— Что случилось? — На душе сразу стало теплее — во взгляде спутника явственно читалось неприкрытое беспокойство.
— Устала, — сама не зная зачем, брякнула девушка, опуская глаза, лишь бы не видеть его лицо. — Вот посижу немножко и дальше поковыляю.
— Ясно, — протянул парень. — Не могли мне сказать, чтоб я шел помедленнее?
— Да я и так еле плетусь…
— Ничего подобного. Даже и не ожидал подобных подвигов от такой хрупкой девушки. Честно-честно, — совсем по-мальчишечьи прибавил, заметив скептическую мину девушки.
— И что теперь со мной?…
— Ну, вариантов много. Перелом, вывих, ушиб, растяжение, порванные связки… Но пока не увижу своими глазами, ничего определенного сказать не смогу. — Услышав это заявление, Марина вцепилась в подол, как утопающий за соломинку. Парень тяжело вздохнул. — Леди, я не обладаю способностью видеть насквозь. У меня и так с целительством… гм… скажем так, целительство — не моя специализация… мягко говоря. А уж работать вслепую не всякий мэтр сумеет.
Доводы были более чем разумными, да и вовсе не улыбалось неизвестный промежуток времени мужественно загибаться от боли, отвергнув помощь по своей же непроходимой глупости. Но и согласиться… 'Всему виной эта замшелая средневековая атмосфера, — тоскливо размышляла девушка. — Насквозь уже ею пропиталась, совсем одичала здесь, ассимилировалась. И как только раньше в минишортах по улицам разгуливала? И ничего, даже и не думала стесняться. Так почему тут возникли какие-то трудности? Можно подумать, Демиан женских ног в жизни не видел, и я ему Америку открою. Да и вообще, он ведь не из праздного любопытства на меня посмотреть решил. Ой, черт… А больно-то как!'
Прочитав такое самовнушение, девушка до колена приподняла подол, чувствуя себя так, словно полностью разделась перед этим, по сути, чужим и незнакомым мужчиной.
— Вывих, — спустя короткую паузу констатировал ведьмак, и Марина кусала губы, чтобы не задрожать от осторожных теплых прикосновений, ну или, по крайней мере, не выдать ему истинной причины этой дрожи. — Что ж, всё могло быть гораздо хуже, с переломом я бы не справился. Потерпите немного, сейчас будет больно.
Девушка нервно кивнула, зажмуриваясь. О вывихе она давно уже забыла. Поморщилась от мимолетного неприятного ощущения, словно в лодыжке что-то сломалось или наоборот встало на место.
— Ну, и долго мне еще ждать? — несколько дрожащим голосом поинтересовалась она, когда прошло уже больше минуты. — Мне же страшно.
— Вообще-то уже всё, — улыбнулся молодой человек. — Больше никакого вывиха.
— Как это 'всё'? Уже? — Марина не поверила своим ушам, хотела спросить что-то еще, но не успела задать вопроса. Ведьмак безо всякого смущения гладил ее по коленке, словно так и надо. Уже готовая возмутиться (или лучше уж сразу залепить пощечину, знать бы наверняка, как правильно нужно поступать в таких ситуациях!) Марина в последний момент заметила неяркое теплое сияние, исходящее от ладони Демиана. Ага, достойная была бы благодарность за лечение и вообще за всё хорошее…
Девушка неловко отодвинулась, нервным жестом одергивая платье.
— Спасибо вам…
В висках шумело так, что голоса своего она почти не слышала. Каждая минута, проведенная наедине с Демианом в этом глухом лесу, вдали от всего мира, где между ними никто не стоял, где отменялись все законы, правила, приличия, и на свободу вырывались самые потаенные желания, превращалась в мучительную пытку. 'Да что со мной происходит? Весна таким образом влияет? Впервые в жизни кто-то вызывает во мне подобные чувства. Ненавижу этого мага, он меня с ума сведет! И себя ненавижу за эту слабость. А как гордилась тем, что никогда, ни при каких обстоятельствах не брошусь бездумно мужчине на шею, не поступлюсь своими принципами, своей гордостью! Снискала славу 'неприступной герцогини'. А сейчас, кто меня подменил? Какие принципы, какая гордость, о чём вы? Да Демиану достаточно будет всего лишь намекнуть, и я уже на всё соглашусь. Вот только уважения у меня к себе тогда ни на грош не останется. Да и к нему тоже…'
Ведьмак молчал, стараясь не пересекаться глазами с таким потерянным синим взглядом. Пытался обуздать своих внутренних демонов. Казалось, воздух между ним и девушкой опасно сгустился, почти до осязаемости. 'Скорей бы завершился этот путь…' И тут же: 'Боги, пусть эта дорога окажется вечной!..' Именно так. Ведь впервые в жизни нет уверенности в себе, в своих поступках, правильности их. И только в истинности чувств своих уверен, как никогда.
— Нам не стоит задерживаться. Можете идти?
— Я… Всё в порядке, пустяки. — Марина растерянно посмотрела на протянутую руку, словно не решалась лишний раз дотронуться до ведьмака, но, в конечном итоге, приняла помощь, хоть пауза и затянулась до неприличия. От кончиков пальцев пробежали обжигающие волны, словно потоки лавы разлились по всему телу. Едва поднявшись, девушка резко вырвала свою ладонь из бережного плена горячих пальцев спутника, послав к черту элементарную вежливость и все правила хорошего тона. Ей казалось, что Демиан слышит, не может не слышать, как участился пульс от одного простого прикосновения.
До самого заката шли молча, лишь изредка перебрасываясь парой подчеркнуто вежливых фраз. Ведь далеко не первый день были знакомы, но упрямо продолжали обращаться друг к другу на 'вы'. Отчаянно цеплялись за эту формальность, сердцем понимая, что стоит только произнести это тихое, проникновенное 'ты', позвать по имени, и последняя преграда между ними рухнет. Стихнет оглушительный грохот, осядут тучи пыли, и останутся только они вдвоем, такие, какие есть, с нерешительно распахнутыми душами, оголенными нервами, протянутыми навстречу руками…Знали, что рано или поздно это неминуемо произойдет, но бессмысленно оттягивали предначертанное им, играли с судьбой в прятки. Обманывали сами себя и чувствовали фальшь.
Девушка старалась выбросить мысли из головы, как хозяйка выбрасывает старый ненужный хлам. Тщетно, они неотвязно возвращались, изматывая душу, сжигая изнутри. Даже усталость и та не приносила спасения — блаженной пустоты и безразличия. Марина просто старалась двигаться вперед с более или менее приличной скоростью и не растянуться на земле, зацепившись за какую-нибудь корягу, или вновь угодить ногой в яму. Догадалась придерживаться за стремя, лишь бы не оказаться в объятиях ведьмака, который то и дело кидал на нее быстрые обеспокоенные взгляды через плечо.
Лучи заходящего солнца снопами падали сквозь густое перекрестье ветвей, ярких пятен на земле становилось всё меньше, Предел бережно окутывали серые сумерки. Демиан на пару минут замер, прикрыв глаза, вслушиваясь в лесные шорохи, различая одному ему понятные послания, тайно звучащие в тихом шепоте ветра, а потом резко свернул куда-то в сторону от основного направления движения. Небольшая ровная полянка спряталась в густых зарослях, неразличимый под грудой прелых листьев бойко звенел ключ чистой воды.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
