сильный. Вместе с тем не менее значим и контекст искупления и спасения. Выражения «Бог – наш спаситель» или «Иисус – наш спаситель» встречаются очень часто.
Кульминация сочетания Божьего искупления и человеческого нравственного отклика приходится на наставления Павла рабам. Здесь примечателен миссионерский мотив: своим поведением уверовавшие во Христа рабы несут спасительную Божью весть (Тит. 2, 9-14). Нет сомнений, что наставления Павла рабам в данном случае распространяются также и на остальных членов церкви. Мы можем либо украшать евангелие своей жизнью, либо же бесславить его. Качество нашей жизни (либо его отсутствие) способствует (либо препятствует) нашей миссии.
Петр. Доброе житие на виду у всех. Ближайший новозаветный текст к тому, что мы подробно рассматривали выше о взаимодействии этики и искупления в Исх. 19, 3–6, конечно, 1 Пет. 2, 9-12. Петр применяет данный текст Книги Исход к своим верующим читателям наряду с другими ветхозаветными отрывками: Ис. 43, 20–21 и Ос. 2, 23. Фактически он связывает воедино все наши три ключевые термина (избрание, искупление и завет), говоря о христианах как избранных (ср. 1 Пет. 1, 1–2), как призванных из тьмы (отголоски исхода; ср. также 1 Пет. 1, 18–19) и как о народе Божьем. Когда Петр пишет о своих читателях как о царственном священстве или святом народе, он подразумевает актуальность тех же нравственных и миссиональных обязательств, которые мы уже рассматривали, изучая Исх. 19, 3–6. «И провождать добродетельную жизнь между народами, дабы они за то, за что злословят вас, как злодеев, увидя добрые дела ваши, прославили Бога в день посещения» (1 Пет. 2, 12, перевод автора).[329]
1 Пет. 2, 9-12 – цельный отрывок (хотя, к сожалению, иногда его разбивают на отдельные параграфы), и суть фрагмента в следующем:
• Раз уж вы стали тем, кем вы стали в результате избрания, искупления, завета (самосознание),
• тогда вот, как вы должны жить (этика)
• и вот, как это повлияет на язычников (миссия).
Весть предельно ясна. Живя среди народов, христиане должны отличаться качеством жизни, что и ожидалось от Израиля. И цель их добродетельной жизни состоит в том, чтобы в конечном итоге все народы воздали славу Господу.[330] Такая же взаимосвязь этики и миссии хорошо видна во Втор. 4, 5–8.
В этом же отрывке Петр говорит как о невербальном свидетельстве народам, так и буквальном возвещении «совершенств» (aretas) Бога, призвавшего христиан (ст. 9). Возможно, здесь слышен отголосок Ис. 42, 12, где народы благодаря миссии Раба Яхве приглашены сделать то же самое:
Да воздадут Господу славу,
и хвалу (aretas) Его да возвестят на островах.
Таким образом, изначальная цель, ради которой был призван Израиль, ныне исполнилась (Ис. 43, 21). Петр видит общины верующих в рассеянии, как древний Израиль в изгнании, связывая поклонение и свидетельство Израиля с народами в их возвещении и прославлении «совершенств» Бога.
Таким образом, миссия церкви, по словам Петра, включает как буквальную проповедь, так и нравственную жизнь – и то и другое крайне необходимо. В отдельных случаях, когда слова могут не оказать должного воздействия, как считает Петр,
