Читаем без скачивания Искушение. Сын Люцифера - Сергей МАВРОДИ

— Так, значит, это правда? — в голос зарыдала жена.

— Да подожди ты! — в нетерпении прикрикнул на нее Чиликин. — Говори толком. Откуда ты можешь это знать? И про диагноз, кстати, тоже? Тебе что, из больницы, что ли, звонили? (Откуда у них может быть мой телефон? — тут же сообразил он.)

— Нет, не из больницы, — всхлипнула жена, осторожно промакивая глаза платком.

— Так откуда ты знаешь? — Чиликин сел на кровать. — Кто тебе сказал?

— Ну, этот… — жена судорожно вздохнула, пытаясь успокоиться, — мужчина… который вчера с тобой встречался… И деньги тебе дал… Я у Веры сидела…

Чиликин в полном ошеломлении смотрел на жену, не веря собственным ушам.

— Он что, позвонил твоей подруге? — недоверчиво переспросил он. — А откуда?..

Чиликин хотел спросить: «А откуда он телефон узнал?», но понял, что спрашивать бесполезно. Она-то чего знает? Откуда… откуда?.. От верблюда! Судя по всему, организация, с которой он вчера столкнулся, была гораздо более серьезная, чем он поначалу подумал. Да он, собственно, и не думал еще вообще на эту тему. Некогда было. Да и не до того. А если бы подумал хоть немного, — и сам бы мог догадаться. Когда речь о таких бабках идет!.. В общем, суду всё ясно. Откуда у него телефон.

Неясно только, какого хуя он ей позвонил? Что это вообще за блядство!! Хотя бы предупредил. Как это: взять… ничего не сказав… позвонить?.. просто поставить меня перед фактом… Вообще пиздец!! Вот возьму, и не повешусь ни хуя! Нет, ну, наглость просто неописуемая! Да и зачем??!! Зачем???!!! Мы же договорились обо всём?! Жену-то зачем трогать?

— Что он тебе сказал? — набросился Чиликин на всё еще всхлипывающую жену. — Повтори мне всё как можно точнее, слово в слово.

— Ну, он спросил сначала, знаю ли я, какой тебе диагноз вчера поставили? — залепетала испуганная жена, глядя на Чиликина широко открытыми глазами. — Я сказала, что нет. Ты же мне ничего не сказал.

— Так… — подбодрил ее Чиликин. — Дальше.

— Ну, он сказал тогда, — жена опять заплакала, — что рак печени-и-и!..

— Да не реви ты! — с досадой сказал Чиликин. — Говори, чего дальше было.

— Дальше он сказал про то, что он тебе предложил заработать денег, и ты согласился.

— Как именно, он сказал? А, ну да… — Чиликин вспомнил начало их разговора. — Подожди, подожди! — вдруг сообразил он. — Он тебе это что, всё прямо по телефону говорил?

— Нет, — опять всхлипнула жена, — в машине этой черной…

— (Блядь! — выругался про себя Чиликин.) Так вы встречались, значит? — еле сдерживаясь и стараясь изо всех сил говорить спокойно, терпеливо переспросил он.

— Ну да, — как нечто, само собой разумеющееся, подтвердила жена. — Он прямо к веркиному дому на машине своей подъехал. Верка там, наверное, обалдела! — вдруг с чисто женской непоследовательностью, ехидно добавила она.

Чиликин стиснул зубы и на секунду закрыл глаза, пытаясь взять себя в руки.

— Юль! — преувеличенно-спокойно начал он. — Ты мне можешь подробно всё рассказать? Как всё было? От начала до конца? Можешь?! Неужели это так трудно??!!! — сорвавшись, закричал он, не в силах больше сдерживаться.

(Нет, ну правду говорят: все бабы дуры, — с ожесточением подумал он. — Дуры! дуры!! дуры!!! Тупорылые, безмозглые курицы! У нее муж через неделю вешается, а она ему про свою подругу-Верку впаривает! Такую же дурищу набитую, как и она сама. Да по хую мне, обалдела она там от чего-то сил нет!! По хую!!!)

— Но я же тебе уже всё рассказала! — обиделась наконец и жена, окончательно перестав плакать.

— А теперь расскажи мне всё снова и с самого начала, — настойчиво повторил Чиликин. — Ты сидела у Верки, он туда позвонил… И что?

— Ну, и подозвал меня…

— Как? Просто по имени? Просто «Юлю»? Или, может, по имени-отчеству? По фамилии? — сразу же настырно перебил Чиликин.

— Да я откуда знаю?! — в голосе жены послышались легкие нотки раздражения. Она явно не понимала, чего он от нее хочет, и к чему вообще весь этот допрос? Ну, подозвали и подозвали! По имени… не по имени!.. Да какая разница! Вот пристал, как банный лист! — Верка сказала: «тебя» — ну, я и подошла. Взяла трубку.

— Ну, хорошо! — не отставал Чиликин. — Ты взяла трубку. И что он тебе сказал?

— Ну, что? — совсем уже раздраженно пожала плечами жена. — «Здравствуйте, Юлия Владимировна! (Ага! Значит все-таки по имени-отчеству, — с удовлетворением отметил для себя Чиликин, решив больше по возможности не перебивать и не переспрашивать. А то поссоримся еще напоследок, чего доброго!) Я по поводу диагноза Вашего мужа. Его вчерашнего обследования. Нам с Вами надо срочно встретиться, — жена остановилась, припоминая. Чиликин ждал. — Я тут рядом, выходите через 5 минут, я у подъезда буду стоять». И номер машины продиктовал…

— Так ты ему что, даже адрес не диктовала? — удивленно уточнил Чиликин. — Он сам знал, куда подъехать?

— Ну да, — наморщила лоб жена. — Кажется, не диктовала. Да я и сама его не знаю!

— (Так-так-так! — подумал Чиликин. Он и сам не знал, почему он всё это так дотошно выспрашивает, но чувствовал, что это важно. — Так это, значит, он и мой адрес вчера наверняка знал. А меня просто так спросил. Чтобы не пугать сразу. Не спугнуть! Поня-ятненько…) Ну, хорошо. И дальше чего было? Ты села в машину, и что он тебе сказал?

— Ну, вот и сказал… — на глазах у жены появились слезы. — И про диагноз твой… И про договоренность вашу… — она опять заплакала. — Как ты мог на такое согласиться? — сквозь слезы еле выговорила она. — Это же какой грех! Самоубийство!

— Ладно, грех… — смущенно пробормотал Чиликин. (Сам знаю! А хуй ли делать?! «Грех»!.. А семью оставлять без денег — не грех?!) — Юль! — чуть помолчав, осторожно сказал он. — Ты же знаешь нашу ситуацию. Денег нет. Как ты жить будешь? Да еще с ребенком!? Святым духом, что ли, питаться? Я хочу, чтобы мой ребенок вырос нормальным, здоровым… Чтобы жил не хуже других. Чтобы у тебя было всё хорошо. Так что… куда деваться? Грех, не грех… Выбирать не приходится!.. (А лучше было бы, если бы ты на панель пошла? — хотел добавить он, но удержался. — «Грех»!..)

Жена, не отвечая, заплакала еще сильнее. Чиликин дрожащими руками закурил кое-как сигарету и уставился в одну точку. Мыслей в голове не было. На душе было бесконечно-тоскливо и грустно.

Вот один день и прошел… — внезапно с ясностью осознал он. — Всего шесть осталось… «Легче гусиного пуха улетает жизнь…» «А счетчик щелк да щелк, да всё одно — в конце пути придется рассчитаться!» Придется!.. Рассчитаемся, раз придется… Придется, так придется.

— А он тебе не сказал, кстати, зачем он вообще тебе всё это рассказал? Не объяснил? — все же спросил на всякий случай Чиликин, хотя и не надеялся услышать в ответ ничего нового.

Жена некоторое время молчала, всхлипывая, потом, шмыгая носом, прерывающимся голосом с трудом ответила: «Сказал, что, когда речь идет о таких деньгах, никаких неожиданностей быть не может. И он должен быть уверен, что все заинтересованные лица в курсе, — голос жены прервался. — Так он сказал», — после паузы добавила она.

(Вот сволочь! — злобно выругался про себя Чиликин. — Тварь бессердечная!! А хотя, чего я его ругаю? — тут же спохватился он. — Для него ведь это просто дело. Он бабками своими рискует. Да и вообще он со мной совершенно по-джентльменски себя ведет. Грех жаловаться. Никаких расписок. Деньги вперед. Всё! Чего я от него еще хочу-то? Сочувствия? Пожалуйста! Но за дополнительную плату. Вешайтесь не за сотку, а за тридцатку — так вообще рыдать над вашим телом буду! Навзрыд! Могу до, могу после — как договоримся. Да-с.

Бизнес есть бизнес. Это всего лишь деньги. Ничего личного. Как, впрочем, и лишнего. Всё лишнее — только за дополнительную плату! Да-с.

Юля тоже хороша! Целый час ее раскалывал, пока хоть что-то путное наконец узнал. Хотя, чего с нее взять! Женщина…. Одни бигуди в голове.

Впрочем, да и сам-то я!.. Тоже тот еще молодец! Среди овец. Накинулся на нее, как коршун. Целое расследование затеял. Что да как?! «Слово в слово!» А чего в итоге выяснил? Такого уж важного? Что Волга впадает в Каспийское море? Что им не нужны неожиданности, и они хотят подстраховаться и быть уверенными, что жена в курсе и не возражает? В суд на них потом не подаст и заяву ментам не кинет? Так это и так ясно было. С самого начала. Мог бы и сам все это сообразить, своим жалким умишком дойти. Пинкертон хренов! Шерлок, блядь, Холмс.)

— Так он тебе что, действительно 50 тысяч евро дал? — услышал вдруг Чиликин вопрос своей жены и, глубоко задумавшись, уйдя с головой в свои невеселые мысли, не понял даже сразу, о чем, собственно, идет речь.

— Что? — переспросил он.

— Я говорю: он тебе правда 50 тысяч евро уже дал? — повторила свой вопрос жена.

— Да, — нехотя признал Чиликин. Он достал пакет и высыпал деньги на кровать. — Вот они.